Восход луны - Дэвид Марк Вебер

Дуло пистолета было направлено прямо ему в живот, но в то же время подполковник осматривала комнату, и ее передернуло. Палец задрожал на курке, и Колин отчаянно напряг мышцы живота, однако выстрела не последовало. Ее взгляд на секунду задержался на изуродованных телах Фрэнсис и Анны Тюдор, а затем обратился на него, и в черных глазах была такая безграничная ненависть, какой он раньше никогда в них не видел.

– Ты, ублюдок! – вырвалось у подполковника Сандры Тиллотсон.

– Я? – с горечью произнес Колин. – А ты-то сама, Сэнди?

Звук его голоса подействовал на нее, как удар хлыста. Она резко вскинула голову, глаза округлились, и ненависть в них сменилась недоверием, ибо она наконец-то увидела его – его, а не просто какого-то убийцу.

– Колин?! – ахнула Сэнди, и эта реакция очень озадачила МакИнтайра.

Мятежники конечно же знали, на кого ставили западню! Но Сэнди захлопнула рот, а ее взгляд переместился на два трупа в форме Флота Империума, и сейчас Колин воочию видел напряженную работу мысли – цепь рассуждений и выводов, промелькнувших на ее лице. Затем она ошарашила его, опустив пистолет.

Колин напрягся, готовясь прыгнуть через комнату и выбить его из рук, но Сэнди медленно покачала головой, и от ее слов он замер как вкопанный.

– Колин, – прошептала она, – боже мой, Колин, что ты наделал?

Такого он вовсе не ожидал. МакИнтайр посмотрел на нее и прищурился.

– Я обнаружил их так, как сейчас. Эти двое, – он кивнул в сторону двух трупов в форме, – поджидали меня. Они… убили Шона.

Сэнди посмотрела в прихожую, и ее плечи опустились, когда она наконец опознала страшно изувеченный труп. Когда она повернулась к Колину, ее глаза были полны боли и отчаяния.

– О Господи, – простонала она, – спаси и помилуй! Только не Шон, нет!

– Сэнди, что здесь, черт побери, происходит? – спросил Колин.

– Ты же ничего не знал, – мягко, но с горечью произнесла она.

– Я и сейчас ничего не знаю! Я думал, что знаю, но…

– Кэл передал сигнал тревоги, – бесстрастно сказала Сэнди и взглянула на мертвого ученого, как будто навсегда запоминая страшную картину. – Я была ближе всех, поэтому я пришла так быстро, как смогла.

– Ты?! Сэнди, ты заодно с Ану?!

– Конечно же нет! Те двое – Гирру и Аншар – были его людьми.

– Сэнди, о чем ты сейчас говоришь? Если ты не…

Колин замолчал, так как заработали его сенсоры, и, увидев, как он напрягся, Сэнди помрачнела.

– Что? – резко спросила она.

– Эти мерзавцы вызвали подкрепление, – ответил Колин. – Они приближаются. Разве ты их не чувствуешь?

– Я – обычный человек, Колин. Один из «дегенератов», – отрезала Сэнди. – Но ты – нет, не так ли? Ты ведь больше не являешься простым парнем?

– Простым… – Он оборвал сам себя, а потом коротко добавил: – Позже. Прямо сейчас к нам приближается не меньше двадцати единиц боевой брони.

– Черт! – выругалась Сэнди, но быстро взяла себя в руки. – Если ты добыл себе комплект биотехники, то возьми один из этих энергопистолетов! – Она оскалила зубы в жуткой усмешке. – Вот это их удивит!

Колин схватил оружие Аншара, индикатор заряда которого показывал девяносто процентов. Его пальцы нежно сжали рукоятку, и он понял, о чем говорила Сэнди. Ни один обычный человек не справится с тяжелым энергетическим оружием, даже гравитонный пистолет Сэнди был бы проблемой для большинства землян. Для мятежников это было легким оружием, Сэнди придется держать его двумя руками.

– Откуда они идут и где находятся сейчас? – кратко спросила Сэнди.

– Их двадцать, – повторил Колин. – Они рассыпались по периметру усадьбы. Примерно шесть километров отсюда, но приближаются очень быстро.

– Слишком далеко, – пробормотала Сэнди. – Мы должны подпустить их поближе…

– Почему?

– Потому… – Она запнулась и покачала головой. – Нет времени объяснять, Колин. Просто верь мне и еще поверь, что я на твоей стороне.

– На моей стороне? Сэнди…

– Заткнись и слушай! – гаркнула она на него, и Колин осекся. – Понимаешь, у меня были подозрения, когда мы не нашли даже намека на органические останки на месте катастрофы, но они были настолько невероятны, что… Не важно. Что сейчас важно, так это ты. Какие у тебя имплантанты?

Вопросы один за другим пронеслись в голове Колина. Откуда Сэнди, у которой, совершенно очевидно, нет никакой биотехники, вообще знает о ее существовании? А тем более о том, что наборы имплантантов бывают разные? Но она права – времени нет.

– Офицера мостика, – коротко ответил он.

– Мостика?! Ты хочешь сказать, что корабль в полном порядке и полностью боеспособен?!

– Может быть, – осторожно предположил Колин, но она раздраженно покачала головой.

– Или да, или нет, а раз ты получил полный комплект, то да. А это значит… – Она опять замолчала и резко вскинулась: – Ну не стой ты как пень! Попробуй, сможет ли он выручить нас?

МакИнтайр уставился на нее в изумлении. За вихрем отчаяния и ярости он не увидел самого простого решения!

Колин включил свой фолд-спейс и согнулся пополам от пронзительной боли, разрывающий нервы. Он покачал головой.

– Не сможет! – выдохнул он. – Сигнал глушат.

– Черт! – Лицо Сэнди посуровело, но, когда она заговорила опять, ее голос был на удивление спокойным. – Колин, я не знаю, как ты нашел Кэла, или, точнее, что здесь произошло, но ты единственный человек на этой планете, который обладает биотехническими имплантантами старшего офицера Флота Империума. Мы обязаны вытащить тебя отсюда.

– Но…

– Нет времени, Колин! Просто слушай. Если мы подпустим их поближе, то у тебя будет возможность скрыться. Когда я тебе скажу, иди в подвал. Там где-то есть переключатель, я точно не знаю где, но тебе он не понадобится. Спускайся в подвал и отодвинь печь. Она поворачивается по часовой стрелке, но, чтобы ее сдвинуть, тебе придется сломать замок. Спускайся вниз по лестнице, на развилке поверни направо – налево будет заминированный тупик – и беги быстрее черта. Выход – через километр в лесу, около Эспен-Роуд. Понял?

– Понял. Но…

– Я же сказала – нет времени. – Сэнди направилась к двери, осторожно переступив через тело Шона. – Иди за мной. Мы должны убедить их, что намерены сражаться до конца, иначе они обнаружат побег.

Колин последовал за Сэнди против воли, все в его душе кричало о том, чтобы он не доверял ей слепо. Но ведь было совершенно ясно: она знает, что делает, или думает, что знает. В любом случае это было в тысячу раз лучше, чем его полное непонимание происходящего.