Кай 3 - Егор Аянский

Он взвыл от боли и резко развернулся, выставив меч перед собой. А я молча улыбался, глядя в его ошалевшие глаза и снова раскручивал паучью нить.

Бунтарь опять попытался сократить дистанцию, и даже успел изобразить подобие полупируэта, но опять разрезал клинком воздух, а когда нашел меня взглядом, снова не успел отреагировать на прилетевшее фундо, которое я на этот раз обмотал вокруг его лезвия и с силой дернул. Меч выпал из его рук и оказался под моими ногами.

Он замер в нерешительности, переводя взгляд с моего лица, на потерянное оружие и обратно.

— Поднимай, — я любезно отошел в сторону.

Тайс медленно направился к лежащему на полу мечу, а из толпы донеслось:

— Да ты как девка дерешься! Я-то думал ты боец!

Шулли нерешительно замер, понимая, что эти слова были адресованы ему. Но уйти сейчас, означало полное падение его авторитета. Однако и наклониться за клинком он боялся.

— Не переживай, я не стану бить безоружного выскочку. — Я сделал еще несколько шагов назад. — Бери оружие и сражайся.

А дальше я просто устроил показательную порку. Неумелые движения Шулли легко предугадывались, и после каждого его выпада следовал мой уворот или отскок, с последующим ответным ударом карабином. Бунтарь через пять минут битвы был весь покрыт ссадинами и кровоподтеками, но к моему удивлению упорно продолжал бой. В какой-то момент мне это надоело, и я его просто вырубил броском фундо в подбородок, из нижнего замаха.

Шулли рухнул на камни и потерял сознание, а я повернулся к мятежникам.

— Кажется был еще желающий, который дерется не как девка?

Герой, к сожалению, не объявился. Толпа понуро стояла, опустив глаза в пол, а я указал Риферу на тело и попросил унести его в большую комнату и оказать помощь. После чего вновь повернулся к мятежникам.

— Думаю теперь мы можем все обсудить. Я не хочу никого убивать, если можно договориться. В моей артели по-прежнему умирают только за насилие над своими, ложь и предательство. Этот человек бросил мне вызов, уверенный в своем превосходстве, чем создал прецедент. Следующий доброволец всегда может повторить его поступок, но предупреждаю — отныне плата за это повышается до вашей жизни.

В толпе раздались неодобрительные возгласы, но больше желающих забрать лидерство силой не нашлось, зато вперед вышел мужик с пропитой сизой физиономией и в подранной одежде, имени которого я даже не знал, видимо он был из совсем новеньких.

— Кай, посмотри на это! — он обвел себя взглядом, указывая на свои лохмотья. — Почему я должен работать на тебя, и при этом ходить как оборванец?

У меня от такой наглости сперло дыхание, но приличная часть собравшихся выразила ему поддержку, а потому я взял себя в руки и спокойно произнес:

— Выходите из строя все, кто недоволен своими вещами.

Как я и ожидал, образовавшаяся группа состояла исключительно из завсегдатаев вечерних пьянок и любителей побаловаться наркотиками.

Из толпы вышел парень, лет двадцати пяти, в добротной одежде.

— Скажи-ка, Роми, откуда у тебя эти вещи?

— Выменял на рынке. — Парень неуверенно уставился на меня.

— А на что ты их выменял?

— Так у нас еды навалом, много остается лишнего. Ну я и отложил с десяток крыпсов из своего личного пайка. Разве нельзя?

— Спасибо, Роми, иди обратно, — я перевел взгляд на оборванцев, — Слышали? Или вам наркотики и спиртное важнее? Если нравится вести себя как животные, тогда зачем вам вообще хороший внешний вид?

Они потупили взгляды, но первый не унимался.

— Так ведь и отдохнуть охота! В этой дыре с ума сойдешь без выпивки! Нет бы ты, командир, сам организовал запас новой одежды для всех одновременно.

Эту идею поддержали все остальные собравшиеся и мне пришлось пойти на встречу.

— Хорошо, я организую нам обмундирование. Что еще вас не устраивает?

Они на перебой начали жаловаться, но в целом каких-то серьезных требований, за исключением слишком длинного трудового дня не высказали. Я пообещал дать им ответы через сутки, и на этом забастовка была окончена. Артельщики вновь отправились ломать камни, а я подозвал Крастера и Рифера, чтобы обсудить дальнейшие действия. Мой начальник охраны хорошо себя зарекомендовал за эти два года, пора бы уже ему передать часть других полномочий.

— Рифер, твоя задача договориться с мастеровыми о встрече со мной. Я постараюсь поторговаться и выменять у них одежду, которую они получают от каннибалов. Придется переплатить, но с людоедами я дел иметь не буду. — Я повернулся к крысолову. — Крастер, теперь ты. Займись заготовкой запасов крыпсов. Возможно, потребуется наловить очень много, сложно пока сказать, какой ценник выставит Драфт. Кроме того, мне нужно, чтобы ты рассчитал примерное количество необходимого обмундирования. А я пока возьму Хигира и раздобуду еще сколитов.

— Стой! А как он без тебя наловит крыпсов? — задал вопрос удивленный Рифер.

До сих пор мы никого не посвящали в эту тайну, и для всех Крастер был кладовщиком и бухгалтером. Я переглянулся с крысоловом и улыбнулся:

— Он умеет это делать лучше меня. Как-нибудь покажем.

После раздачи указаний, я собрал в мешок все прочитанные книги, в том числе дневник Михаила. В последнее время за всем народом не уследить, а позволить себе потерять эти рукописи я не могу. Затем выбрался в омут и позвал Хигира, который незамедлительно появился над поверхностью воды и огласил своим рыком окрестности Ямы.

— Привет, малыш, как насчет того, чтобы прогуляться до твоей пещеры?

Он легко поддел меня головой, дождался, пока я поудобнее усядусь и устремился в глубину. Сами квадриты россыпью лежали прямо на дне озера, но я их собирался набрать на обратном пути. Сегодня у меня стояла еще одна задача, которую я не стал озвучивать никому. Это нужно было сделать уже давно, но у меня никак не находилось времени. Предчувствуя, что когда-нибудь солдаты с поверхности до нас доберутся, я надумал создать связь между гротом и убежищем Хигира, чтобы на крайний случай у моей общины был путь к бегству. Я не знаю, какие средства могут использовать охранники Ямы, но такая страховка выглядела очень соблазнительно.

Оказавшись внутри, первым делом вновь совершил попытку дотронуться до радужного камня, но, как и в прошлый раз, дошел только до старой точки сопротивления. Странно. Я стал намного сильнее за прошедшие два года, и рассчитывал на этот раз подойти к нему хотя бы на половину ладони ближе, но не смог.

Как же мне хочется разгадать его загадку!

Оставив свои безуспешные попытки, я уселся в воду, неподалеку от завала, и начал старательно царапать железным стержнем руну телепорта на скале. Это занятие растянулось до позднего вечера, и высушило мою Силу почти до дна, а я даже не закончил и половину рисунка. Хигир все это время провел возле каменного завала, снова, и снова беспомощно пытаясь разгрести его. Мне было жалко его до слез, но идей, как справиться с этой грудой камней, в голову так и не приходило. А перемещать сюда общину, ради его освобождения, представлялось делом невыполнимым.