Тени Севера - Андрей Стоев

— Да какая там красота, — пренебрежительно махнула рукой Драгана. — Задницы маленькая, сиськи крохотные.

Интересные у неё критерии женской красоты. Впрочем, у Драганы по обоим параметрам всё в порядке.

— Сиськи разные нужны, сиськи всякие важны, — философски заметил я.

— А какие тебе нравятся? — немедленно заинтересовалась она.

— Если ты хочешь узнать, Гана, как выглядит женщина моей мечты, то это очень просто сделать. Да ты же её часто видишь.

— Завидую вам, — искренне сказала Драгана. — Ну ладно, вернёмся к проблеме лесных. Что в этой ситуации можно сделать?

— Ну, женщин и скот полагается воровать у соседей.

— Разбираешься, — одобрительно кивнула она. — А теперь вспомним ещё одну деталь: лес немедленно известит хозяев о любом чужаке, но защиту от таких, как они, не даст.

— То есть украсть не получится, зато можно убить и ограбить?

— Совершенно верно. И занимались они этим так увлечённо, что дело уже шло к тому, что они в конце концов перебьют друг друга и вымрут. Немало лесов таким образом опустело.

— И что — они не понимали проблему?

— Старейшины понимали и пытались запретить такие походы. Но для вождей интересы племени важнее интересов популяции, и в вопросе добычи женщин племя поддержит вождя, а не старейшину с его заумными разговорами о благе всего народа.

— И, стало быть, ты…

— И я им даю защиту от соседей. Каждое племя знает, что если оно нападёт на тех, кто под моей защитой, то я убью всех мужчин, а женщин отдам тому, на кого они напали. Тем более, прецеденты были. Плата алхимией для них необременительна, так что на самом деле соглашением все довольны. Старая просто бурчала, она это любит.

— Действительно, Гана, я поторопился с суждением, — честно признался я.

— У тебя это случается, — кивнула она. — Со временем пройдёт. На самом деле я вовсе не любительница убивать, и предпочла бы просто торговать, но им по большому счёту ничего не нужно.

— Ничего не нужно? — поразился я. — Как такое может быть? Меня люди Ворона уже просто замучили запросами. Они и электрическую подстанцию себе купили, и кучу станков, вот сейчас учатся самобегами управлять.

— Так то шайка Ворона, — искренне засмеялась Драгана. — Нашёл с кем сравнивать — они же ренегаты. А нормальные лесные живут, как их пращуры завещали. За одну только идею в лес станок приволочь старейшины мигом из леса вышвырнут. Ты вообще историю шайки Ворона знаешь?

— Знаю только, что они что-то там со своими не поделили и решили откочевать.

— То есть ничего не знаешь, — сделала логичный вывод Драгана. — История там несложная, и как раз в тему разговора. Было такое племя Вербы, которое даже среди лесных считалось самыми замшелыми консерваторами. Когда я договаривалась с племенами, Верба от моей защиты отказалась наотрез. Под тем соусом, что пращуры без этого жили, и не им что-то менять. Племя сильное было, и нападений не особенно боялись. Долгие годы всё было у них нормально, а потом случилось какое-то несчастье — то ли эпидемия, то ли ещё что-то, я даже не интересовалась. В общем, народу у них немало померло, и племя сильно ослабло. Соседи на это дело посмотрели, поразмыслили, и решили, что момент хороший, надо этим пользоваться. И напали. Верба всё-таки сумела отбиться, но мужчин у них практически всех повыбили, остались в основном подростки. Даже старейшины почти все погибли, их всего двое вроде осталось. Вот тогда Ворон и вылез на сцену. Объявил, что именно старые пути привели их к беде, и надо жить по-другому, по-новому. Отринуть всё старое и так далее. В общем, племя за ним пошло.

— И они решили уйти из своего леса?

— А им больше ничего не оставалось. Даже не уходить пришлось, а убегать. Столько женщин, а мужчин, считай, и нет.

— А почему они на запад двинулись?

— Больше некуда было, путь был свободен только туда. В любую другую сторону они далеко не прошли бы, их бы по дороге перехватили. Княжество их тоже приютить не захотело, сам догадаешься почему.

— Силу стягивают с окрестностей, — кивнул я.

— Верно, нам такие гости не нужны. Вот так они до Ливонии и добрели.

— Поразительная история, — искренне сказал я. — Ты заставила меня на очень многое взглянуть по-другому. А ещё я понял, почему ты овощи от своих лесных не возишь, хотя могла бы, если бы сильно захотела. Торговать они не хотят, а брать овощи вместо алхимии тебе неинтересно.

— Даже не сомневалась, что ты сразу выводы сделаешь, — засмеялась Драгана.

В приёмной Кира прождала минут пятнадцать — немного, но ровно столько, чтобы продемонстрировать, что князь не считает её статус достаточно высоким. «Вот так каждый пытается тебя нагнуть и смотрит — нагнёшься или нет? — с раздражением подумала она. — А если нагнёшься, то так и будешь ходить согнутым». Она усмехнулась про себя, осознав, что начинает привыкать общаться с сильными мира сего, и каждый раз боится всё меньше.

Наконец, секретарь кивнул ей на дверь кабинета, и Кира решительным шагом вошла к князю. Тот смерил её суровым взглядом, и коротким взмахом руки указал на стул. Она уселась и вопросительно взглянула на князя.

— Докладывай, — резко приказал тот.

«Докладывают слуги, — подумала Кира. — Вот сейчас начнёшь докладывать, и всё — тебя навсегда записали в слуги».

— Мы всё сделали, княже, — спокойно сказала она, смотря на князя безмятежным взглядом.

— Детали! — нахмурился тот.

— Разве твои слуги тебе не доложили, княже?

Князь понимающе прищурился и пристально на неё посмотрел. Кира не отводила взгляд.

— А ведь мне и твой господин докладывает, — заметил он.

«Сомневаюсь», — подумала Кира.

— Я не мой господин, княже, — ответила она. — Прости, но докладываю я только ему.

— И в самом деле наглая, — усмехнулся он. — Ладно, как-то неправильно у нас разговор пошёл. Давай начнём сначала. Расскажи мне, Кира, что там было. Помогли тебе Ренские?

— Да, княже. Сиятельная Ольга согласилась помочь.

— И как у тебя с ней отношения сложились?

— С ней непросто, — откровенно ответила Кира. — Но дело иметь можно. А отношений у нас никаких не сложилось — мы слишком мало общались, и в будущем вряд ли будем часто общаться.

— Не загадывай, — усмехнулся князь. — Что она там нашла?

— Она заметила этих существ, — честно ответила Кира. — Оказалось, её сила позволяет их видеть. Но она сказала, что понимает причины для секретности и будет молчать.

Князь молча наклонил голову. У Киры немедленно возникло ощущение. что он всё это уже знал, и сейчас просто проверяет, скажет ли она об этом, или попытается умолчать.