Стэн - Крис Банч

Стэн подхватил четыре кружки и отвалился от стойки автомата. Брякнул кружки на стол, осушил одну и облапил другую прежде, чем кто-то из его собутыльников успел это сделать. Реакция не подвела его и тут.

– Ну-таки, что ты шурупишь обо всей этой мазе, долгомученик стажер-капрал Стэн? – задал вопрос на своем немыслимом жаргоне Морг-Хан.

– А что здесь особенного думать! Тут все то же, что и на вонючей гражданке: получил повышение – будь любезен раскошелиться за здоровье друзей, разница лишь, что здесь бабки платят сначала, а не потом.

– Паршивенькая у тебя позиция, солдатик, – произнес Морг-Хан, всосав остатки из кружки.

Стэн, как раз набравший полный рот пива, застыл в задумчивости. Плохая позиция? Вряд ли. Он почти счастлив, несмотря на усилия Ланцотты и компании. Может, он и застрял в гвардии, но лишь на несколько лет. Он постарается сделать все таким образом, чтобы контракт не продлили. К тому же, у Стэна появились... пусть не друзья, но, по крайней мере, люди, с кем можно посидеть и потолковать. Конечно, большей частью разговоры велись о том, какую новую гадость придумал поганый Ланцотта, зато Стэн теперь хоть не был одинок. Местный жаргон, на котором все здесь говорили, не сильно отличался от языка мигров.

Стэн пресек мысли о Бэт и повернулся всем корпусом к Морг-Хану, худому, как щепка, рекруту. Шла последняя неделя физподготовки в мире с утроенной силой тяжести.

– Да, черт возьми, ты прав, положеньице не из лучших. Я не просил их вешать нашивки. Повышенного жалованья мне не дают – наверное потому, что я, не стесняясь, заявлял повсюду, что они дерьмо, когда выгоняли первых, помнишь?

– А я считаю, что тебе следует радоваться, – мечтательным голосом сказал Бихалстред. – Я, например, горжусь своим положением. Приятно осознавать, сколько людей думает о тебе. Из нас просто хотят воспитать настоящих героических гвардейцев!

Стэн фыркнул. Бихалстред совершенно непроходим в своей простоте, этот крестьянский увалень. Кто сможет потягаться с ним в глупости? Стэн пожал плечами и опрокинул почти полную кружку прямо на колени Бихалстреда. Тот взвизгнул и ухватился обеими руками за ширинку, оттягивая ее:

– Сержантскому составу не разрешено указывать стажерам, что говорить и как себя вести! Или ты не знаешь устава? Желаешь вылететь отсюда?

Стэн поднялся на ноги.

– Ты первый.

– Не-е! Отправляйся без меня. А я потружусь над твоей порцией.

– Кончайте, ребята, – вмешался Морг-Хан. – Пей ту, что купили для Грегора. Похоже, он не появится.

Они осушили кружки, и Стэн с кислой миной вытащил из кармана очередную горсть кредиток.

– Я бабулечки сметаю, а ты за выпивкой слетаешь!

Бихалстред с кружками наперевес направился к автопоилке.

– Как ты сам-то думаешь, зачем они дают нашивки? – спросил Морг-Хан.

Стэн покрутил головой:

– Уверен, что тут не обошлось без упыря Ланцотты. Может, они хотят разделить стажеров по рангу, чтобы легче было отсеивать слабых? Ведь нас только теперь начинают всерьез обучать боевому делу.

– Сортировка? Система работать не будет, как любит говорить один мой дружок с гражданки по имени Гусь. У него плоскостопие, перемежающееся с близорукостью, так компьютерной крысой и остался. Кто-то, бывало, сварганит схему какую-нибудь или приборчик, ходит довольный, хвастается. А Гусь посмотрит, рыжей бороденкой потрясет, гад, очками блеснет и скажет: «Эта штука? Работать не будет!» И все, хоть застрелись, эта злосчастная штуковина, оказывается, действительно не работает. И работать не могла, потому что дураком сделана. Так вот, их сортировка, говорю, работать не будет. Именем Гуся! – Морг-Хан припечатал пятерню к мокрому столу.

– Так уж и нет? Сколько нас осталось после девяти недель физподготовки, а?

– Тридцать семь. А было сто.

– Тропинка будет очень крутой, так Каррутерс сказала. Они выпускают по десять человек из роты новобранцев. А пока что отчислили лишь сорок процентов. Считать умеешь? А еще она сказала, что здесь каждому определяют его точную дорожку.

– Ну и что? Если захотят, они запустят тебя по любому пути.

– Ага, пошли высокие рассуждения! – Бихалстред вернулся с очередной партией полных кружек. – Валяйте в том же духе, полета не снижать! К нам лорд Грегор собственной персоной.

Грегор протиснулся на свободное место и придвинул к себе пиво.

– Видать, семечки сеял в чей-то округлый тазик? «Наш принц за теплый стан держался и надолго задержался!» – продекламировал Морг-Хан.

– Я был у Ланцотты.

– Почти час? Ого-го! Так ты у нас теперь не девочка!

Грегор угрюмо осклабился:

– У меня на подоле первая кровь уже давно просохла. А вот у Ланцотты скоро одно место точно будет в крови, это я вам обещаю.

Стэн выжидающе молчал.

– Ты сам ходил к нему?

– Только не трепитесь. Ходил и сказал, что посылаю письмо отцу.

– Бьюсь об заклад, это его очень заинтересовало, – торжественно произнес Бихалстред. – Чрезвычайно важно, когда новобранец пишет письма семье.

– Письмо насчет этих вонючих стажерских нашивок, – перекрывая речь Бихалстреда, словно какой-то неизбежный мешающий шум, терпеливо повысил голос Грегор.

Стэн вскинул на него взгляд поверх кружки:

– Считаешь себя неполноценным, раз тебе не пришили какие-то тряпочки?

– Я считаю себя недооцененным! Я заслуживаю их не меньше других, не будем указывать пальцем. Говорят, нашивки дают потенциальным лидерам. А я слабак, что ли?

– Может, они намекают, что тебя пора выгонять? – с ухмылкой предположил Морг-Хан.

– Давай померимся, кого скорее пора выгонять. Выйдем? – наливаясь яростью, произнес Грегор.

– Прекратите, вы оба! – вмешался в назревающую ссору Стэн. – Вы чего это, ребята? Мы здесь так нормально сидим, тихо попиваем пивко. Радуйтесь, что теперь хоть можно выползти из казармы на пару часиков вечером и назюзюкаться.

– Начальство и так устраивает нам достаточно горя, зачем самим искать приключений на собственную задницу, братцы? – рассудительно изрек Бихалстред.

Морг-Хан свирепо сделал огромный глоток – кадык на тощей шее так и заходил у него под воротником – и отправился за следующей порцией пива.