Вторжение - Ростислав Марченко

– Что и людьми тоже торгуют?

– Они всем, что им попадется, торгуют. На редкость небрезгливые товарищи.

– Человек человеку волк и в конкуренции все средства хороши?

Абросимов нахмурился еще больше. Тоже просекший, к чему выводят разговор, «Иванов» ехидно ухмыльнулся.

– Ага. Где-то так и есть.

– Так, может, мы их немного того? Ответим недобросовестным конкурентам той же монетой? – Демидов глянул на «Иванова» – Надеюсь, купцы из Хаймдайна нам не условно дружественная фракция?

«Иванов» отрицательно покачал головой.

– Отнюдь. Как бы ни именно они поиск и уничтожение нашей базы морским лордам оплачивают.

Я поневоле глянул в направлении еле-еле наблюдаемого невооруженным взглядом белого пятнышка на горизонте. Возникло мнение, последние слова только что решили судьбу этого корабля.

– А ты как считаешь, Виктор Степаныч? – Демидов решил ковать железо, пока горячо. Первым лицом на борту все же считался Виктор Степанович.

Абросимов замялся. То, что избыток решительности в таких условиях не его сильная сторона, мы все давно поняли. Впрочем, я ни на секунду не сомневался, что Демидов его дожмет. Особенно, если снова поддержит «Иванов».

«Иванов» поддержал:

– Я бы сказал, в идее что-то есть. Мало ли по каким причинам корабли в океане исчезают…

Капитан затравленно оглядел собеседников. Демидов радостно потер руки:

– Так в чем встало дело? В применении бортового вооружения проблем нет. Уйти не смогут. Больше такого случая нам может и не представиться.

«Иванов» высказанному предложению задумчиво кивнул.

– Я только за, не вопрос. На этих купцов много чего завязано. Хуже точно не будет.

Абросимов еще несколько секунд раздумывал под взглядами обоих собеседников, но все-таки сдался. Чем, видимо, никого не удивил.

– Мы под парусом. Дело будет не быстро.

Спевшаяся парочка дружно хмыкнула. Демидов даже помахал рукой:

– Мы, Степаныч, никуда не торопимся. Абордажной группе еще к бою надо подготовиться.

– Ты не в воде людей стрелять собрался? – Немного скривился Абросимов.

– Зачем, если галеон можно и на абордаж захватить?

Все, кто хотя бы краем уха прислушивался к разговору, превратились в само внимание. Удивился даже сам «Иванов»:

– Хм, я тоже думал, ты только артиллеристов потренировать собирался.

– Это сначала. Но я все же разведчик. Если на купчишек много в архипелаге завязано, почему бы достоверных источников информации не добыть?

«Да неужели», – мысленно хмыкнул я. «Иванов», видимо, подумал о том же самом.

– Что бы компания без тебя и твоих трофеев делала, Алексей.

По лицу Демидова на долю секунды мелькнула тень. Шпик продолжил:

– Но я не против. Единственное, ты уверен, что людей на абордаж хватит? Там экипажа и пассажиров, самое меньшее, человек триста. Да и колдун тоже может оказаться.

– С поддержкой экипажа «Камбалы» управимся. – Демидов покосился на Абросимова. – Моих на штурм, матросню на мачты. Перестреляем самых активных, остальных загоним под палубу. Сами сдадутся. А не сдадутся, вытравим. Гранаты и дымовые шашки у нас есть.

– Хе, как радикально ты рассуждаешь. – «Иванов» рассматривал Демидова с циничной, кривоватой такой усмешкой. – Но я в твою компетенцию лезть некомпетентен. В организации захвата всё решай сам.

* * *

Дело оказалось еще более не быстрым, чем ожидалось со слов Абросимова. Пока наша «Камбала» скрытно занимала наветренное положение, мы потеряли многовато времени, и Демидов не решился на вечерний штурм. Захват судна с многосотенным экипажем грозил затянуться, наступающая темнота увеличивала риск неоправданных потерь. Мысль о внезапном ночном нападении руководством тоже была отброшена – будучи оптимальным решением для потопления галеона, оно резко снижало наши возможности при самом абордаже. Команду противника перед штурмом требовалось как следует проредить.

Потерять «Коня Ранн» с нашим техническим оснащением было сложно. Генератор, ранее стоявший для экономии ресурса, был немедленно включен. Соответственно, появилась электроэнергия для стоявшей на бригантине яхтенной «Furuno», тепловизоров и даже авторулевого. Далее только требовалось держаться на темной стороне горизонта, поджидая восход солнца.

Сам штурм предполагал две версии. Проделать гранатометами или взрывчаткой дыры в борту, достаточные, чтобы пролез человек, и соответственно штурмовать «Коня Ранн» снизу вверх, либо взойти на палубу при помощи штурмовых лестниц и атаковать сверху вниз. Демидов держался второго варианта. Я был с ним согласен. Хотя лично меня, такого умного, никто и не спрашивал.

Нравилась ли мне идея убивать людей, не сделавших мне ничего плохого? Конечно, нет. Однако при этом возникала одна проблема – я был подписавшим контракт солдатом, которого, как и главного героя «Аватара», силой в дело никто не тащил. И я, в отличие от идеологического посыла этого зрелищного кино, вовсе не желал стать главным героем истории о душевных муках и нелегкой судьбе предателя.

Хотя бы потому, что после тех подозрительных микстур, которыми пичкали в клинике в ходе «профилактического лечения» (помимо сдачи огромного количества анализов), у меня обнаружилось постепенное исчезновение слегка порошившей виски седины, несомненное разглаживание физиономии и, прошу прощения, даже непритворный юношеский стояк.

Студентка-эскортница на отходной вечеринке, удивленная моей прытью, подняла самолюбие куда-то в район вершин Эвереста, поцеловав в щёчку на прощание и оставив свою личную, а не фирменную визитку. Размышления о том, что это не я был супер, с хрен двумя руками не согнешь, но просто девушка на леваках не прочь подзаработать, оказались задвинутыми в самые глубокие уголки разума. С подобным психологическим самоедством вместо поражения до самых глубин матки профессиональных проституток до психологической же импотенции очень недалеко.

Вербовщик, расписывая плюсы подписания десятилетнего контракта с его возможностью привлечения к особым заданиям, определенно не обманул. К слову сказать, если исходить из осторожных расспросов сослуживцев, я на бригантине с ним был единственным.

Оба «Утеса» вытащили на бак, расчеты и я в том числе заняли свои места. СПГ-9 Демидов решил не использовать:

– Я верю законам подлости. Гранатами подожжем еще.

По этим же причинам НСВ было приказано применять крайне осторожно. Номенклатура патронов к нему состояла из одних бронебойно-зажигательно-трассирующих боеприпасов и патронов с пулями мгновенного зажигательного действия, они же пристрелочно-зажигательные. Самое то, чтобы стрелять по деревянному корыту, которое надо непременно захватить, а не случайно подпалить, ага. Довод, что в районе Монтелигеры куда меньший кораблик с огромным трудом из КПВТ подожгли, не убеждал даже меня самого. Я тоже верил в закон бутерброда, который падает только маслом вниз.