Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

Она перегнулась через стол и поцеловала его в щеку.

— И я тебя никогда-никогда не забуду.

Вскоре появился Нокс.

— Ты готов? — спросил он, когда Стоун поднял на него глаза. — Пора заканчивать с этим делом.

Стоун сжал руку Аби и встал.

— Готов.

Глава 81

Входная дверь особняка Маклина Хейеса в Джорджтауне с грохотом распахнулась.

— Что за черт?

Генерал привстал, выронив от неожиданности книгу, а увидев вошедшего, плюхнулся назад в кресло и застыл.

— Ну, привет, сэр. Как оно ничего?

— Н-нокс? Как… как вы прошли через охрану?

— А-а… Один из них мой приятель. Я сказал ребятам, что ненадолго, и они со спокойной душой отправились в соседний ресторан пить кофе.

На лице Хейеса отразилась паника.

— Нокс, я должен объяснить…

В этот момент в комнату вошел Стоун, и генерал застыл от изумления. Увидев, что Стоун в наручниках, Хейес облегченно выдохнул.

— Мак, — произнес Стоун, — а у тебя неплохая резиденция. Гораздо лучше, чем была у нас с Джо. Впрочем, ты в курсе, не так ли?

Хейес наконец смог оторвать взгляд от Стоуна.

— Нокс, эта операция дает вам право на достойную отставку плюс все, что в моей власти. Все! Даю слово.

— Благодарю, сэр.

Ободренный ответом, Хейес поднялся и, приобняв костлявой рукой широкие плечи Нокса, отвел того в сторону.

— Вам не стоило тащить его сюда, тем более отпускать мою охрану. Это очень опасный тип, даже в наручниках.

— После того как вы бросили меня в той вонючей дыре, я понятия не имел, куда мне его деть. Ну а когда мы оттуда сбежали, количество вариантов вообще свелось к нулю.

— Вы сбежали? Вас разыскивает полиция? — занервничал Хейес.

— Скорее всего да. Причем, совершая побег, мы убили пять или шесть охранников. — Он посмотрел на Стоуна. — Шесть, да?

— Восемь, — бесстрастно ответил Стоун. — Еще двоих я кончил, пока ты душил начальника.

Нокс повернулся к потрясенному Хейесу.

— Вот те на, оказывается, восемь!.. Должен сказать вам, место преотвратное. Там я убил бы и родную мать.

Хейес убрал руку, его пальцы заметно дрожали. Когда он открыл рот, голос дрожал не меньше.

— Послушайте, Н-нокс, я понимаю, вам пришлось тяжело. Но это было неизбежно — я решал, как поступить с Карром. Фактически я уже собирался послать за вами людей. Будьте уверены, я не позволил бы лучшему из своих агентов гнить там ни секунды больше необходимого, Господь свидетель.

Нокс с прискорбием покачал головой.

— Понимаю, сэр. Действительно понимаю. Только следовало бы уведомить меня об этом до того, как я решился на побег и убийство охранников.

Хейес стал белее мела.

— Я замолвлю за вас словечко. Мы что-нибудь придумаем. В конце концов, дело касалось национальной безопасности.

— Боюсь, в данной ситуации это уже невозможно. Именно поэтому я и доставил Карра к вам.

Хейес жестко взглянул на Стоуна.

— Я не совсем понимаю.

— Лично я мог бы вас простить. А вот он наверняка нет. И поскольку теперь мы оба жаждем крови, то…

— Что, черт возьми, вы несете, Нокс?

За Нокса ответил Стоун:

— Он пытается донести до тебя простую мысль: восьмерых мы уже убили. Что же нам мешает добавить до кучи еще одного, особенно тебя?

Хейес отшатнулся к стене, молитвенно сложив руки.

— Нокс, подумайте, расправа с вышестоящим…

— По званию — да. По умственному развитию я всегда считал вас ниже себя.

— Да как вы смеете…

Нокс снял со Стоуна наручники и вручил ему нож, который достал из кармана. Стоун взял рукоятку профессиональной хваткой киллера.

— Нокс! — вскрикнул Хейес.

Стоун двинулся к нему.

— Ты знаешь, сколько раз я делал это от лица правительства Соединенных Штатов?

— Но-окс, ради всего святого…

— Вам бы вернуть этому человеку заслуженную награду, — спокойно произнес Нокс.

— Да сделаю я ему чертову медаль! — завопил Хейес. — Пусть забирает.

Нокс сел в кресло Хейеса.

— Вы изгадили ему послужной список только за то, что он отказался устроить по вашему приказу резню ни в чем не повинных вьетнамских крестьян.

— Я раскаиваюсь. Простите меня. Я не имел права отдавать тот приказ.

Стоун остановился перед трясущимся Хейесом и смерил его взглядом, определенно решая, куда лучше нанести смертельный удар.

— И не следовало вам, — продолжал Нокс, — являться в тюрьму и вступать в сделку с начальником, чтобы меня сгноили там только за то, что я установил истину.

Стоун приставил нож к горлу Хейеса.

— Почти сорок лет я мечтал об этом, Мак.

— Н-нокс-с! — взвыл Хейес. — Умоляю! Я не собирался бросать вас в тюрьме. Простите меня. Остановите его, ради Бога!

— Ладно, уговорили… Оливер, отставить.

Стоун отступил от Хейеса и перебросил нож Ноксу, который уже достал рацию.

— Порядок, заходите.

Через считанные секунды в дверь ввалились пятеро мужчин и окружили все еще дрожащего, сбитого с толку Хейеса.

— Маклин Хейес, — объявил старший, — вы арестованы за препятствование отправлению правосудия, неправомерное лишение свободы, военные преступления, укрывательство наркосиндиката и вступление с таковым в тайный сговор, а также за преступную небрежность в использовании государственной собственности для подрыва гражданского автомобиля в общественном месте.

Затем он зачитал Хейесу права.

Нокс достал из кармана DVD-диск и бросил его Хейесу.

— Будет что посмотреть со своими адвокатами.

— А это еще что? — не понял Хейес.

— Помните помещение в тюрьме, где вы так толково все объяснили, считая, что нам никогда оттуда не выбраться? Так вот, это была комната для допросов. А начальник тюрьмы свихнулся на слежке за заключенными. Там стояли скрытая камера и видеомагнитофон, записавший каждый ваш взгляд и вздох. — Нокс повернулся к агентам. — Забирайте этого козла. Видеть его больше не могу.

Когда Хейеса в наручниках выводили из кабинета, он заорал:

— Вот Джон Карр! Он убил Картера Грея и Роджера Симпсона. Арестуйте его! Арестуйте немедленно!

— Молчать! — прикрикнул на него старший агент и толкнул Хейеса к выходу.

Затем особняк покинули и Стоун с Ноксом. Они шли по ночным, залитым электрическим светом улицам Джорджтауна. С Потомака дул промозглый резкий ветер.

— Знаешь, — сказал Нокс, — Хейес был единственным, кто тебя разыскивал. Я докладывал лично ему. Он назначил расследование своей собственной властью, управление этим не занималось.

— Он всегда был злопамятным, — согласился Стоун.

— Я хочу сказать, что все кончено.

Они обменялись рукопожатием.

— Теперь мне туда. — Нокс показал направо. — А тебе советую в другую сторону.

— Я так не могу, Джо.

— Оливер, уезжай отсюда и начни жизнь в другом месте. Я даже дам тебе денег и новые документы. Тебе надо скрыться. Не тяни.

Стоун сел на истертые каменные ступени и посмотрел снизу вверх