Лабух - Иван Валерьевич Оченков

В руках атамана тут же возник револьвер, а матрос лапнул кобуру самого настоящего маузера. Остальные тоже зашевелились демонстрируя бдительность и боеготовность и только Франт остался недвижим, хотя готов поспорить, что при надобности он выстрелил бы первым.

— Спокойнее, господа! — сглотнул я подступивший к горлу ком. — Я человек мирный и практически безобидный.

— То-то!

Как бы то ни было, мне удалось перекусить самому и даже немного накормить своего непреклонного спутника. Удержаться от сала тот не смог, хотя и заявил шепотом, что плясать для бандитов не станет.

— Станешь, если жить хочешь! — так же тихо ответил я ему.

— Они нас все равно убьют…

— Возможно. Но не сейчас!

Боже, как я играл и пел в тот злополучный день! Наши дворовые песни, блатняк, шансон… в общем все что только можно спеть под гитару. Понимая, что пока я пою, меня точно не убьют, я старался, как мог и что самое странное получилось! Вскоре вокруг нашей избы собрался весь отряд, включая часовых, и все с разинутыми ртами смотрели на мое выступление.

Народ среди них собрался самый разный. Обиженные на Советскую власть крестьяне, дезертиры, откровенные уголовники… и для каждого я сумел найти подходящую песню с нужными словами! Вероятно, старик Ницше был прав, когда сказал, что искусство есть форма власти над людьми…

Все закончилось так же внезапно, как и началось. Судя по всему, захватившие нас бандиты успели изрядно надоесть местным властям и те взялись за них всерьез. Пока я развлекал их музыкой и пением, Новоселовку окружили местные милиционеры с чоновцами и один из моих аккордов прервал нестройный залп из винтовок.

Никак не ожидавшие такого удара судьбы бандиты запаниковали и бросились врассыпную, но красные были со всех сторон и вряд ли кому из рядовых разбойников удалось уйти. А главарей блокировали в избе, но что самое противное — вместе с нами…

— Сдавайся, Нечай! — раздался чей-то властный голос.

— Мне смысла нет, начальник! — крикнул в ответ занявший позицию у окна главарь и в подтверждение своих слов выстрелил из нагана.

— Гранатами закидаем, — посулил тот же голос.

Подобная перспектива, как вы вероятно и сами понимаете, отнюдь меня не устраивала. Надо было что-то делать, но вот что? Кричать, что мы заложники и находимся тут против своей воли? Попытаться спрятаться? Или вступить в бой на стороне бандитов? Так себе варианты, если честно!

В общем, не представляя до конца что я делаю и чем все это может закончиться, я схватил со стола почти опустевшую бутыль и неожиданно для себя самого опустил его на голову Нечая.

— Ах ты, сука! — ошарашено посмотрел на меня матрос, медленно поднимая маузер.

Скажу честно, прежде мне приходилось размахивать «розочкой». В ресторанах, где я играл, случалось всякое, в том числе и пьяные драки. Но до сих пор как правило хватало лишь обозначить угрозу, а теперь… В общем, я сделал шаг и широко размахнувшись полоснул моряка по горлу. Попал, судя по хлынувшему потоку крови, удачно, но громыхнувший где-то совсем рядом выстрел обжег мне ногу. А потом…

Танцевал мой напарник откровенно плохо. Возможно потому, что не стал пить. Но вот соображал, как теперь выяснилось, довольно быстро. И пока я пускал кровь своему противнику, успел захватить наган главаря и тут же принялся палить без разбора во все стороны, отчаянно вереща при этом что-то вроде — всех порешу!

На наше счастье, чоновцы не стали закидывать нас гранатами, а быть может, у них их просто не было, и бандитов брали на понт. Услышав выстрелы в избе, они сначала думали, что это очередная уловка, но потом все же решились войти и захватили всех уцелевших. В том числе и нас.

— Мы свои! — успел заявить им мой напарник по выступлению, но, кажется, не убедил.

— Разберемся, — многообещающе заявил усатый милиционер.

— Никишка, а ты как здесь? — неожиданно узнал его руководивший всей операцией командир в блестящей кожаной куртке.

— Товарищ Фельдман! — шмыгнул носом мальчишка и бросился к нему.

Услышав знакомую фамилию, я поднял глаза и едва задохнулся от удивления. Стоявший передо мной человек был точной копией угробившего меня Сени, точнее того, каким он был сразу после окончания института. Молодой, чернявый, подтянутый…

— Товарищ Фельдман, — едва сдерживая слезы кричал парень. — Они убили товарища Лукина… И остальных… а Машу… Машу все вместе…

— Тихо-тихо, — успокаивал его клон моего одноклассника. — Мы все знаем. Нашли всех. И Машу тоже… А это кто?

— Это… это он Нечая оглушил, — решился начать все-таки с героической части наших приключений Никишка, после чего немного подумал и добавил, — и меня спас!

Судя по всему в глазах командира это было достаточной рекомендацией, потому что он прекратил смотреть на меня подозрительно и протянул руку.

— Михаил Фельдман! — представился он. — Начальник здешней милиции.

— Очень приятно, — ответил я на рукопожатие, и поскольку совсем забыл фамилию, значащуюся в отобранной бандитами справке, ограничился именем, — Николай!

Что ж, либо мир, в который я попал напрочь альтернативный, либо Сеня не слишком хорошо знал историю своей семьи!

Глава 2

С момента моего провала в прошлое прошло не так много времени, но надо сказать, жизнь потихоньку начала налаживаться. Не знаю, что стало тому причиной, найденная на месте поимки бандитов справка, героическое участие в задержании Нечая или ещё что? Но прадедушка моего одноклассника отнесся к совершенно незнакомому ему человеку с полным участием. Для начала, меня приодели и снабдили самым необходимым.

Поскольку все мои вещи ограничивались драной гимнастеркой, потертыми галифе и донельзя изношенным исподним, мне выдали кое-какое имущество из числа захваченного у бандитов. Ношеные, но ещё крепкие ботинки на толстой подошве, пиджак и фуражку, а также котелок, кружку и прочую мелочь, собранную для удобства в вещмешок. Судя по взглядам некоторых вояк, одежда и обувь в этом времени представляет из себя не малую ценность.

— Переночевать есть где? — поинтересовался тот напоследок.

В ответ я лишь красноречиво пожал плечами.

— У меня можно, — подал голос Никишка, полное имя которого оказалось не Никита, как я сначала подумал, а вовсе даже Никифор. Лукич.

— Вот и хорошо, — протянул на прощание руку начальник милиции. — А завтра приходи, подыщем тебе что-нибудь из жилья.

Проживал Никифор Лукич в маленьком домике