Сириус экспериментирует - Дорис Лессинг

— Угощайся, — сказал он и откинулся на подушки, сцепив пальцы за головой и глядя в холодное небо через окна в потолке. По небу медленно плыли облака. Я снова растерялась от неожиданности — его сходство с Клорати выбивало меня из колеи.

Я уселась поудобнее и спросила:

— Вы с Клорати родственники?

Назар удивленно уставился на меня. Этот вопрос явно застал его врасплох. Возможно, он решил, что это проверка.

— Видите ли, прекрасная леди, — начал он и сделал паузу. Я помню, как Назар на мгновение прикрыл глаза и вздохнул. Казалось, этот человек спорит с самим собой. Затем он заговорил совсем другим тоном, терпеливым, пожалуй, даже слишком терпеливым, — было видно, что он сдерживается изо всех сил. — Мы с Клорати прибыли с одной планеты. Все ее жители похожи друг на друга. — За этими словами вновь последовал уже знакомый мне смешок, а лицо собеседника исказила еле заметная мучительная гримаса. Он тряхнул головой, словно отгоняя неприятную мысль, и снова посмотрел на меня.

— Я смогу увидеть Клорати в этот раз?

— Все канопианцы похожи друг на друга как две капли воды, — насмешливо сказал он, словно повторяя заученную цитату.

— Ты не похож на Клорати, — возразила я с нажимом, удивляясь сама себе. И поняла, что это прозвучало не слишком любезно.

Назар поднял брови, потом рассмеялся — клянусь, это был печальный смех — и мягко ответил:

— Ты права. В данный момент у меня нет ничего общего с Клорати.

Я не знала, что сказать.

— Я хотела задать кому-нибудь несколько вопросов… — в моем голосе звучало такое отчаяние, что я не узнавала себя: раньше я никогда не позволяла себе разговаривать в таком тоне. Я, Амбиен Вторая, опытный и отнюдь не рядовой сотрудник Колониальной Службы, всегда была решительной и умела добиваться результата. Со мной творилось что-то неродное.

На какой-то момент мне показалось, что мне удалось привести собеседника в чувство… Я все еще не решалась признаться самой себе, что состояние Назара было хорошо узнаваемым и весьма нежелательным. В этот момент в нем промелькнуло что-то от Клорати.

— Спрашивай, прекрасная сирианка. — Я не люблю подобного обращения, но сдержалась, почувствовав в его тоне сарказм.

— В первый вечер по прибытии я встретила на улице мужчину, который мне очень не понравился… — Я описала его во всех подробностях и замолчала, ожидая ответа.

— На этот вопрос ты можешь ответить сама. Теперь здесь правит Путтиора. Думаю, тебе говорили об этом. Этот тип был один из них. Им известно все. Кто приезжает в город и кто его покидает. Но ты выдержала экзамен.

— Какой еще экзамен?

— Он понял, что ты с Канопуса, и не стал домогаться тебя.

— Но я не с Канопуса.

— Они в этом не разбираются.

— Почему вы терпите их власть? — спросила я недоверчиво. — Почему?

— Хороший вопрос, прекрасная сирианка. Почему? Я то и дело задаю его самому себе. Ежедневно и ежечасно. Почему? Почему мы миримся с ужасным, тошнотворным… — С этими словами Назар встал и, кашляя, точно его и вправду тошнило, подошел к окну и выглянул наружу. Издалека доносился вечерний шум, и я живо представила освещенные фонарями улицы, несчастных женщин, которые торгуют собой, ссоры и драки.

Воцарилась долгая пауза. Должно быть, я сказала нечто, чего не позволяла себе до сих пор. Но ведь я имела дело с Канопусом… Когда Назар повернулся ко мне, его лицо было растерянным и измученным. Он вздохнул, засмеялся, потом покачал головой, снова опустился в кресло, но был не в состоянии усидеть на месте даже минуту. Я напомнила себе, что передо мной человек, которого шамматяне считают своим заклятым врагом.

— Канопус думает о далеком будущем, тебе следует усвоить это, — изрек он наконец.

— Сириус тоже думает о далеком будущем, — заявила я достоинством. Уж если я и знала в чем-то толк, так это в том, как следует управлять империей.

Назар посмотрел на меня и расхохотался. Он долго не мог успокоиться и, в конце концов обессилев от смеха, упал на пол и растянулся на спине, глядя в потолок.

Вероятно, у этого человека очень серьезные проблемы, подумала я. Но тут же прогнала эту мысль.

— Отлично, — сказала я. — Принимая во внимание долгосрочные перспективы, вы миритесь с Шаммат, терпите Путтиору и позволяете им считать, что они контролируют ситуацию. Но в таком случае что здесь делаешь ты?

— Хороший вопрос, прекрасная сирианка.

— Не называй меня так, — возмутилась я. — У меня есть имя. Впрочем, это не важно. Я хочу знать, какова функция Канопуса? Чем вы занимаетесь?

Я наклонилась вперед и стиснула пальцы с такой силой, что у меня затрещали суставы, — у меня были хрупкие, тонкие кости, и я часто ломала их. Я сжала руки так сильно, что дело и впрямь могло закончиться переломом. Я откинулась назад, стараясь успокоиться.

Назар внимательно смотрел на меня. С уважением.

— Ты вправе спросить об этом.

— Но ты не собираешься отвечать?

При этих словах канопианец приподнялся и недоверчиво посмотрел мне в глаза.

— Неужели ты не видишь… — начал он, после чего снова откинулся назад и замолчал.

— Не вижу что? — Но он не ответил. — Почему ты замолчал? Почему вы никогда мне не отвечаете? Почему, как только я подхожу к самому главному, вы не даете ответа?

Назар смотрел на меня, продолжая лежать на полу. Я могла поклясться, что этот человек с бронзовой кожей и карими глазами, который смотрит сейчас на меня с напряженной улыбкой, — Клорати. И все же он был так не похож на него, что у меня невольно вырвалось:

— Что с тобой?

Назар засмеялся. А ведь если бы я настояла на своем, он бы ответил на мой вопрос.

Он встал, привел себя в порядок и улыбнулся. Его улыбка была совсем не похожа на улыбку Клорати.

— Прежде всего… Я должен сказать тебе… — Он осекся и вздохнул. Я видела, что Назар ничего не скажет. — Мне пора идти.

— Куда? На работу? Говорят, ты торговец.

— Я и есть торговец. На Шаммат веди себя как шамматянин. Я торговец, а ты — моя служанка. — Он подошел вплотную и прикоснулся к моим серьгам. — Береги их, — сказал он и отдернул руку, словно обжегся.

— А где твои серьги? — спросила я.

— Хороший вопрос. Теперь их носит шамматянка. Их украли, понимаешь? А точнее, я напился и сам отдал их ей… М-да, некрасиво получилось. Нехорошо.

Назар улыбнулся пугающей улыбкой и ушел.

Теперь я точно знала, что с этим канопианцем что-то не так. Я стала перебирать в памяти всю нашу встречу, минуту за минутой, и решила, что Назар — чиновник, который не в ладах с властями. Я сталкивалась с подобным сотни раз! Значит, у Канопуса тоже бывают промахи.