Экспедитор - Игорь Негатин

К деревне туземцев мы вышли только через два часа. Тонкая полоска песчаного пляжа исчезла, а путь преградили скалы. Пока карабкались наверх, рискуя разбиться о прибрежные камни, пока спускались, начало темнеть. Уже в сумерках добрались до лагуны, где среди пальм виднелись хижины, стоящие на невысоких сваях. На берегу лежали узкие, похожие на байдарки лодки. Смуглые полуголые мужчины, женщины, вездесущая малышня… Я шел позади Роберто и, честно говоря, немного опасался первой встречи с хозяевами этих мест.

– Роберто, – тихо окликнул я. – Эти люди не выглядят особо приветливыми!

– Не переживай, Серхио! – Он обернулся и беззубо улыбнулся. – Мы в безопасности!

– Ты знаешь их язык?

– Их старейшина понимает по-испански.

– Не выдаст?

– Боже меня упаси! Он нас спрячет. Мы свободны, Серхио!

– Дай-то бог…

Несколько дней мы наслаждались миром и покоем. Нас и правда встретили довольно радушно. После каторжного рациона здешняя еда показалась деликатесом! Старейшиной этого племени, живущего охотой и рыбной ловлей, оказался пожилой мужчина, которому можно было дать и пятьдесят, и девяносто одновременно. Эдакий местный божок, которого вырезали из мореного дуба, или лесной дух с короткой седой бородой и умными, как у собаки, глазами. Признаться, я так и не сумел запомнить его имени. Оно было слишком сложным для уха европейца. Старик слушал наши рассказы, сочувственно кивал и подкладывал куски сочной жареной рыбы. Клянусь, я никогда не ел ничего вкуснее!

Вместе с тем я находился в постоянном напряжении. Сидел и ждал, когда из кустов появятся красные мундиры, ощетинившиеся штыками своих ружей. Как бы ни старался выглядеть спокойным, ничего не получалось. Старейшина это почувствовал. Он покачал головой и сказал:

– Ты устать. Много смотреть, долго бежать. Надо отдых.

– Поверьте, уважаемый, я бы с большой радостью, – пробормотал я, – но не получается.

– Отдыхать. Нужно. Иначе умрешь. Страх сожрет. Как зверь! – Он поджал губы и что-то сказал одной из молодых женщин – черноволосой и черноглазой диве этих диких мест.

Она послушно кивнула, подошла и положила ладони на мои плечи, провела пальцами по спине… Ощутил, как тело отзывается на ее прикосновения легким покалыванием и болью. Будто ее пальцы чувствовали мое беспокойство и растворяли своей лаской.

Нет, я не занимался с ней любовью. Ни в первую ночь, ни в последующие. Я брал ее, словно она была той самой последней крепостью, которая стояла между мной и свободой. Рычал словно голодный зверь, дорвавшийся до куска свежего мяса. Ее тело было сильным и таким гибким, что она обволакивала меня, погружая в долгожданный и сладкий покой…

Уже через неделю мы, не желая быть нахлебниками, начали помогать здешним жителям. Пусть и по мелочам, но это лучше, чем сидеть и бездельничать. Тем более что Роберто успел достать нытьем и любопытством. Возникало чувство, что он, переживший восемь неудачных побегов, боится остаться один! Что я и озвучил, когда его скулеж окончательно меня достал.

– Да, я боюсь! – неожиданно признался он. – До смерти боюсь! Ты не представляешь, что такое оказаться один на один с этим диким миром! Эти джунгли не просто убивают. Они тебя пожирают! Ты видел, как заживо гниет человек, под кожей которого завелись черви? Нет? Я видел! Серхио, клянусь Господом, это ужасно! Всего лишь один, почти незаметный укус, и в твоем теле уже живут личинки какой-нибудь летающей заразы! Я уж не говорю про диких зверей, змей и прочих тварей, обитающих в этих джунглях!

– Чего ты хочешь, Роберто? – устало спросил я.

– Возьми меня с собой! Я пригожусь! Поверь! Куда бы ты ни отправился – пойду с тобой.

– Почему ты не хочешь остаться здесь, с туземцами? Остепенишься, забудешь о прошлых бедах и заведешь кучу ребятишек. Чем плохо?

– Нет. – Он покачал головой. – Эти места не для меня. Пусть я и не самый хороший человек, но поселиться среди дикарей… Это хуже смерти!

– Дурак ты, Роберто. – Я даже поморщился. – Еще две недели назад ты плакал от радости, когда выбрался на этот берег. Слезами обливался. Вспомни каторгу и с какой жадностью мы грызли сухари.

– Не хочу вспоминать. – Парень тяжело вздохнул и посмотрел на океан. – Я все равно сдохну. Здесь или по дороге, пытаясь добраться до Северной Америки, но сдохну…

– Я собираюсь уйти на юг, – неожиданно сказал я. Сказал и сам удивился признанию.

– Куда?!

– На юг. Мне нужно в Сантьяго-де-Лион.

– Боже мой! – Он всплеснул руками и вытаращился на меня. – Это же почти край света! Что ты забыл в этой дыре?!

– Ты разве там бывал? – покосился я на него.

– Нет, но многое о нем слышал. Небольшой городок, по слухам, гораздо меньше Анхело-де-Сорр, будь он проклят! Там едва ли найдется какое-нибудь занятие, достойное разумного человека.

– Как тебе сказать… Все зависит от того, чем именно ты собираешься заняться.

– У тебя есть какой-то план?

– Еще нет, – я откинулся на теплый песок и закинул руки за голову, – но обязательно что-нибудь придумаю.

– Возьмешь меня с собой?

– Пошли, – равнодушно отозвался я. – Если уж тебе так не хочется здесь оставаться.

– Ты серьезно?

– Да.

– Черт побери! Это здорово, но что мы будем там делать?

– Придумаем что-нибудь.

– Погоди, тогда почему бы нам не отправиться…

– Роберто… Будь другом – заткнись. Дай мне немного отдохнуть.

Появись я в каком-нибудь сказочном месте – старейшина этого племени оказался бы колдуном. Он подарил бы мне древний талисман и научил проходить сквозь стены. Так, на всякий случай. Заодно и раскрыл бы мое иноземное происхождение, предсказав долгую и счастливую жизнь. Увы, не срослось… Старик был стар и чаще пялился на океан, нежели на гостей. Иногда, когда мы встречались на берегу, он милостиво кивал, отвечая на мое приветствие, и улыбался, показывая хорошие для своего возраста зубы. Жители нам тоже не докучали. Они смотрели на нас как на обычное явление природы. Мы так смотрим на туман или дождь – если они есть, значит, так угодно богу, только и всего.

Испанцев здесь не любили. Было бы смешно спрашивать, за что именно, не правда ли? Наверное, за то, что туземцев травили собаками и устраивали массовые казни, вешая за один раз целые деревни. Складывали костры из людей. Живых, разумеется. Какой интерес сжигать мертвых? Просвещенная Европа любила такие забавы. В любых мирах. И в нашем, и в параллельных.

По словам старейшины, мы были в безопасности. За всю историю здешних колоний испанцы появлялись в этом селении несколько раз. Испанскому языку старика научил один монах, уцелевший после кораблекрушения. Он прожил здесь больше трех лет, а потом ушел куда-то на юг, к людям. Его тело нашли охотники спустя несколько дней: нарвался на местного хищника. Здешние леса очень неприветливы к чужакам. Для морских судов – тоже не самое удачное место. Рифы, прибрежные скалы и мели… Закуток древнего мира, чудом избежавшего благ цивилизации. Весьма сомнительных благ.