Защитники - Билл Болдуин

Еще раз развернув ССРТ, Брим кинулся в погоню, не думая о сокрушительном искусстве разлагателей врага.

— Бей гадов! — крикнул он, ощущая прилив кровожадности. — Удам, заряди торпедные аппараты один и два!

Два значка на передней панели сменили цвет с красного на зеленый.

— Есть! — доложил Бейяж.

Дав ССРТ максимальное ускорение, Брим решил перехватить облачников, когда они повернут на второй заход, но оба «Захтвагера» продолжали разгоняться в сторону Эффервикской Пустоши и, открыв заслонки отражателей, быстро уходили в гиперпространство.

— Вутова борода! — выругался Брим, но его проклятие утонуло в визге тревоги — еще две цели появились сзади, явно направляясь к поврежденной станции БКАЕВ. Развернув корабль по дуге, Брим пошел на перехват. — Удам! — позвал он. — Тут еще два этих жукида. Видишь?

— Вижу, — ответил посол почти сразу. — Приближаются на дисплее цели. Два «Захтвагера». Судя по скорости, только что вывалились из гиперпространства. Подержи-ка ровно пару тиков, шкипер, мне надо их захватить…

Бриму показалось, что прошло десять миллионов стандартных лет, пока ослепительная вспышка над его консолью не затемнила на миг гиперэкраны. И сразу за ней — вторая. Когда обзор прояснился, Брим увидел уходящие в темноту торпеды в головах сияющих гравитонных шлейфов, исчезающих так же быстро, как и появились. И чуть позже он заметил идущие с правого борта «Захтвагеры», летящие прямо и ровно, — они были уверены, что в этой зоне имперских кораблей нет.

Внезапно ближайший «Захтвагер» взорвался клубом радиационного пожара. И в то же время его напарник скользнул вправо, выбросив огромную волну гравитонов из реверсированного отражателя, и замедлился — но не остановился. Тут же в мгновение ока за кормой снова появился гравитонный след, и облачник снова начал набирать скорость — на этот раз в сторону от станции.

— Ну и рулевой! — ахнул Брим. — Уклонился от торпеды!

— За ним! — разъяренно крикнул Онрад. — Убивать надо облачников, а не восхищаться!

— Так точно, — ответил Брим, давая полный боевой форсаж двигателей. Резко переложив руль, он погнался за облачниками в сторону Эффервика через Пустошь. — Бейяж! Готовность аппаратов три и четыре!

— Готовы, Вилф, — отозвался флювиец, и еще два значка на панели сменили красный цвет на зеленый.

Теперь Брим должен был нагнать корабль Лиги так, чтобы Бейяж мог дать торпедный залп под углом. Торпеды славились своей неточностью и отсутствием дальнобойности, когда выстрел приходился точно в гравитационный выхлоп. К счастью, при всей ограниченности возможностей ССРТ на скоростях ниже световой ГА восемьдесят седьмые были ограничены еще сильнее. Эти корабли, названные своими создателями с Гантейзера «Захтвагер», то есть «точный стрелок», были неуклюжими угловатыми звездолетами, оборудованными огромными передними разлагателями калибра 483 миллиирала в качестве главного оружия и двумя кормовыми разлагателями калибра 30 миллииралов. В основном они использовались по наземным целям. Их прототипы были испробованы на Флюваннс в довоенной попытке Лиги захватить этот важный доминион, и тогда от плохо вооруженного местного флота они почти не встретили сопротивления (если не считать «Звездных Огней» ИДК, в битвах с которыми «Захтвагеры» всегда терпели сокрушительные поражения). В силу чего боевые качества этих кораблей были серьезно переоценены, и перед запуском в массовое производство в конструкцию были внесены изменения. В сражениях начала войны корабли ГА-87 показали свою способность относительно легко пробивать себе путь в коротких кампаниях против Корбу, Ганната и Азурна. От этого репутация их превзошла фактические возможности. И против высококлассных кораблей типа «Звездных Огней» или «Непокорных» восемьдесят седьмые оказались медленными и плохо вооруженными — теперешние истребители Сил Обороны Имперского Флота легко с ними справлялись.

Как только Брим со своей невероятной командой бросился в погоню, облачники открыли огонь из своих кормовых 30-миллиираловых разлагателей ДР-81. Онрад тут же ответил выстрелами дальнобойного 225-мил-лииралового разлагателя ССРТ. Но когда гиперэкраны прояснились, облачник был окружен пылающим гало эффекта Гандома и уходил в гиперпространство на всей тяге, которую могли дать его кристаллы.

— Все, мы его сделали, — сказал Брим, открывая выхлоп отражателя.

Одновременно он переключил энергию главной шины на кристалл корабля. С низким рокотом, от которого содрогнулся весь корпус, кристалл ожил, и звездный небосклон задрожал и замерцал — обычный фотонный свет смешался в сердитом красном калейдоскопе, в котором завертелось само пространство разноцветными искрами перехода Дайа-Перафа. Брим отключил перегруженный гравидвигатель — он уже не будет нужен, пока скорость не снизится ниже световой — и ждал, чтобы панели гиперэкранов синхронизировались с кристаллом. Тогда обзор снова прояснился, вернулась величественная безмерность космоса, а «Захтвагер» впереди оставлял за собой длинный зеленый след — ударная волна сверхсветовой оставляла кровоточащий след массы и отрицательного времени в полном согласии с физикой Тревиса, которой подчиняются полеты на сверхсветовой скорости. Как и планировал Брим, он шел сейчас параллельным курсом с облачником, сместясь на шесть пунктов влево.

Глянув назад, чтобы посмотреть на след от своего кристалла, карескриец вывел корабль на максимум скорости и дал больше энергии на кристалл. Вскоре они Догонят противника на куда большей скорости, и ГА-87 начал ставить смертельный энергетический барраж из кормовых разлагателей. Онрад положил этому конец быстрыми очередями своего разлагателя, которые нанесли заметные повреждения, несмотря на предельную дистанцию.

— Ну, как работает бесполезное начальство? — хрипло спросил Онрад.

— Тытьчертовский выстрел! — благоговейно произнес Бейяж. — Эти жукиды Вут знает как далеко!

— Видишь, Вилф? — наставительно сказал Арам. — Я всегда говорил, что Императоры на что-нибудь да годятся.

Онрад взвыл в деланном возмущении.

— Больше никогда с тобой спорить не буду, — мрачно усмехнулся Брим и скрипнул зубами.

Впереди на фоне общего сияния центра галактики ярко обозначились периферийные звезды Эффервика. Брим повернулся вместе с креслом к Бейяжу.

— Удам, надо быстро кончать этого облачника и мотать домой. До Авалона далеко.

— Меньше чем через цикл, — заверил его Бейяж. — Начинаю отсчет.

Брим кивнул и вернулся к управлению. Каждый тик шел как целый стандартный год тревоги, и на скорости 26 М световой они угрожающе быстро углублялись в контролируемый противником космос. Если у Лиги есть хоть что-то вроде БКАЕВ — а Брим был уверен, что есть, — скоро тревога взвоет по всей эффервикской границе.

Убегающий «Гантейзер» был сейчас виден в три четверти чуть дальше шести кленетов.

— Так держать…

Брим так сосредоточился на управлении, что чуть не вылетел из кресла, когда торпедные аппараты сработали. Тем более что Бейяж от возбуждения нажал гашетки чуть раньше, чем крикнул…