Чистильщик - Эйке Шнайдер

Здоровенная туша за решеткой на сказку не походила совсем. Жирное тело на массивных ногах-колоннах, серая складчатая кожа, совершенно лишенная волос. Мелкие глазки и здоровенный рог на носу.

– Что ж… – сказал Кнуд после долгого ошеломленного молчания. – По крайней мере, он явно существует.

Словно в подтверждение этого зверь разогнался и со всей силы влетел лбом в решетку. Та зазвенела так, что заложило уши, но выстояла.

– И мы ему однозначно не нравимся, – сказал Эрик.

– Мы и не должны ему нравиться, – хмыкнул Кнуд, гася светлячок. – Не девицы же.

В темноте снова зазвенело. И снова.

– Не хочешь сидеть смирно – сам дурак, – сказал Кнуд. Ухмыльнулся. Плетения Эрик разобрать не успел. С рук приятеля сорвались разноцветные искры, треща так резко и громко, что Эрик аж присел. Искры устремились к решетке и в дюйме от нее развернулись огненными цветами, все так же шипя и грохоча.

Эрик затряс головой, прогоняя звон в ушах и разноцветные огни перед глазами.

– Какого!.. – выругался он.

Кнуд рассмеялся:

– Здорово, да?!

Он снова запустил искры, только теперь в небо. Эрик задрал голову. Похоже на одуванчик, только из огня. Не так уж грохочет, когда знаешь, чего ожидать. И единорог затих, видимо, тоже совершенно обалдев.

– Такое выплетают перед королевским дворцом по праздникам. Дюжина одаренных за раз – бывает светло как днем. И красиво.

– Красиво, – согласился Эрик. – Только я и от одного-то чуть не оглох.

Кнуд снова рассмеялся:

– Просто от неожиданности.

Эрик посмотрел на него, на небо. Почему-то вспомнился Альмод.

– А в бою…

В следующий миг он едва успел прикрыть глаза рукавом. Шарахнулся, перекатившись по земле. Вскочил, промаргиваясь, – перед глазами снова плясали разноцветные пятна.

– Сдурел?!

– Оно же безвредное! – Кнуд сложился от смеха.

Эрик заковыристо выругался. Может, и безвредное, но когда в лицо летит что-то яркое, разноцветное и грохочущее, разуму не до того, чтобы об этом вспоминать.

– Извини! – снова хихикнул Кнуд.

– Балбес ты пьяный… – буркнул Эрик. Подумал немного. – А давай-ка помедленнее?

Надо ж разобраться, как это делается. Впрочем, показать Кнуд успел всего один раз.

– Господа, может, хватит пугать зверей? – раздался за спиной женский голос.

Словно подтверждая эти слова, решетка снова зазвенела. Очнулся, зараза. Эрик сложил плетение – пусть поспит. Неторопливо оглянулся – если бы та, за спиной, хотела чего дурного, сперва била бы, потом разговаривала.

Над темной фигурой зажегся светлячок. Вот те на. В сторожа зверинца берут одаренных? Хотя почему бы и нет, со школяров станется спереть какую-нибудь редкую зверюгу просто ради удали, если не ради выкупа. И пустые ничего с ними не поделают.

– Я, конечно, понимаю, что у школяров есть куда потратить серебро, кроме как на плату за вход, – сказала одаренная. – Но зачем же зарываться?

Кнуд поклонился:

– Прошу прощения, госпожа. Я показывал другу из Солнечного столицу. И, конечно, не мог пропустить зверинец. – Он улыбнулся. – Может быть, составите нам компанию?

– Непременно. До ворот.

Кнуд развел руками: мол, ничего не поделаешь. Эрик кивнул. Затевать свару не хотелось, да и не из-за чего, по большому-то счету.

– Пойдемте. – Она жестом пригласила их идти впереди.

Эрик оглянулся в темноту, туда, где виднелись очертания здоровой туши:

– И все-таки просто напрашивается эксперимент…

Он достал флягу, жестом предложил девушке, когда та покачала головой, передал Кнуду.