Кара Императоров - Tommy Glub

Оба моих мужа, не колеблясь, встают передо мной, укрывая от потенциальной опасности, летящей со всех сторон. Сбоку вижу, что огромное смотровое окно пробито, и холодный космос пугающе чернеет за трещинами в защитном экране. Итен, вопреки нашему уговору, осторожно берет меня на руки и плотно прижимает к себе, прикрывая от осколков. От его тёплого тела, напряжённого и решительного, исходит надёжность и уверенность. Тем временем атака усиливается. Как уже было когда-то. Кажется, что всё это было так давно, но сейчас Итен, Аркул и экипаж действуют слаженно и мгновенно, с безупречной выучкой.

Миг — и я уже нахожусь с Итеном в спасательной капсуле. Крепко обхватив его за шею, ощущаю, как напряжение нарастает. Новый удар сотрясает корпус капсулы, я непроизвольно вздрагиваю, вскрикнув, когда нас резко тянет вбок. Снаружи бушуют взрывные волны, захлестывающие и кружащие нас, словно в гигантском водовороте, отрывая от джета и унося в неопределённость космоса.

— Аркул… Аркул… — тихо шепчу я. — Он на корабле?

— Я здесь, малышка. Рад, что ты думаешь обо мне в такой момент, — я осторожно повернулась к голосу. Справа от нас с Итеном, за пультом управления, и правда, сидит Аркул. Он сосредоточенно что-то щёлкает по панеле, но едва я смотрю на него, он встречается со мной взглядами. — Держись крепче за Итена, малышка. Всё будет хорошо.

Я снова обнимаю за шею Итена и щекой прижимаюсь к его плечу.

— Это ничего не значит… — шепчу. — Я остаюсь при своём мнении.

— Беременные малышки такие интересные, — шепчет в ответ Итен. — А ещё ты не говорила, что малыш шевелится. Я ощущаю это.

Я же прижата к его стальному животу своим животиком. Точно. Но я ничего не отвечаю, только перевожу одну руку на животик.

Аркул прекрасно справляется с полётом и посадкой капсулы. Ещё в атмосфере нас окружили дарлы, пока остальные на орбите отбивались от неизвестных кораблей. Я не отпускаю Итена вплоть до самой посадки и едва открывается шлюз и мы выходим из капсулы, я резко вскакиваю на ноги и рвусь к Аркулу. Где он успел пораниться? Почему он весь в крови? Как одной рукой посадил капсулу?

Я нервно снимаю с себя кофту и прижимаю к ране, пока к нам спешат медики. В атмосфере появляются джеты армии и основной корабль. Над головами всё стихает, но я сосредоточенно помогаю ему остановить кровь и ни на кого не обращаю внимание. Впрочем… Как и он.

Я ощущаю тёмный взгляд на себе. И едва поднимаю лицо, встречаюсь с ним. Мужчина секунду что-то рассматривает в моих глазах и после улыбается:

— Я уже к вечеру буду цел.

— Но слаб, если потеряешь много крови, — шепчу. Меняю сторону кофты, снова прижимаю.

— Ты… — Аркул цепляет своими холодными пальцами мой подбородок. — Ты жива и всё остальное не важно.

Я опускаю взгляд, напряженно зажимая рану ладонью, и невольно хмурюсь, когда он мягко убирает мою руку. Его пальцы ловко растёгивают комбинезон до пояса, и через мгновение он остаётся лишь в нижней части, верхняя половина ткани небрежно свисает, открывая его грудь. Темные, хорошо очерченные мышцы напряжены, и блестят от капель крови, которая медленно стекает по коже. Вид этой раны вызывает у меня не страх, а странное, непреодолимое притяжение. Всё это выглядит одновременно и ужасающе, и так... соблазнительно, что я непроизвольно сглатываю, ощущая сухость во рту и внезапный прилив жара.

Отгоняю эти мысли, как только могу, зная, что сейчас не время. Он ранен, нуждается в помощи! Все сладкие фантазии, охватившие меня в этот момент, я отодвигаю на самый дальний край сознания. Собрав всю волю, напоминаю себе, что должна держаться и помочь ему, не поддаваясь этому опасному искушению.

— Госпожа… Позвольте, госпожа, — Нэирис осторожно перехватывает кофту в крови, а Итен прижимает меня к себе.

— Это ничего не значит… — шепчу, обнимая животик и наблюдая за посадкой основного корабля.

— Как скажешь, крошка, — улыбнулся спокойно Аркул, пока медик начинает ему помогать. — Мы ничего и не подумали…

— Ваше высочество! — Тэрен оказывается около меня спустя несколько секунд после посадки. Взгляд встревожен, а дыхание сбито. За ней останавливаются мои охранники, ещё две служанки и, едва взглянув на моих мужей, тут же упали на колени, поклонившись. Обе служанки растрепанные, видимо, помогали воинам отбиться. А у Тэрен по виску течёт самая настоящая кровь, правда, очень светлая. Никогда не видела у неё кровь.

— Простите!

— Встаньте, не то императрица снова разозлится. Сейчас главное, что все живы. Ардар, передай капитану, чтобы после лечения и восстановления доложил мне о потерях и о том, что именно сейчас известно, — Итен раздает четкие указания, но далеко от меня не отходит. Далее он поворачивается к остальным дарлам, что прибыли к кораблю. — Усилить охрану Лакрас. Все корабли кланов утром допускать только через меня или Императора Аркула.

Дарлы спешат выполнить поручение, а мне на плечи ложится тёплый плед. Нэирис без спроса прикладывает к животику датчик, который прикрепляется к ткани моего платья и быстро исследует малыша. Технологии Этериума как поражали меня с первого дня, так и поражают до сих пор.

— Ваш малыш в порядке, — произносит быстро медик. — Вас требуется отвести в покои, чтобы вы там согрелись и пришли в норму. Радиация никак не повлияла на организм Императрицы, — Нэирис что-то быстро делает на своем браслете, а после кивает моей служанке.

— Тэрен получила рекомендации. Пожалуйста, ваше высочество, — Нэирис улыбнулась мне, а я вспомнила кое-что очень важное. — Хорошо поешьте и поспите.

— Хорошо, Нэирис. Спасибо, — улыбнулась. — Ты не уделишь мне завтра час?

— Вы плохо себя чувствуете? — Нэирис сглотнула.

— Нет же, хорошо, — качнула я головой. — У меня к тебе есть разговор.

— Конечно, — кивнула Нэирис. — Утром отправьте мне время встречи и место. Я приду.

— Спасибо, — улыбнулась. Видимо, мои мужья все же издали указ о том, что я и мои желания — превыше всего. Немного эгоистично с точки зрения всех остальных, но приятно для меня.

— Это все, госпожа? — Итен оказывается снова близко. — Позвольте вас донести до спальни, — улыбнулся он.

— Что? Почему? — Меня уже берут на руки и несут. Рядом шагает Аркул, а я смотрю на Итена недовольно. — Я и сама бы дошла.

— Хочешь, дойдешь. Но мне приятно нести тебя на руках. Ты словно маленький монстрик — злой, колючий, но