К свету - Дэвид Вебер

Четвертый в очереди преемства, председатель верховного федерального суда Фернандо Гарсао стал исполняющим обязанности президента Гарсао, ответственным за исполнение обязанностей президента в ожидании выборов нового президента и вице-президента, которые, как предполагается, завершат нынешний президентский срок.

Он иронически рассмеялся про себя. Как будто это было так просто. Провести новые выборы в стране, население которой внезапно сократилось с почти 200 миллионов человек до чуть менее половины, которая только что потеряла большинство своих федеральных законодательных, исполнительных и судебных органов власти, а также большую часть своей инфраструктуры и средств связи. Белу-Оризонти, Манаус, Гуарульюс ... список убитых городов был длинным и ужасным, но он сделал то, что было в его силах. Он держал страну вместе, как только мог.

Однако он не был полностью удовлетворен своим "только".

Байя, как и остальные бразильские штаты, была полуавтономной и имела свою собственную конституцию, систему правосудия и законодательное собрание. В основном это помогло сохранить стабильность в стране, поскольку выжившие губернаторы - более трети из них погибли вместе со своими столицами - вступили в управление своими штатами под железным правлением демонов. Хотя о некоторых более сельских штатах на западе некоторое время ничего не было слышно - они, по-видимому, создали себя как новые мини-нации, - большинство городских штатов вдоль атлантического побережья пережили зиму и правление шонгейри и избежали полного краха цивилизации.

Но затем Гарсао обнаружил, что есть кое-что еще хуже, чем то, что инопланетяне правят их обществом: когда эти инопланетяне внезапно исчезают, и не остается ничего, что могло бы заполнить пустоту власти, которую они оставили после себя.

До прибытия инопланетян восемьдесят два процента населения страны проживало в ее городах. В то время как некоторые люди покинули оставшиеся города после бомбардировки, чтобы укрыться в сельской местности - во всяком случае, те, у кого были для этого средства, - подавляющее большинство все еще жило в прибрежных анклавах Бразилии. Когда цивилизация пала, она пала быстро, поскольку отчаявшиеся - или беспринципные - люди в свою очередь стали причинять страдания, хаос и убийства своим собратьям. И без того подорванный авторитет того, что осталось от местных правительств, рухнул под натиском насилия и террора, когда криминальные авторитеты, увидевшие возможность стать полевыми командирами, сражались за руины, оставленные шонгейри. Ресифи и Наталь вдоль побережья погрузились в хаос, и большая часть их городских районов, уцелевших после бомбардировок шонгейри, была сожжена. Тысячи, а по некоторым сообщениям, и сотни тысяч людей погибли от рук своих собратьев только в этих двух городах, и одному Богу известно, сколько еще погибло в небольших городах, которые также пострадали от всеобщих восстаний и преступной деятельности.

Хотя в Сальвадоре и большей части Байи местная полиция до сих пор держала ситуацию под контролем, "Командо Вермельо", преступная организация, занимающаяся главным образом нелегальной торговлей оружием и наркотиками, захватила Аракажу, примерно в трехстах километрах к северу, и расширяла свое влияние в Байе. Банда была привлекательна для молодых, страдающих от нищеты мужчин - которыми трущобы Сальвадора были переполнены еще до вторжения - и вербовала их, спонсируя спортивные мероприятия и вечеринки с фанк-музыкой в караоке, где Командо Вермельо знакомила их с различными наркотиками.

Даже до шонгейри у Командо Вермельо были последователи в Байе, которая до вторжения страдала от одного из самых высоких уровней бедности в Бразилии, а также носила титул национальной столицы убийств. В Бразилии после шонгейри организация была сигналом сирены для мужчин, которым нечем было заняться и у которых не было других вариантов. Не потребовалось много усилий, чтобы подтолкнуть криминальный элемент к попытке захвата Байи, и он знал, что большая часть бедного населения Байи, столкнувшегося с предстоящей зимой, была готова восстать вместе с ними, если они пообещают то, что правительство в последнее время не могло обеспечить в достаточной мере - продовольствие.

- Ты уверен в этом, Рауль? - снова спросил Фернандо Гарсао. - Командо Вермельо организует продовольственный бунт на следующей неделе?

- Уверен. - Рауль Бельтраме, его министр юстиции, отвечал за федеральную полицию и соблюдение федеральных законов Бразилии. - Мы слышали об этом от слишком многих наших информаторов, чтобы ошибиться.

- Что они надеются получить от продовольственного бунта? Еще больше мертвых? Разве у нас уже не было достаточно смертей в Бразилии?

- Они надеются захватить власть в стране, - ответил Бельтраме. - И им все равно, сколько людей за пределами их организации умрет, чтобы поддержать это дело. - Он пожал плечами. - Их почти не волнует, сколько их собственных людей низкого уровня погибнет в ходе операции. Жизнь дешева для лидеров Командо Вермельо.

- Таким образом, они подталкивают людей к бунту. Что тогда?

- Они врываются и дают им еду, - ответил Эдсон Падилья, министр сельского хозяйства, животноводства и снабжения. - Если они делают это, то внезапно становятся героями в глазах людей, и они позиционируют себя именно для этого. - Его губы скривились. - Они скупают все запасы, которые могут найти, и это отчасти объясняет, почему нам так трудно снабжать города. Они либо заставляют фермеров продавать им это, либо убивают фермеров и забирают продовольствие у них. В любом случае, они иссушают поток продовольствия, направляющийся в Сальвадор.

- Итак, какие у нас есть варианты? Что мы можем с этим поделать?

Падилья пожал плечами. - Убить убийц?

- Возможно ли это, Рауль? - спросил Гарсао. - Ты можешь найти их и остановить? И, может быть, забрать еду, которую они украли по пути?

- Мы пытаемся, но каждый раз, когда мы привлекаем кого-то к их операции, их разоблачает и убивает Командо Вермельо. - Бельтраме вздохнул. - Похоже, у нас есть "крот" в федеральной полиции, и это затрудняет поиск добровольцев, чтобы попытаться проникнуть в их организацию".

- Может быть, нам следует просто пригласить демонов обратно, - пробормотал Эдсон Соарес, министр иностранных дел. - Конечно, они убили половину наших людей, но, по крайней мере, они знали, как навязать свою волю.

- Это не смешно, - сказала Наталья Перес, министр по правам человека. - Половина нашего населения мертва, и ты думаешь, что это шутка?

- Нет, я просто говорю, что все было лучше, когда они были здесь, - ответил Соарес, пожимая плечами. - Я также знаю, что они вернутся. Настолько могущественная раса? Не может быть, чтобы они просто 'сбежали', когда уже выигрывали. Должно быть, что-то заставило их сосредоточить свое внимание в другом месте - возможно, они проигрывали войну