Неспящие - Саша Урбан

— Вы меня позвали, чтоб мозги полоскать, — устало констатировал Рем. Тимидо это не обидело, на удивление.

— Критическое мышление у тебя работает. Это приятно, — усмехнулся он. — Ну, не только за этим. Помнится, я обещал тебе телефонный звонок по защищенной линии. Телефон там.

Он махнул рукой куда-то в конец зала и снова отвернулся, чтоб указать стайке из блестящих латексом официанткам на опустевший бокал, который они заменили буквально минуту назад. Рем кивнул, поднялся с места и направился к светившейся в дальнем конце зала телефонной кабине.

Пришлось миновать несколько прозрачных комнат с креслами, столами, диванами. На всех ритмично двигались, изгибались и переплетались голые тела. Даже переливы красного и фиолетового света не помогали скрыть недостатки некоторых блюстителей общественной морали. А крутившийся в центре клуба прожектор то и дело выхватывал из общей массы лоснящиеся от пота лица и задницы.

Вдруг перед глазами мелькнуло ярко-красное кимоно и собранные в узел черные волосы, выбеленная шея. Рем запнулся и прибавил шагу. Девушка придерживала подол и быстро шагала по коридору прямо перед ним. Стеклянные стены закончились, сменились деревянными. Девушка выставила руку и коснулась кнопки. Та пискнула и панель отъехала в сторону.

— Кана! — окликнул он. Девушка обернулась и удивленно вскинула брови. Ни разу не Кана. У Рема даже почему-то отлегло от сердца. Размалеванное лицо было острым, об скулы можно было лед дробить.

— Это приватные комнаты, сэр.

— Почему так долго? — раздался недовольный голос из открывшейся комнаты. Рем узнал его. В прошлый раз к тому же голосу прилагалась старческая рука, удерживающая дверь в доме Каны. Стало мерзко.

Рем кивнул и пошел дальше. Взглядом вцепился в телефонную кабину, мерцающую красным бархатом и позолотой. Места в ней было мало. Больше всего закуток с телефоном-автоматом напоминал очень роскошный гроб. На золоченой полочке лежала много раз заламинированная телефонная книга. В ней оказалась только одна целая страница с написанными от руки номерами. Остальные были склеены и прорезаны, в получившемся тайнике лежал всякий хлам. Монетки, пуговицы и какие-то непонятные розовые таблетки. Рем внимательно изучил страницу. Номер клуба он знал наизусть и невольно вскинул брови, когда увидел его с подписью «Белая ведьма». Набрал номер. Раздались гудки. В трубке то и дело что-то клацало и булькало, и каждый раз казалось, что это Тай отвечает. Но гудок следовал за гудком.

Рем начал нервно молотить пяткой об пол, уперся локтем в стену. По телу разлилась ленивая слабость после выпитого. Наконец в трубке прозвучал знакомый голос.

— Алло?

— Тай, это я.

— Пошел нахуй, — зашипела она и бросила трубку.

Рем выругался и набрал еще раз. На том конце трубку подняли и еще раз громко опустили на рожок. Рем скрипнул зубами и набрал еще раз. Пока пальцы заторможенно переползали с кнопки на кнопку, он думал, а нахрена он это делает? Чтоб сказать, что он жив? Ну, Тайнара и так это поняла, и даже высказала свое мнение по этому поводу. И все-таки ему очень хотелось услышать ее голос. И отзвуки клуба на фоне. Почувствовать, что Верхний город еще не вгрызся ему в мозг. Стиснув зубы, он слушал надрывные гудки. Наконец, Тай сняла трубку. Он услышал тяжелый судорожный вдох, а затем неконтролируемый поток слов.

— Пошел нахер, Рем! Ты знаешь, в какой я жопе из-за тебя? Это просто пиздец! Все пошло по пизде! Ты выдал им клуб? Какого хрена меня шерстили? Нет, ты скажи мне? Как ты, блядь мог? Ты вообще думаешь о ком-то кроме себя? Вся система наебнулась, работать невозможно. Как только буря закончится, нас к хуям прикроют, а все из-за тебя.

— Тай, я…

— Вот именно, что ты! Блядь, ну я как знала, — всхлипнула она. — Стоило еще раз положиться на мужика, как он все похерил. Сука.

— Тай, я вернусь. Мы с Дези вернемся.

— Иди нахер, Рем, — всхлипнула она. В трубке послышались тяжелые прерывистые вздохи. На секунду через них пробился скрип открывающейся двери и отзвуки мужского голоса. Тай убрала трубку от лица, видимо, прижала к груди, потому что Рем расслышал каждое слово. — Нет, все в порядке. Ничего важного. Жди меня дома.

Рем отшатнулся и со всей бессмысленной злостью повесил трубку. Телефон отозвался жалобным звоном. В висках запульсировало. Руки сжались в кулаки. Рем постоял несколько секунд в телефонной кабине, пытаясь перевести дыхание, но воздуха не хватало. Казалось, он только наглотался пыли, и она доверху забила ему легкие. Рем двинулся обратно по коридору. В его голове была только одна мысль: «К двери. Мимо громилы. На улицу».

Он повернул в зал и тут же наткнулся на Габриэля Тимидо. Тот, пошатываясь, стоял посреди комнаты и улыбался. Так захотелось ему втащить, плюнуть в лицо. Хотя с тем же успехом можно было сразу налететь на громилу и обеспечить себе быструю и очень болезненную смерть. Но стоило их взглядам с Габриэлем встретиться, как политик тут же нахмурился и положил руку Рему на плечо. Молодой человек напрягся. А Тимидо только сказал:

— Гляди, кто тут, — и указал в сторону дверей. — Цепной пес губернатора. Хотя по сути просто злобный чихуа-хуа.

— Кто? — сработало. Мысли отправились тут же в другое русло. Рем чуть сощурился и заметил рядом с громилой Гектора Риву. Он был слишком… одет, что ли. Хотя они с Габриэлем также выбивались из общей массы. Но Тимидо уже где-то оставил свой пиджак и закатал рукава рубашки. На левом предплечье у него виднелась татуировка: змея с двумя головами, обвивавшая запястье. Вторая голова красовалась на месте хвоста и брызгала светившимся в темноте ядом на первую. Тимидо заметил его взгляд и опустил рукав.

— Это со старых времен. Бурная молодость. Постарайся не попадаться на глаза собачке. Я отлить.

— Я поеду обратно, — хмыкнул Рем.

— Ну тогда я быстро, и выпьем на ход ноги. Найду тебя у бара.

Рем кивнул и направился к стойке. Сел на высокий стул и уперся взглядом в натертую до блеска стойку. От своего отражения стало тошно. Так к нему через секунду добавилась физиономия барменши. И не только лицо. Кудрявая рыжеволосая девка была абсолютно голой. Но ее это как будто не смущало, хотя сосками можно было определять температурный режим холодильников, из которых она доставала звенящие бутылки.

— Я тебе помогу, — подмигнула она, когда Рем поднял