Люди в Черном: Интернэшнл - Р. С. Белчер

– Не волнуйтесь, – успокаивал он, – это просто часть плана.

Внезапно раздался гул и грохот. Услышав голос Ризы, агент закрыла глаза и вздохнула.

– Что ж, Эйч, – обратилась Риза, – ты всегда казался немного не в себе.

Риза подошла и забрала головоломку из рук Эм. Агент взглянула на напарника, который слабо бился об огромные ноги Луки.

– Я добился, чего хотел, – заявил Эйч.

Эм покачала головой.

– Предложение мира, – предположила Риза.

Эм сделала шаг к Ризе с поднятыми руками и ладонями.

– Послушай, Риза, ты меня не знаешь, – заговорила она, – и я тебя не знаю. Мы даже не из одной галактики, но мы здесь, на одной скале. Оказывается, вселенная довольно маленькая.

Эм подошла к торговке оружием. Она вспомнила о своих родных в Бруклине, которые ничего об этом не знали. Они и понятия не имели, что Эм покинула Штаты; она вспомнила о Гайе, ее коллеге по стажировке в лондонском подразделении, и обо всех, с кем едва успела познакомиться. Эм подумала о людях, которые умрут, если эта шкатулка, это ужасное оружие от нее ускользнет. Агент кивнула в сторону коробки в руках Ризы.

– Это оружие может поглотить целые солнечные системы. Может быть, однажды и Землю. Это ведь и твой дом тоже.

В комнате воцарилась тишина. Эйч кивнул Эм. Стало ясно, что он гордился ею.

– Снимаю шляпу, – произнес пешка.

Риза, казалось, потерялась в размышлениях над словами соперницы. Взгляд ее отсутствовал, но фокус вернулся, и она задумчиво посмотрела на Эм.

– Ты абсолютно права, – согласилась Риза, плотно прижав коробку к груди всеми тремя руками. – Ты меня не знаешь.

– Убей их, – приказала Риза Луке, а затем указала на агента Эйч. – А его в первую очередь. Пусть ему будет больно.

Лука потянулся к побитому и измученному мужчине, игнорируя все его попытки защититься, словно в его руках был маленький ребенок. Подняв агента за горло на несколько футов от пола, он начал выдавливать из него жизнь. Эм бросилась к Луке, а Риза, почти сияя от радости, наслаждалась шоу.

– Стой! – кричала Эм.

Эйч, покраснев и выпучив глаза, из последних сил ударил Луку, но успехом его удар не увенчался.

– Не нужно этого делать, – умоляла Эм гигантского инопланетянина.

– Он обязан, – радостно продолжила Риза. – У него контракт.

Эйч пытался достать уши Луки, пинать его ногой в грудь, даже тыкать пальцами в его глаза под нависшими веками. У агента не осталось сил; все вокруг казалось одновременно и ярким, и тусклым. Эйч ощутил странное чувство. Ему казалось, что он не достиг ничего реального в своей жизни. То самое чувство, которое преследовало его и от которого он прятался годами с того дня в Париже. «Моя жизнь не имеет смысла». В этот последний момент даже спасение мира казалось пустым и неважным. Ему хотелось, чтобы телохранитель продолжал, но другая, более сильная его часть протестовала и продолжала бороться с темнотой, хотя и не знала, для чего это делает.

– Отпусти… меня… – хрипло шептал Эйч, бессмысленно вгоняя кулак в беспристрастное лицо Луки, – ты… тарантианский головорез!

Эм моргнула. Слова Эйч вызвали в голове яркое воспоминание. Она никогда о нем не думала. Это как не замечать детали на обоях в собственном доме.

– Подожди. Ты сказал «тарантианский»?

– Да, моя леди, он так сказал, – ответил пешка с плеча Эм. – Они весьма целеустремленные, когда дело касается убийств. Мозги размером с фисташковый орех.

Лука слегка зарычал на это замечание и удвоил свои усилия, чтобы свернуть агенту шею.

– Это… и есть… твоя… поддержка?! – булькнул Эйч.

Эм подошла ближе к Луке, рассматривая каждую черту на лице грубого пришельца. Кого-то он ей напоминал. Эм снова стало десять лет, и она оказалась в своей спальне со страшным маленьким инопланетянином с взъерошенной гривой бирюзовых, зеленых и фиолетовых волос, растущих над большими невинными выпученными глазами.

– Я знаю одного тарантианца, – с мольбой проговорила Эм, пытаясь до него достучаться. – Однажды я встретила его. И помогла.

Лука взглянул на Эм, и ей показалось, что за крошечными каменными глазами мелькнули проблески сознания. Но, казалось, Лука выбросил мысли из головы и поднял жертву еще выше, все сильнее сжимая шею. Эм посмотрела на Эйч. Он больше не боролся, а лишь безвольно свисал с руки Луки. В животе ее появилось какое-то холодное чувство. Грудь Эйча пока еще поднималась и опускалась, но дыхание стало прерывистым и поверхностным. Она вспомнила слова ЛвЧовца, сказанные ночью много лет назад: «Сейчас оно милое, но когда эти существа достигают половой зрелости, они превращаются в настоящих монстров».

У Эм не возникло сомнений насчет Луки. Ведь должно быть что-то, чем можно спасти ее напарника. И тогда шестеренки в ее памяти повернулись и встали на место. Посмотрев на Луку, Эм крикнула:

– Kabla nakshulin!

Будто пораженный чем-то более сильным, чем самый смертельный удар Эйч, Лука вздрогнул и ослабил хватку. Налитые кровью глаза агента открылись, чувствуя, как Лука замер от слов Эм.

– Да, – тяжело дыша, произнес Эйч, – слышал, что она сказала?

Лука посмотрел на Эм.

– Откуда ты это знаешь эти слова? – спросил тарантианец.

– Он сам мне сказал.

Лука посмотрел на ее лицо так же пристально, как и она на его, а затем его холодный взгляд потеплел.

– Молли?

Эм улыбнулась и кивнула.

– Это ты! – воскликнула она.

Лука уронил свою жертву на пол и опустил винтовку. Красный как рак Эйч, все еще задыхаясь, тер свое горло.

Риза подняла все три руки вверх, словно только что услышала худшее решение судьи за всю историю какого-нибудь чемпионата.

– Вы что, издеваетесь? – кричала она. – В самом деле?

– И кто теперь из нас не в себе? – Эйч улыбнулся своей разъяренной бывшей.

Риза потянулась, чтобы схватить пистолет Луки, но тарантианец направил его на Ризу, и та застыла.

– Отдай ей коробку, – приказал Лука.

– Лука, ты же не можешь так поступить, – сладким голосом умоляла Риза. – Разве я не была к тебе добра? Я позволяла убивать всех, кого ты хотел.

Лука указал пистолетом на коробку. Риза взглянула на Эм и бросила ей головоломку.

Агент улыбнулась. Теперь оружие было в безопасности.

– Kabla nakshulin, – обратилась она к Луке. – Что это значит?

– Это значит: «Однажды я убью любого, кого ты пожелаешь, самым изощренным способом», – ответил тарантианец. – Приблизительный перевод.

– Или…