Пятая Бездна - Саша Степанова

– Отойди! – взвизгнула она, и Маринка упала в траву, прикрывая голову руками. В воздух взметнулись птицы. Земля, листья и мелкие веточки осыпались на волосы и плечи. Береза, накренившись, словно выбирала цель, догнала Аша и рухнула сверху. Лера увидела бледное, с распахнутыми глазами лицо Петра Ратникова. Заметив ее, он мгновенно выставил перед собой руку в том же неизвестном знаке, который Лера видела у Демида…

Что-то с силой толкнуло ее в грудь. Верх и низ поменялись местами. Лера покатилась в траву, а когда подняла голову, на том месте, где она только что стояла, скорчился Егор. Ратников развернулся к Вэлу, Лера видела перед собой его напряженную спину.

Рука сама нырнула в карман – на костяшки холодно легла веккия. Лера встала, пошатываясь. Нити, связывающие Ратникова с ней, вспыхнули перед глазами.

– Тварь. – Поднявшись на локте, Маринка что-то выхватила из-под себя и молниеносно выкинула руку вперед.

Ратников согнулся. Сделал несколько шагов, попытался схватиться за воздух и повалился лицом вперед.

Пока Маринка тормошила лежащего в траве Егора, Лера смотрела на лес. В темноте ярко сверкнул луч прожектора. Он вырастал и вырастал, ветер донес кислый запах и одышливое дыхание, и вот уже ее и Демида разделяла только береза с погребенным под ней Ашем.

– В нем черви, – сказала она, и Демид едва заметно кивнул в ответ.

Смотреть на то, что он сделает с Ашем, не хотелось, и Лера перевела взгляд на Маринку.

– Давай, – нежно приговаривала она над Егором. – Всего один раз.

– Ваша игра… это мерзко, – слабо отпирался он.

– А ты не играй. У тебя все будет по-другому. Все… По-другому… Давай.

Она опустила его руку на руку умирающего Ратникова. Лера отыскала глазами Вэла. Он точно так же смотрел на Маринку и Егора с противоположной стороны.

Взревел двигатель мотоцикла. Маринка надела шлем и перекинула ногу через седло – такая же стремительная, как брошенный ею нож.

– Я не хотела портить твой телефон. Нужно было подыграть Петру.

– Это был не мой, – бледно улыбнулась Лера.

Егор хлопнул ее по плечу.

– Скажи родителям, что я свалил за границу учиться по обмену. Наври что-нибудь. Прости, систер. Это я тебя тогда вызвал.

Она молчала, насупившись.

– Не специально. Я ничего не понял. Тащил до дома, вспышка, сам чуть не вырубился. Думал, на солнце перегрелся. Прости, ладно?

– Угу.

«Громокот» рванул с места и скрылся за поворотом.

– Телефон? – без интереса спросил Вэл. Он то наклонялся над Ратниковым, то отдергивал руку.

– Твой телефон разбился.

– Сам разбился?

– Марина бросила его в стену.

Вэл наконец решился. Присел возле Ратникова и быстрым движением вытащил из его кармана Бездну.

Демид вышел из-за березы и смотрел на них не моргая.

– Иди, – сказала ему Лера. – Червей больше нет. Нет, говорю! – прикрикнула она, и Демид, развернувшись, потащился обратно к лесу.

К плотине бесшумно подъехал черный автомобиль. Затем второй, третий.

– Пошли отсюда, – сказал Вэл. – Это Матушкины. Пусть разбираются.

Только оказавшись в салоне «мини-купера» рядом с Вэлом, Лера наконец осознала, что все позади. Что не нужно больше скрываться, искать Бездну, общаться с Эриком. Что пора забрать свои вещи и вернуться домой. И что отец Эрика убит, а сам он об этом еще не знает…

Краем глаза она заметила, что Снежин держит руль одной рукой. Вторая лежит на колене.

– Рука.

– Что? – вынырнул он из своих мыслей, как это часто бывало. – А, ерунда… Несерьезно.

Край неба занимался бледно-розовым. Леру трясло, мокрые и грязные джинсы прилипли к ногам. Она попыталась повернуться на бок и лечь.

– Холодно? – заметил Вэл. – Сейчас станет получше.

Печка дунула жаром. Лера смотрела на лицо Вэла снизу вверх и думала, что знает его совсем недавно, но ужасно давно.

– Не уезжай, – попросила она. – Эрик предложил мне встречаться. Я отказалась. И ничего не произошло.

Машина едва ощутимо вильнула в сторону и вернулась в полосу.

– Отказалась? – прищурился Вэл. Он будто включился и только сейчас появился здесь, рядом с ней.

– Конечно.

– Что ты ему сказала?

– Так и сказала: «нет». И ушла. Мы не Чета. Валя, не уезжай, пожалуйста.

«Мини-купер» плавно набрал скорость. Лера выпрямилась в кресле и с восторгом смотрела на то, как ложится под колеса дорога, а дома на обочине становятся почти неразличимы, и внутри скрутился узел восторга и страха – раньше Вэл никогда не лихачил.

– Не уеду.

* * *

Лера несколько раз смерила шагами пустой коридор, забралась на подоконник и выглянула в окно. Неразлучные Мири и Мина пересекли двор и скрылись за шатром столовой. Беспородная полосатая кошка прогуливалась туда-сюда по дорожке и вдруг несколькими прыжками взобралась на дерево. Шел третий час объяснения Вэла с Матушкой.

– Лера! – позвала Матушка, когда кошка спрыгнула вниз, а Мири показался из столовой и посмотрел на небо. – Зайди.

Выходя, Вэл ободряюще сжал ее руку.

– Присядь. Хочешь чаю? – Предвосхитив ответ, Матушка поставила на стол огромную белую в красный горох чашку. – Ты сделала больше, чем можешь себе представить. Поверь, в нашем мире находка чарок не останется незамеченной.

– Я искала не одна.

– Но ты не могла не искать.

– Я искала не одна, – сухо повторила она. – Мне помогли Валя и Ульяна.

– У Снежина достаточно опыта в таких делах, поэтому я и попросила его присмотреть за тобой, – поджала губы Матушка Вайс. – Сейчас важнее другое. Ты ничего обо мне не знала…

Лера уставилась в чашку. Не знала бы и дальше, если бы не Петр, который ее разыскал.

– Я хотела забрать тебя в «Бересклет», но твой отец был против. Он сказал, что ты не вязница и тебе здесь делать нечего. И он был прав, ты нуждалась в другом образовании. Несколько раз в год он отправлял мне твои фотографии – я видела, как ты взрослеешь. Так похожая на Вету… Я хотела приехать, но он не позволил. И я согласилась быть далекой иностранной бабушкой. Ты получала мои подарки?

Лера помотала головой. Матушка выдохнула:

– Понимаю. Я присылала их на все праздники. Он винил в смерти Веты и меня тоже. Всех нас. Говорил, что мы безумны. Вета пыталась жить обычной жизнью, как он того хотел. Мечтала, чтобы ты родилась обычной, не вязницей. И посмотри… Почти так и получилось.

– Я… – сказала Лера. – Не выбирала. Ничего и никогда.

– Снежин отвезет тебя домой, родители уже ждут. Но, дорогая… Я бы очень хотела видеть тебя в «Бересклете» осенью. Насколько я понимаю, благодаря молодому Ратникову