Анима - Вова Бо

— Хватит, — устало поднял я руку. — Что за дело?

— Если у тебя есть возможности, — он выразительно кивнул на мою левую руку. — Нужно всего лишь пройти в одно место незамеченным и побеседовать с одним человеком. Никаких грабежей, убийств и прочего.

— Звучит как нереальная подстава. Если все так просто, чего сам не сходишь?

— Сходил бы, — слишком уж наиграно вздохнул Гамбо. — Только он не хочет со мной общаться, а охраны там много и все знают меня в лицо.

— И чего тебе от него надо?

— Он мне задолжал, а возвращать не хочет. Вот и хочу с ним пообщаться.

— Кто он? И кто в охране?

— Мелкий бандит районного пошиба. Наркота, рэкет, проституция. Вроде как ничего серьезного, но и приятного мало. Охрана большая, вооружена. Пистолеты, мелкашка.

— Погоди, они что, люди? Не призыватели?

— Все поголовно. Ты, видимо, не особо понимаешь, как тут все устроено. Призыватели в криминал не лезут. Так что, сможешь подсобить?

— За мою голову назначена крупная сумма. Еще больше, если привести меня живым. Выглядит словно поход в ловушку.

— Эзо, друг мой, — в голосе Гамбо сквозила печаль. — Я мог бы сдать тебя в надежде, что в этот-то раз кланы действительно заплатят. Но такой поступок не отбрасывает тени, верно?

Он задорно подмигнул мне, а я взял паузу на размышления. Есть у меня хоть какие-то гарантии, что это не подстава?

— Давай договоримся так. Одно дело — и расходимся. Ты забываешь о моем существовании и больше никогда не появляешься в моей жизни.

— Как скажешь, — заулыбался Гамбо. — Тогда пора закругляться. А то жена уже все когти о руны сломала.

— Жена? — в очередной раз удивился я. — Что-то не заметил у тебя кольца на пальце.

— О, не буду скромничать, это мой дар. В делах сердечных я будто прорицатель, который видит будущее словно открытую книгу.

— Гамбо! — послышался рев, который лишь отдаленно напоминал женский.

Дверь за моей спиной чуть было не вылетела с петель от мощного удара. Я напрягся, приготовившись к чему угодно.

— Сиил, дорогая, — раскинул руки Гамбо. — Выглядишь просто сногсшибательно.

Над моим ухом что-то просвистело. Тонкий метательный кинжал на длинной рукояти, лезвие которого больше походило на спицу, вонзился в стену позади парня. Удивительно, как он успел увернуться.

— Говнюк сраный! — рычала девушка, обходя стол. — Шикарный соло-разлом, значит? Незарегистрированный, значит? Третьего ранга. Сходи, Сиил, покачайся. Всего сто пятьдесят рублей за адрес, да? Говнюк!

— Сиил, радость моя, — встал с кресла Гамбо. — Это для твоего же блага.

Я с удивлением посмотрел на тонкую изящную цепь, тянущуюся от кинжала к руке девушки. Настолько искусная работа, что не могла быть создана человеком. Это явно был какой-то артефакт Анимы.

— Для моего же блага? А в тюрьму ты сбежал тоже для моего же блага? А с этим ублюдком связался тоже ради моего блага?

— Сиил, свет очей моих, давай сбавим…

Он не договорил, потому что девушка атаковала, а я, наоборот, расслабился. Во-первых, если она его сейчас прибьет, то мне же легче. Во-вторых, я чисто физически не способен ее остановить. Потенциал уничтожения не ниже четверки с огромным уклоном в скорость.

Она ураганом носилась по комнате, иногда оказываясь вообще с другой стороны от Гамбо. Парень, будем честны, неплохо держался, отбиваясь своей тростью от тонкой спицы. Видимо, он уже не первый раз с ней сражается, так как легко предугадывал те атаки, которых я даже не видел.

Потому что из-за скорости тонкое оружие в локоть длиной просто размывалось в воздухе. Создавалось такое впечатление, будто она вообще была без оружия.

Гамбо пытался хоть как-то успокоить девушку, но она явно была не настроена на мирные переговоры. Я же просто наблюдал за происходящим, стараясь спасти стакан с виски в руке. В крайнем случае, уйду Тенью.

Часы я проверил после того, как спал барьер, все, как и говорил Гамбо. А вот, кстати, и конец.

Парень оборонялся от атак буквально со всех сторон, так что не мог наблюдать за картиной боя в целом. А Сиил грамотно расставила ловушку. Ее артефакт был парными тонкими клинками, соединёнными цепью.

И главная опасность этого оружия как раз цепь, а не незаметные лезвия. Она словно жила своей жизнью, игнорируя законы физики. То казалась весьма короткой, то расширялась кругами, оставаясь висеть в воздухе дольше положенного. Весь артефакт был пропитан Анимой, и Сиил хорошо умела ею манипулировать.

И сейчас девушка одним ловким движением оказалась на столе, взмахнула рукой, и цепь в одно мгновение стянулась, спеленав зазевавшегося парня. Удар ноги в тяжелом ботинке, и Гамбо впечатывает в стену.

Следом Сиил метает тонкое лезвие, которое пробивает сердце парня, окончательно пригвоздив его.

— А я тебя на свидание… Хотел… Позвать, — изо рта Гамбо хлещет кровь, но печальная улыбка так и не сошла с его лица. Жаль, конечно, этого добряка. Я уже начал к нему привыкать. — В воскресенье в парке чудесная погода.

— До обеда я занята, — прошипела Сиил, немного успокоившись.

— Тогда в три, — харкнул кровью Гамбо.

— В четыре, — скривилась девушка и выдернула клинок, который метнула в стену в самом начале. — И деньги мои не забудь.

— Тогда, — голос Гамбо скатился в хрип. — За сим откланяюсь.

Несмотря на то, что цепи спеленали его полностью, он спокойно вытащил одну руку и послал девушке воздушный поцелуй. А затем его фигура начала таять и через мгновение исчезла совсем. К стене, прибитая кинжалом, осталась висеть старинная карта. На ней был изображен дергающийся человек в цепях и цветастом колпаке с бубенчиками. Надпись на карте — «Шут».

— Говнюк, — процедила Сиил, выдергивая лезвие.

Развернулась, поправила короткую куртку, сдула прядь черных волос, схватила початую бутылку и пошла на выход, отхлебнув прямо из горла. В этот момент ее длань растаяла, вместе с тремя необычными камнями сиреневого цвета. Не фиолетовыми аметистами, а именно сиреневыми. Я так и не вспомнил, какому аспекту они соответствуют.

— Спасибо, — произнес я, когда девушка уже подошла к двери. — За помощь на регистрации. На турнире.

— Если ты оказался здесь, то мой совет тебе вообще не помог.

Дверь за спиной хлопнула, и я остался один. Посмотрел на отражение в янтарной жидкости, поднес стакан к лицу. Запах был терпким и необычным. Но вполне приятным. Сделал большой глоток, подержал немного во рту, а затем выплюнул виски обратно в стакан.

— Ну и мерзость, — не сдержал я эмоций. Меня всего передернуло. — Как вы вообще это пьете?

Во рту все жгло, хотелось взять мокрое полотенце и тщательно обтереть им язык, а затем прополоскать рот. И как назло, тут кроме этой гадости и сигар вообще больше ничего не было. Такое чувство, что люди с возрастом превращаются в мазохистов, раз меняют медовуху, эль, яблочный сидр и прочие прекрасные напитки на это. И еще оливки жрать начинают. Бр-р…

Я вернулся к своим, мы посидели еще немного и хорошенько напились. Так как я проставлялся, то пришлось раскошелиться почти на двадцать рублей. Цены, конечно, кусаются.

Вернувшись в общагу, заметил, что Метелица как бы невзначай старалась держаться ближе, будто бы ей было тяжело идти. Хотя я знал, что как призыватель она даже вполне способна сражаться прямо сейчас.

Я умом понимал, к чему все идет, но решил, что не стоит. Это может сильно помешать нашим дальнейшим рейдам. Рич с Моно завалились в комнату лучника, где была заначка для продолжения веселья.

Я проводил девушку до ее комнаты, и она неожиданно резко повернулась, чтобы поцеловать меня. Из чего-то невинного поцелуй перерос в нечто большее. В этот момент я и подумал, что и вправду, какого импа?

До своей комнаты в ту ночь я так и не дошел.

Глава 12. Умылся в луже, поспал под забором, отобрал одежду у бомжа и решил, что теперь москвич

Новый день, новая тренировка, новое унижение от ящера. За два часа я смог задеть его уже трижды, но дважды при этом сам подставился.

Я чувствовал, как мое тело становилось крепче, а старые упражнения давались на порядок легче. Но Анима считала иначе и заветные тройки в потенциалах показывала лишь в скобочках. Мол, формально они есть, но по факту до них пока не дорос. Думаю, еще день-два — и все будет