Петля Мебиуса - Илья Новак

– Качайся, Маятник!

«Не шуми, не то они сообразят. Я Гипер. Сейчас воспользуюсь твоим телом, о’кей?»

«Нет! – Это я уже взвизгнул молча, про себя. – Что происходит?!»

Людочка теперь была совсем голая. Узор вращался под моими ногами. Младшие Клыки подхватили Людочку и перенесли ее в центр Узора, в Мертвую Точку.

«Да это ж банда Клыков, – сказал Гипер внутри моей головы. – Хулиганы они. Шастают по искривлениям, веселятся. То есть раньше шастали, а сейчас уже нет. Они хотят призвать Верховника».

«Кто это, кого призвать?»

«Одного из Верховников Мира. Вообще-то Верховники живут в Исконе. Но если пробить в искривлениях Мертвую Точку, то можно сквозь нее втянуть сюда Верховника. А любое искривление для него слишком нежное, понимаешь? Это ж недомир, полупространство. Клипат. Он себя здесь чувствует как толстяк на тонком льду. Начнет нервничать, ворочаться – и пробьет искривление, разрушит его».

Голая Людочка уже лежала в центре Узора. Деятельный с дюбельным пистолетом в руке встал над ней, и тут Людочка открыла глаза и сразу же завопила.

«Не хочу тебя огорчать, но вообще-то ваше искривление – это тюрьма, ссылка. Клыков сюда отправили в наказание. Календарь у вас неточный, понимаешь? Ошибочка вышла, смена тысячелетий как раз сегодня. Только в этот час Мертвую Точку открыть и можно. Они Верховником искривление сломают и выберутся. Я собираюсь их остановить».

Людочка попыталась встать, но Деятельный быстро прицелился и всадил ей дюбеля в запястья и ноги, пригвоздив к полу.

– Что вы… что вы… что вы… – беспрерывно голосила Людочка, извиваясь и плача.

«Откуда ты?» – молча прокричал я.

«Из Негатива. Меня попросили разобраться с Клыками, мы это запросто. Так что я все-таки возьму твое тело».

В голове закрутились мельничные жернова, перемалывающие вместо муки мои мозги. Я почувствовал, как Гипер проникает глубже, растворяясь и обволакивая…

Хотя я не делал сейчас никаких движений, но тело начало раскачиваться сильнее. А у Людочки глаза уже закатились, кровь из запястий и ступней стала растекаться по Узору. Веревка затрещала, я широко разинул рот и резко захлопнул, прикусив язык. Боль всколыхнулась волной, и эта волна вынесла Гипера обратно – он завис где-то на самом краю сознания, удивленно ворочаясь.

«Ты откуда этот прием знаешь?»

Клыки разошлись в стороны, сняли одежду и встали на четвереньки вокруг Узора.

«Э! – сказал Гипер так, словно наконец повнимательнее пригляделся ко мне. – Это ты?»

«Что?»

Клыки одновременно взвыли. Кровь ручьями бежала из Людочки, но не растекалась по полу, а повторяла изгибы Узора. Клыки наклонили головы, вытянув губы и всасывая кровь прямо с пола.

«Да ты ж один из нас, – сказал Гипер. – Нет? Ты всё забыл…»

«Не понимаю!»

«Тебя сослали сюда за превышение полномочий. Ты чересчур жестоко с нарушителями расправлялся. Помучить их любил, то-сё… Ну и, конечно, память отсекли, потому что иначе ты бы в два счета сбежал отсюда».

«Как сбежал? Куда?»

«Сбежал бы из искривления, вернулся на станцию Негатива. Для этого достаточно умереть».

Их тела стали меняться. Они разом подняли морды кверху – глаза были теперь густо-красными и бесформенными, без зрачков.

«Не понимаю! – повторил я. – Как умереть?»

«Да просто убить себя. Это называется Скорый Смертный Экспресс. Суицидальный Поезд, понимаешь, да? Но, насколько помню, твой срок скоро заканчивается. Они пришлют кого-то, он тебя убьет, и ты свободен».

«Но почему Клыки не могут убить друг друга и освободиться?»

«Э нет, они ж, по сути, и так развоплощенные. Им опасно лишний раз умирать. Ладно, до скорой встречи. Пойду возьму другое тело, хоть оно и мертвое. Смотри, сейчас все очень быстро пойдет».

Он исчез. Внизу Людочка выгнулась дугой, а кровь растеклась уже по всему Узору. Клыки дергались в припадке, мотали головами, выли и хрипели. Когти на волосатых лапах оставляли в полу глубокие следы. Над обнаженным животом Людочки вскипел розовый смерч, густая пелена разошлась от пупка вместе с лоскутами кожи. Сквозь пелену что-то начало вырастать, выпячиваться наружу, бесформенное, все в кровавых потеках и струпьях. Вокруг Верховника действительность искажалась, натягивалась тонкой пленкой и лопалась – появлялись прорехи, за которыми бушевало и переливалось нездешними красками что-то, скрытое до сей поры. Клыки выли и бились в исступлении лбами о пол, когда подошедший сзади труп Вити схватил Мамона за поясницу и за шею.

…приподнял Мамона, перевернул и стал возить головой по полу, стирая линии Узора. Клык взвизгнул, остальные задрали морды, обратив к трупу кровавые глаза. Линии Узора исчезли одна за другой, и Верховник начал опускаться обратно, уменьшался, исчезая. Клыки бросились на ГиперВитю и сбили с ног.

Куча тел подо мной. Труп выпрямился, сжимая поднятыми над головой руками сломанного пополам Проворного Вредителя, и швырнул его через все помещение. Лицо, затем Мамон откатились в сторону и исчезли. Потом внизу остались только ГиперВитя и Деятельный Экзорцис, который вдруг подскочил и вцепился в меня, повиснув, как обезьяна на лиане. Веревка затрещала громче. Снизу ГиперВитя поманил Деятельного, а тот оскалился. ГиперВитя привстал, ухватил Клыка за пятку и потянул. Тот жалобно и обиженно заверещал.

ГиперВитя стянул Деятельного на пол, они вцепились друг в друга и покатились по почти стертому Узору прочь от тела Людочки с развороченным животом. Ударились о ножки стола и остановились, сжимая шеи друг друга. Раздался громкий хруст, глаза Деятельного вылезли из орбит и лопнули крупными красными сгустками. Они замерли, а потом тела их начали исчезать, медленно растворяться в воздухе. Я качнулся – раз, другой, – и веревка порвалась.

…все та же полутьма, а чувствуется, что скоро утро. Ничего не болит, тепло и тихо. Я сел, протер глаза. Цех как цех, все хорошо знакомо – друкмашина, железные столы, шкаф с красками, вешалка.

Я сидел, поджав под себя ноги. Посмотрел вверх – что-то свешивается с ограждения второго этажа. Посмотрел вниз – темные пятна на полу. Я отвел взгляд, но потом вздрогнул и опять вверх посмотрел. Там болтался обрывок кабеля, который электрик, сволочь, еще позавчера обещал убрать. Меня аж передернуло всего, и я снова вниз посмотрел. На полу были пятна красной краски. Я встал, оглядываясь.

Тени все еще лежали в углах цеха, но они были утренними, синеватыми. И курить хотелось просто мучительно – всю ночь не курил. Я похлопал по карманам, выудил смятую пачку сигарет и сунул одну в зубы. Спички-то у меня есть? Опять похлопал по карманам и нашел Витину зажигалку. Почиркал ею, но она только сухо клацала. Шагнул к вешалке и достал коробок. Постоял, а потом так сжал зубы, что почти перекусил фильтр сигареты. Повернулся, начиная понимать, что все это мне привиделось, приснилось, и увидел с этого места коридор и черную щель.