Центр силы - Лео Сухов

А потом Русый погнался за большой стрекозой и полчаса где-то пропадал. Когда явился, грибной дурман его окончательно отпустил. Зато длинная шерсть свалялась в колтуны и была усеяна чем-то вроде репья.

Видимо, перенося на шкуре эти семена, он пытался искупить грех за убийство неповинного гриба.

Радостно, по-собачьи вывалив язык, этот дурень с новыми силами присоединился к собратьям в подножной охоте на местных обитателей. Как будто и не было ничего.

— Натуральный придурок! — прокомментировал его поведение Мелкий. — У меня был такой приятель… Тоже в рот тянул всё, чо не надо.

— Поди, отравился и помер? — прокомментировал это Пилигрим.

— Нет… Сел. Когда потравил пару нормальных пацанов какой-то сивухой, а сам только прорыгался! — расстроил всех Мелкий. — Такой от сожранного не откинется…

— Да, такие от чего-то нелепого дохнут! — согласился Линза. — У меня тоже знакомый такой был. Чего только не пробовал… А помер в ванне…

— Ну так нажрался и помер! — заключил Пилигрим, желавший, видимо, вселенской справедливости.

— Поскользнулся, сорвал полочку, упал… Получил по башке десятком флаконов с шампунями и мылом, но выжил, — печально поведал Линза. — А потом зачем-то полез к лампочке, где его током садануло. Он упал… Не убился… Ещё чего-то творил… И в итоге получил остановку сердца. Следствие с гарантией установило только то, что он идиот. А причину остановки сердца так и не выяснили.

— То есть, Русый в ближайшее время не сдохнет! — неодобрительно заключил Пилигрим. — Потому что нам сейчас до электричества — как до местной луны пешком… Причём до дальней.

— Нет! — хором подтвердили Мелкий и Линза.

— Вы даже не представляете, как меня расстроили! — вздохнул Грим.

Почему-то именно Русый вызывал у него острую неприязнь. Прямо-таки граничащую с ненавистью. Видимо, наш рыцарь загонной охоты жестоко завидовал Русому в его способности выживать — и это при всех попытках самоубиться.

Хотя чего скрывать, я этому придурку тоже завидовал!.. Хотя бы потому, что с его появлением потерял статус самого весёлого придурка группы. Я просто при всём старании не мог творить то, что совершал Русый! Во всяком случае, без последствий для здоровья.

Да взять хотя бы то, как он, азартно подвывая и тявкая, погнался за местным гигантским травоядным!.. Это, кстати, навевало странные ассоциации. Как будто чихуахуа гонится за слоном. Но ведь бежал-то именно слон! В смысле, местное травоядное. Минут через двадцать, правда, бежали уже все мы, удирая от рассерженного стада… Но и тут Русый был впереди всех.

Вот так и шли. А в полдень увидели вдали россыпь белых капсул, окружённую каменной стеной. А рядом — обгрызенный ступеньками холм. Я, конечно, не знаток, но был уверен — мы видим перед собой каменоломню. Ту самую, к которой шли. И главное — рядом болтался плотик, на который уже сгрузили часть обработанных камней.

Близость цели заставила уставших путников забыть об обеде и отдыхе. Отряд ускорился, и вскоре мы уже подходили к воротам поселения. И что могу сказать? Я завидовал теперь не только Русому, но и жителям этого поселения. Они действительно умели работать с камнем! Раствора в кладке я не заметил, но был уверен, что эта стена выдержит даже напор паникующей толпы. Не то, что наш первый самодельный заборчик…

— Кто такие?! Чего надо?! — окликнули нас со стены.

— Мы из Алтарного, по поручению Кукушкина! — ответил я. — В город перестали приходить плоты с камнем!

— А мы тут при чём? Мы всё отправили! — грозно ответил невидимый страж.

— Так раз отправили, то мы хоть с вашим главным переговорим! — крикнул Дунай. — Не зря же шли!

— Ладно! Позову его! — ответил страж. — А вы стойте тут! И зверьё своё на поводок посадите!

— Да нет у нас поводка! — расстроил я невидимого собеседника.

— Тогда отгоните подальше! Мы таких видели! Они страшные! — ответил тот.

Пришлось подзывать питомцев и просить их убраться подальше. Те отбежали метров на сто, но смотрели крайне обиженно. Им тоже было интересно побывать в посёлке. Только я и местных жителей понимал… Сразу пять этих рыл, если их близко не знать, вызывают откровенную оторопь.

Оставлять питомцев в одиночестве я не боялся, хоть мы и добрались до предгорий. Вряд ли бестии полезут сюда, на самый край своих владений. К тому же, до гор было ещё далеко: они пока так и не показали подножия из-за горизонта. Дразнились вершинами и ледниками.

Местность здесь была холмистая, поросшая травой и кустарниками с редкими вкраплениями рощиц. Мы как раз стояли на вершине одного из холмов, поэтому обзор у нас был хороший. Ничего опасного для питомцев я не видел, но вообще посмотреть тут было на что…

Примерно в километре от поселения был Алтарь Вознаграждения. И у него была интересная особенность — он был сломан. Окончательно и, возможно, бесповоротно. Что не могло не вызвать вопросов…

— СИПИН, а Алтари разве можно сломать? — поинтересовался я.

— Конкретно этот Алтарь Вознаграждения сломать получилось… — как-то уж слишком туманно ответил инструктор.

— Я заметил… Его, похоже, грызли, да? — уточнил я.

— Похоже, да, — подтвердил СИПИН. — Если точнее, его грызли и скребли когтями. Как подозревает аналитический сервер, это делали в надежде на белок и желток. Много белка и желтка.

— Ага… А ты, случаем, не подскажешь, что за тварь это сделала? Так, примерные размеры, массу… Или снова радость новых открытий? — спросил я с надеждой, но безжалостный инструктор убил её на корню:

— Снова.

— Ладно…

В этот момент на стене наметилось шевеление. А затем мы увидели невысокого человека с азиатскими чертами лица и хитрым прищуром.

— Кто такие, а? — спросил он, внимательно оглядывая наш отряд.

— Мы от Кукушкина! — повторил я сказанное ранее. — Он просил расспросить, как у вас дела! И узнать, почему уже четвёртый день не приходит камень. Впрочем, четвёртый был, когда мы уходили вчера утром…

— Мы камень отправляли, брат! Каждый день вот по такому плоту, как на реке!.. — ответил азиат. — А это ваше зверьё?

— Наше, — подтвердил я.

— Тогда пусть там и остаётся! А вы заходите! — милостиво разрешил тот и исчез.

Тяжёлая деревянная створка сместилась, открывая проход в посёлок. И я первым