Схрон - Василий Головачев

Меньшов обалдело глянул на меч, перевел взгляд на сосредоточенного Ивашуру. Прошептал снова:

– Убей его!

Меч не шелохнулся, продолжая туманно струиться от рукояти к острию.

– Прощай, Виталий, – глухо проговорил Ивашура. – Мне тоже очень жаль, что все так случилось. Но и у меня нет выбора.

Тусклая беззвучная вспышка осветила вывороченный пласт земли, на котором стоял Меньшов, и ствол сосны. Меч выпал из руки физика, и он с дырой во лбу мягко завалился навзничь. Ивашура, сгорбившись, смотрел на тело бывшего приятеля и вышел из ступора, лишь когда Костров тронул его за плечо.

– Время, Игорь. Если бы его не… он наверняка поднял бы шум. Кстати, что произошло? Почему дриммер не убил тебя?

– Я тоже знаю «слово власти». – Ивашура подобрал меч. – Пошли назад, а то полковник еще бросится на поиски.

Они двинулись к лесу обратным маршрутом, прислушиваясь к звукам, доносившимся со стороны базы Сысоева. Там ничего не происходило, драматическая сцена с физиком не была услышана охраной.

– Что за слово? – не отставал Костров.

– Я шучу. Куща дал мне кодовый опознаватель для дриммера, я только что понял. – Ивашура показал под волосами надо лбом золотистого паучка. – Дриммеры делали в мире Жданова, и конструкторы предусмотрели, как видишь, кое-какие меры безопасности. Меч не рубит своих, тех, у кого есть такая штучка.

– Вроде самолетного запросчика «свой-чужой»?

– Нечто в этом роде.

Они вышли к «БМВ», и Гаранин сердитым шепотом осведомился, где они прохлаждались целый час.

– Наткнулись на неожиданное препятствие, – ответил Ивашура, не вдаваясь в подробности. Не посмотрев на женщин, залез в машину.

Иван, понимающе глянув на его спину, коротко рассказал о встрече с Меньшовым. В кабине «БМВ» наступила тишина. Потом Ивашура включил подфарники, тронул машину с места, и вести отвлеченные разговоры стало некогда.

База ФСБ возле Башни была не огорожена, но охранялась капитально – двумя блокпостами, перекрывающими дорогу и целину со стороны леса, а также лазерными и электронными системами, способными засечь в километре передвижение муравья и жужжание пчелы. Именно такое устройство и засекло группу Ивашуры в прошлый раз, во время разведывательного похода. Теперь же стоило машине пересечь невидимый лазерный луч, как впереди на столбиках с обеих сторон дороги вспыхнули предупреждающие алые огоньки, а к «БМВ» выскочили, словно из-под земли, две тени. Вспыхнули фонари, освещая машину, кусок дороги, ноги в ботинках и камуфляж-штанах.

Ивашура задержал дыхание, собираясь при первых же признаках досмотра рвануть прямо к Башне, но, видимо, Сысоев еще не прибыл и появление его машины приняли за прибытие начальства.

Фонари погасли. Охранники в маскировочных костюмах исчезли так же быстро, как появились, красные светлячки на столбиках изменили цвет на фиолетовый и погасли. Игорь Васильевич плавно выжал сцепление и въехал на территорию базы, сразу определив местоположение здешнего штаба. Однако подъехал не к фургону, похожему на один из домиков экспедиции, а к бронетранспортеру с крупнокалиберным пулеметом на крыше, охранявшему вход в Башню – неровную дыру в ее стене пять на пять метров, проделанную, очевидно, с помощью взрыва. Дыра освещалась изнутри тусклым желтым светом, но людей ни внутри, ни возле видно не было.

– Может быть, рванем прямо туда? – выдохнул на ухо Ивашуре Костров. – Пусть потом догоняют.

– Олег, выпускай своих парней, – негромко произнес Ивашура. – Надо во избежание лишнего шума обезвредить командирскую будку и БТР.

– Шум все равно начнется, – обиженно проворчал Иван. – Я пойду с ними.

– Ты пойдешь со мной. Олег, останешься здесь, с женщинами. Ваша группа – резерв на случай осложнений.

План был оговорен заранее, и полковник промолчал.

– Игорь, – прошептала Вероника.

Ивашура, вылезающий из машины, сунулся обратно, обнял подавшуюся к нему женщину одной рукой, поцеловал и вышел. Костров выбрался следом, когда оба помощника Гаранина уже растаяли в темноте у глыбы бронетранспортера.

С виду не торопясь, но ожидая появления противника с любой стороны, Ивашура с Иваном прошагали по утрамбованной площадке к домику штаба с тарелкой спутниковой антенны на крыше и с ходу вошли в коридор, освещаемый лишь настольной лампой, стоящей на тумбочке. Охранник обретался здесь и дремал, удобно устроившись на стуле и опустив автомат между ног. Услышав шум, вскочил, вытягиваясь, тараща глаза, но сообразить, что происходит, не успел. Иван пролетел на цыпочках весь коридор (он начал движение раньше, как только вошел) и точно воткнул два пальца в солнечное сплетение камуфлированного верзилы, не экипированного, к счастью, бронежилетом. Парень согнулся пополам, хватая раскрытым ртом воздух, Иван добил его костяшками пальцев в затылок (не смертельно, жить будет, но очнется не скоро), уложил на пол, затем выключил лампу и метнулся назад, к Ивашуре, который уже открывал одну из дверей. Сквозь щели этой двери пробивался свет, в то время как другие – всего дверей было четыре, по две на каждой стороне коридора – казались темными.

Это была диспетчерская, комната управления всем хозяйством базы. Посередине стоял стол с тремя мониторами, компьютером и пультами, рядом на столике поменьше – переносная военная рация типа «слава», с выходом на спутниковую теле– и радиосвязь, две микрорации «Тюльпан», мощный двадцатикратный бинокль. В углу – пирамида с тремя автоматами «АКСУ» и карабином «СКС», два ящика, один из которых был вскрыт и показывал ствол переносного зенитно-ракетного комплекса типа «гарпун». У стены диван, у стола три стула и кожаное черное кресло, предназначенное, очевидно, для «самого».

На диване сидели двое в камуфляжных комбинезонах без знаков различий, третий – в черном трико, с повязкой на голове – нагнулся над столом. Все трое оглянулись на скрип двери и теперь молча смотрели на вошедших. Потом Ивашура, не давая им опомниться, сделал выпад мечом и развалил рацию на столике надвое. Морзянка, попискивание из динамика, чьи-то голоса – все стихло. Острие меча уперлось в грудь здоровяку. Иван узнал в нем помощника Сысоева капитана Агатова. Качнул головой:

– Надо же, выжил, поручик! Надеюсь, на этот раз демонстрировать выучку не станешь? Везение ведь может и закончиться когда-нибудь. Ложись. Ложись на пол, говорю! Драки не будет, некогда. И вы, господа, тоже укладывайтесь рядом.

Военные на диване – один постарше, лет под сорок, с широким бледным лицом, второй помоложе, загорелый до черноты – послушно сползли на пол, легли лицом вниз. Иван связал им руки и ноги особым способом, не позволяющим не только делать попытки развязаться, но и двигаться вообще, глянул на неподвижно разглядывающего стол Ивашуру.

– Куда их?

– Проверим остальные комнаты и разнесем по одному. В принципе до начала их операции остались считаные часы, надо спешить.

Они проверили оставшиеся комнаты штабного строения, обнаружили еще одного спящего охранника и связали, оставив досыпать с кляпом во рту. У Ивашуры пискнула «марка» рации за ухом.