Час Кицунэ - Олла Дез

Нобу Итиро ждал меня на краю деревни. Мы с ним двинулись прочь по направлению к арке и так и дошли до нее, ни о чем не разговаривая.

И только когда мы пересекли арку Тории и оказались в Долине, он повернулся, посмотрел на меня внимательно и сказал:

— До последнего сомневался, что ты это сделаешь. Но это верное решение, Аика. Девочки будут рады и…

— Мне нужно к Владыке Кицунэ, — перебила я его.

— Ну да…. А я уж было подумал, что все будет просто, — тяжело вздохнул он. — Прости, Аика, но он не примет тебя.

— Что? Почему? — вскинулась я.

— А почему должен? — спросил он в ответ.

— Потому что я выполнила задание и готова к следующему, — горячо возразила я.

— Мы пройдем мимо Замка…. Если хочешь ты можешь войти, просидеть там весь день и всю ночь, но это мало что изменит.

— Я обещала вернуться! — горячо крикнула я.

— Прости. Я доложу, что твой Тамэ пообещал…хм… «Отдать за тебя что угодно». Возможно, это заинтересует Владыку. Но… Сама понимаешь, — развел руками Нобу.

— А когда он будет вынужден меня принять? — принялась я рассуждать, потому что гнев мне не принесет никакой пользы и уж точно не поможет в противостоянии с Владыкой Кицунэ.

Слишком разные у нас с ним весовые категории.

— Ну… в теории — после получения очередного хвоста и прохождения нового испытания он примет тебя, — ответил Нобу. — Но, Аика, ты уверена, что готова?

Нет, уверена я не была. Испытание в Долине — это всегда игра со смертью. Готова ли я рискнуть своей жизнью? У меня пока не было ответа на этот вопрос.

— Да. И ты прав. Я соскучилась. Идем домой. Хочу обнять Рен, Бакэ и Юри. А потом приму решение, — и я бегом стала спускаться вниз по дорожке к возвышающимся впереди двум замкам.

Ни в один из замков я заходить не стала. Не было смысла, Нобу был прав. Не примет меня Владыка. Мне нужно подумать, все взвесить, принять решение и уже тогда действовать. Не поможет моему возвращению в мир людей и… к Тамэ — горячая голова. Только спокойствие и здравые рассуждения.

Нобу махнул мне рукой и ушел в Замок лисиц. Видимо, на доклад к Владыке Кицунэ, а я устремилась знакомыми тропинками к своему домику.

Добежала я быстро просто потому, что сильно торопилась, но у самого домика притормозила.

Рядом с ним тренировались с мечами две девушки. Одна была с ярко-бирюзовыми волосами, и они взметались у нее за спиной в такт ее быстрым движениям. Три хвоста умело балансировали, и девушка двигалась очень правильно. Тренировалась она вместе с Юри. Юри еще при мне стала синей, получив третий хвост, но у нее оттенок был глубокий и густой.

«Зачем она к нам еще одну лису притащила?» — недовольно подумала я, потому что знакомиться с кем-то не хотелось, хотелось домашнего уюта и спокойствия. В груди все горело и пылало, мне нужны советы и дружеские объятья, а не новые встречи и знакомства.

Но тут девушки, что-то почувствовав, завершили бой и обернулись ко мне.

— Рен? — не веря своим глазам, прошептала я. — Ты с тремя хвостами и синяя?

Отвечать мне никто и не подумал. Мы стояли пораженные, но первой сообразила Рен:

— Аика? — тихонько прошелестела Рен, как будто и она не верила, что это я, но потом кинулась ко мне, крича во все горло и, наверняка, будя всех ёкаев Долины своим воплем. — Аика вернулась!!!

Дальше меня тормошили, обнимали, тащили в дом и усаживали на диван, накрывали на стол в четыре руки, не давая мне ничего сделать самой.

— Бакэ! Просыпайся! Аика вернулась! — продолжая вопить теперь уже на весь дом, оповестила Рен.

— Просыпайся? — удивилась я.

— С тех пор, как ты ушла, Бакэ все больше спит по чуланчикам и шкафам. Он все реже выходит, — пожаловалась мне Юри.

— Бакэ? — позвала я, разглядывая свой храбрый боевой тапок, который, спотыкаясь, брел с кухни, тря единственный глаз ручками-веточками.

— Могущественная хозяйка? — тоже шепотом сказал он.

— Иди ко мне, Бакэ, — позвала я.

Куда делась шаркающая походка и еле волочащиеся ножки-прутики⁈ Бакэ переместился, как Нобу в бою — неуловимым движением. И вот уже он сидит у меня на коленях и крепко обнимает меня, хотя, скорее, прижимается ко мне, раскинув веточки-ручки.

— Хозяйка…Карарин, корорин, канкорорин! Глаза три, глаза три, зуба два! — напевал он, тихонько обнимая меня.

Эта песенка однажды разбудила нас с Рен и вот теперь она снова прозвучала. Давненько ее не пел мой храбрый тапок.

Дальше мы ели вкусности, и я рассказывала девочкам обо всех моих приключениях. Рассказывала, не таясь, о Тамэ, о своих чувствах к нему, о том, что вынуждена была покинуть его и о том, что мне очень нужно вернуться обратно.

— Ты, любишь его? — с придыханием спросила Рен, выслушав мой рассказ.

— Я… не знаю, Рен. Он мне дорог и да, я влюблена в него. Но вот любовь… Это слишком сильное чувство и слишком серьезное слово. Я не хочу разбрасываться ими. Я не готова пока сказать так, но я нужна ему, и я не хочу, чтобы он погиб, — честно ответила я.

— Что ты будешь делать? — спросила Юри, крутя чашечку в руках.

Я откинулась на спинку дивана и призадумалась.

— Не знаю пока, но я решу. Расскажите мне о ваших новостях! Рен? Как прошло испытание?

Я могла уже спокойно это воспринимать, а поначалу сжималась от страха, что Рен пришлось пережить.

— Это было очень… красиво! — выдала Рен.

— Красиво? — опешила я очень удивленная. — Ты же проходила испытание на терпение?

— Да. Я вошла в испытательный дом. Он встретил меня недалеко от нашего домика, на тропинке, по которой я ходила в гости к Юри. Почти как тогда и тебя. Долина посчитала, что я готова. И я вошла. Я даже подумать ни о чем не успела. И там… Там были бабочки!

— Бабочки? А они-то тут при чем? — вспомнила я свою комнату, усеянную пазлами одного цвета.

— О, все было просто. Сотни бабочек летали по комнате и ни на минуту не