Раб 512 - Дэйв Макара

Вытащив из трюма-багажника малый контейнер с уже установленными погрузочными антигравами, откатил его почти к самой пропасти-провалу с краю острова.

Думаю, еще лет 30-50 и океан размоет последнюю перемычку и зальет эту бездонную дырень, а пока…

Пока кто-то заботливо установил на краю пропасти самую натуральную, деревянную конструкцию, с которой в пропасть свисал-качался обрывок каната, когда-то то ли ярко-желтого, то ли зеленого электрик.

Поставив контейнер на указанное место подошел к пропасти и заглянул вниз.

Глубоко!

Очень глубоко!

Судя по тому, что я могу понять, там метров 300-400, а то и больше!

- Глубина ущелья 2 километра семь метров. – Сзади ко мне подкралась похожая на Вив, Лив. – Электроника там не работает, что указывает на высокую пси активность, а пробы грунта отличаются высоким, хоть и не смертельным, уровнем радиации.

Аграфка улыбнулась.

Не хорошо улыбнулась!

- Мягкой посадки, человечек! – И засандалила мне в грудь ногой, отправляя в дальнюю дорогу.

- Кай! Кай! Кай! – Я отчетливо видел, как над краем пропасти, совсем на мгновение, появилась голова Нины.

Мелькнули руки и вслед за мной полетел второй рюкзак!

Блин…

Если выживу – это будет…

Остался такой пустяк – выжить и найти!

Что такое два километра в свободном падении?

Это очень долго падать!

Я закрыл глаза и взмолился всем законам, что нарушают законы, всем исключениям из правил, твердя про себя только одну фразу…

Пока вероятность не определена, она не предопределена!

Сверху светло, снизу – темно!

А посередине я и моя вероятность!

Развернувшись в воздухе, вспомнил свои прыжки с парашютом и попытался «лечь на поток».

На Земле не получилось ни разу, а тут…

Тут помог мне инженерный комбез – антигравы в нем слабенькие, но вот размер…

Через двадцать секунд падения комбез принял форму белки-летяги и стало не так уж и страшно, а когда удалось поймать восходящий поток, то и даже прикольно!

Жаль, что «белк-летяг» из меня так себе, но… чертыхнувшись, глянул вверх-в-сторону, ища взглядом сброшенный следом рюкзак.

Ага, а то как же!

Но… Вероятность!

Я хмыкнул и принялся высматривать, в каком же месте мне потерпеть катастрофу, чтобы был шанс на выживание?

Каменное ущелье как-то не радовало ни лесом, ни водой, ни стогами сена!

Только камень, камень, камень!

Глядя на высотомер, понимал, что с высоты в два километра я, скользя по потокам, смогу пролететь километров десять, а то и больше, но…

Стряхнув на миг нахлынувшую панику, снова принялся шарить взглядом по поверхности…

Камень, камень, камень…

Паутина?!

Да еще охренеть каких размеров!

И еще паутина, и еще!

Так, паутина – это прекрасно, но на такой скорости меня об нее просто на куски порежет, так что… Летим дальше!

Миновав паутинное поле, вздрогнул – посреди каменной пустоши, чернел еще один лаз… Огромный!

И, судя по всему, именно туда меня и тянуло, хоть я и попытался честно миновать его!

Лег на крыло, дернул ножкой, но…

Вместо поворота меня развернуло и всосало в дырень!

В черную, беспроглядную, дыру!

Кажется, я что-то орал.

Но уже через пару секунд меня приложило пузом об удивительно прохладный камень, покрытый чем-то одновременно и липким, и скользким, и потащило вглубь!

Комбез верещал о получаемых повреждениях.

В голове вертелось, что это хорошо, что меня втянуло ногами вперед!

А сама чернота тихо успокаивала, что все может быть!

В последнее я верил изо всех сил!

Еще через несколько секунд до меня дошло, что я не лечу, а скольжу по странному желобу, как боб по ледяной трассе.

И трасса эта, к моему счастью, явно начинает загибаться вверх, гася мою скорость.

По субъективному ощущению, желоб закончился минут через пятнадцать, небольшим трамплином.

После которого я понял, как чувствует себя блинчик на воде!

Никогда не умел в «блинчики»!

Вот и на этой странной планете я всего лишь дважды шлепнулся жопой о поверхность воды и сделал «Бульк»!

Комбез отреагировал мгновенно – надулся, упрятал мою дурную голову под шлем капюшон и написал, что в таком виде я могу находиться еще 15 часов!

Все-таки, как ни крути…

Я вынырнул и огляделся по сторонам.

Темненько, мрачненько и…

Страшненько!

Я тут прикинул, что после двух километров основного провала, я пролете вниз еще не меньше километра, а это значит…

Это значит, что у меня над головой, именно сейчас, три километра породы, океаническое дно и целый океан, который только и ждет, когда же ему удастся ворваться в пустое пространство!

Бр-р-р-р, в общем!

Побултыхавшись, сориентировался откуда пришел и замер, взвешивая, плыть назад или вперед?

Если назад, то берег, однозначно, ближе, но…

С каких это пор я стал искать легкие пути?!

Перевернувшись, поплыл вперед, навстречу приключениям!

И веря в вероятность!

Через час, изрядно прокляв свою любовь к приключениям, разглядел где-то далеко впереди чудесную, желтоватую точку самого настоящего, дикого костра!

Аж сил прибавилось!

Минут через двадцать, выбравшись на берег рядом с костром, разочаровано вздохнул: костер был, но вот вокруг него, кроме странных вещей, уже изрядно пыльных, ржавых и погрызенных насекомыми, ничего и не было.

Да и сам костер был какой-то неправильный – с одной стороны от него тянуло жаром, а с противоположной – холодом!

Покачав головой, принялся наводить порядок – явно владельцы вещей не будут против, если я что-то сожгу, что-то быстро выполаскаю, а что и закину подальше с глаз!

Монотонная, механическая работа – да, только этого мне сейчас и не хватало, если честно!

И голова свободна, и руки заняты, и порядок навожу!

Всю ветхую рванину швырнул в костер – ох, как он обрадовался подношению, аж метра на три вверх выстрелил своими языками!

Весь металл – три кирасы нормальных и одна, судя по выступающим вперед окружностям – женская, отправились в уголок, до лучших времен, четыре вещмешка поделились со мной котелками-ложками-чашками и полусгнившими кошелями с монетами разного металла и номинала.

Думаю, если выберусь, за них можно будет выручить не мало!

Фиксируя каждое свое действие «под протокол», обнаружил четвертый вещмешок. Вот только нашел я его не у костра, а полузатопленным, на берегу.

Рядом остался костяк на котором оказался великолепный драгоценный комплект из самоцветов и парные клинки, скорее казачьи шашки, чем сабли, но…

Все отмыв, притащил к костру и занялся осмотром.

Нейросеть иногда подсвечивала странные места и так я узнал, что вся драгоценная мишура, навешанная на руки-ноги-шею, изначально была обвесом клинков, либо украшением простеньких, на первый взгляд, ножен, либо прятались