Марш через джунгли - Дэвид Марк Вебер

Здесь всегда дул ветер, ровно, изматывающе. Все каньоны пронизывал постоянный воздушный поток, от высокогорных равнин к джунглям, где атмосферное давление было ниже. Его упорство поддерживало последний оплот пустыни на пороге бескрайних трехъярусных влажных джунглей, раскинувшихся в ста метрах ниже.

Капитан Панэ посмотрел вниз, на сплошной зеленый купол, и в шестой раз задумался, не ошибся ли он, приказав остановиться на ночлег посреди каньона. Корду, казалось, было безразлично, где спать; он упорно повторял, что они должны идти в деревню, а любое другое решение означает смертный приговор... но сейчас спокойно сидел у огня, спасаясь от холода. Панэ его не винил: холоднокровную тварь такой холод мог и усыпить.

Морпех, почесывая подбородок, размышлял над тем, что они узнали от аборигена. С большой неохотой он признал, что Роджер оказался прав, когда настаивал на быстрейшем установлении контакта с местными жителями. И в конечном счете тот разговор в палатке задержал их совсем ненадолго. Но говорить это Роджеру или даже О'Кейси капитан не собирался. У отряда должен быть только один командир, в особенности в такой сложной обстановке, а, что бы там ни говорилось в штатном расписании, его королевскому высочеству полковнику принцу Роджеру не стоило поручать даже организацию пирушки в пивном баре.

Когда этот юный осел без спросу сунулся вперед и застрелил неведомое чудовище, капитаном целиком владела безраздельная, добела раскаленная ярость. Теперь она схлынула, и Панэ сожалел, что сорвался и не удержал язык на привязи. И не потому, что сказал лишнее, и не потому, что не должен был себе такого позволять, и даже не потому, что маленький приватный разговорчик мог иметь сокрушительные последствия для дальнейшей карьеры некоего капитана Армана Панэ (если честно, этот капитан был сейчас слишком занят проблемами выживания, чтобы волноваться о такой ерунде, как карьера). Нет, капитан морской пехоты не мог себе простить, что поступил непрофессионально.

С другой стороны, его маленький ядерный взрыв произвел-таки на принца нужное впечатление, протаранив его высокомерие и безалаберность — две основные черты характера мальчишки, затмевавшие собой все остальные. Именно поэтому Панэ не собирался признаваться в том, что на этот раз щенок мог оказаться прав. Последнее, в чем он нуждался для полного счастья, был принц, уверовавший в свою непогрешимость. Он и без этого непрерывно бодался с профессионалом, от которого целиком и полностью зависела его жизнь.

Если оставить все эти соображения в стороне, следует признать, что Корд может оказаться исключительно полезным, во всяком случае на первое время, а его убежденность в том, что он в долгу перед Роджером, пойдет на благо всему отряду. Похоже, что мардуканец — вождь или шаман того самого племени, территорию которого им предстоит пересечь, а значит, Роджеру обеспечены наилучшие рекомендации и прекрасный посредник в делах. Они на такое и надеяться не смели.

Непонятно только, зачем мардуканец забрел так далеко в горы. Он что-то говорил насчет видений и духовных поисков. Казалось очевидным, что проблема, заставившая его отправиться в путь сквозь крайне неблагоприятную местность, исключительно важна, но, как он ни силился объяснить ее, люди ничего не поняли. С другой стороны, по дороге к месту ночевки он почти все время разговаривал с Роджером и Элеонорой, и языковая программа практически завершила работу по созданию ядра местного диалекта. Завтра утром найти с аборигеном общий язык будет намного проще.

Панэ позволил себе потратить еще несколько секунд на мечты о том, что так оно и будет, и как будет здорово, если это облегчит им дальнейший путь... затем выбросил всю эту ерунду из головы и занялся неотложными задачами. Сначала обход лагеря по периметру — последняя проверка перед отбоем, и ее надо провести лично. Все оказалось на месте: мины-ловушки направленного действия установлены, лазерные детекторы включены, температурные датчики отрегулированы. Чтобы просочиться через эту линию защиты, чужак должен превратиться в невидимку или быть не крупнее козленка.