Белый тигр - Владимир Василенко

Легкие лапы. Меховые унты ликанов.

Класс предмета: редкий

Материалы: лосиная шкура, медвежья шкура, льняная просмоленная дратва

Броня: 30 единиц

Позволяют владельцу меньше проваливаться в снег при ходьбе и ходить даже по тонкому льду. Исчезает, когда владелец принимает звериную форму.

Последние фразы описаний меня немного озадачили. Зачем они, тем более в основном тексте, где обычно указываются только самые важные сведения о предмете? Не значит ли это, что и игрок, теоретически, тоже может стать оборотнем? О таком я пока не слышал. Много слухов ходит о вампиризме, и вроде как даже кто-то из игроков отыскал нужную цепочку квестов, пройдя которую, можно получить дополнительный класс вампира. Правда, штука эта очень специфическая – хоть и дает новые умения и бонусы, но и штрафы накладывает. Повышенная уязвимость к огню и серебру, например, и отключение регенерации под солнечным светом. Но любителей вампирской эстетики это не останавливает. Интересно, если и оборотнем в Артаре тоже можно стать – сколько же народу сразу ломанется во Фроствальд? Наверняка ведь квесты, связанные с получением этого скрытого класса, берут свое начало здесь.

Я без особых сожалений поменял свою куртку и сапоги на ликанские. Немного потерял в стоимости вещей и в показателях брони, но удобство и защита от холода сейчас были куда важнее. К тому же, старый мой доспех из кожи тарраска мне уже порядком надоел – я приобрел его в Гараксе еще после заварушки с Дахамешем. До покупки чего-нибудь покруче все руки не доходили. Да и Бао настаивал на том, что истинный монах не обвешивается броней. Он сам – броня, и сам – оружие.

Куртка была плотная, крепкая, но движений не сковывала. Грудь, плечи и спину полностью скрывал густой медвежий мех. Торс за счет этого казался объемнее раза в полтора, так что, надев обновку, я уже не казался таким заморышем по сравнению с Ингваром.

А потом Ильва развела в плошке какое-то липкое красное зелье и принялась малевать мне на лице боевую раскраску.

В этом наверняка была какая-то своя символика. У Ингвара, к примеру, была почти полностью закрашена верхняя половина лица. Получалась этакая полумаска, только по правой щеке вниз от нее шла строчка мелких рун. У Ильвы лицо было расчерчено изящными тонкими полосами – на скулах, на лбу, на подбородке. Мне, судя по ощущениям, она нарисовала широкую горизонтальную полосу через глаза, от которой на щеки пустила два узких треугольных отростка. Зеркала в их берлоге не нашлось, так что оставалось только надеяться, что выглядит это брутально и устрашающе.

– Надо же! Теперь ты вылитый сын Зеленой луны, – хмыкнул Ингвар, поначалу скептически наблюдавший за работой валькирии.

Ну, уж если этому ворчуну понравилось, значит, стилист из Ильвы неплохой. Может, и правда могу за ликана сойти. Главное – рожу помрачнее строить.

В пути новая экипировка показала себя отлично. С новыми сапогами даже снегоступы оказались не нужны – в самых глубоких сугробах я проваливался лишь до середины голени. А самое главное, двигаться было легко и совсем не холодно. Про длинный меховой балахон я быстро забыл, как про страшный сон.

Добравшись до Варгхаллана, мы ненадолго остановились, укрывшись за камнями на вершине холма. Ильва и Ингвар долго наблюдали за крепостью, прислушивались и даже, кажется, принюхивались. До стены было еще метров триста-четыреста, и я сомневался, что с такого расстояния можно что-то унюхать. Хотя, они все-таки наполовину волки, кто ж их знает, на что они способны.