Репликант - Александр Тарарев

– Да, – задумчиво ответил Бжезинский, – на меня как будто накатила волна чего-то, но потом отступила.

– Не отступила генерал, а усиливалась, я как умел, поставил блок перед вами, а результат вы видели, зайдя сюда.

– Перл, получается, что у нас в управлении работает агент, да еще и инопланетянин?

– Я бы не стал исключать такой возможности, сэр.

– У вас-то у самого, откуда такие телепатические возможности, что-то раньше за вами такого дара не наблюдалось?

– Вы правы, сэр, не наблюдалось до сегодняшнего дня, теперь есть.

– С чем вы связываете его появление?

– Возможно длительное, хотя и опосредованное общение с объектом, вы же прослушали мой разговор с ним?

– Вполне возможно, спасибо за помощь, Перл, – и сел напротив Перла в кресло, – похоже, Перл, все события, не только здесь, но и в космосе, связаны с объектом, и он нужен не только нам, но и еще кому-то, кого мы даже не знаем. Пора нам оправдывать название управления и показать, что мы не зря едим хлеб и тратим деньги налогоплательщиков. У нас, Перл, и так секретность на высоте, но теперь и секретность, и конспирацию нужно поднимать на другой уровень, я утверждаю, ваш план в отношении объекта. В режиме строжайшей секретности, для всех остальных и прежде всего для Кернера объект перебрасывается в специальную лабораторию для получения информации от него. Это еще не все, Перл, – продолжил Бжезинский, – Кернера нужно взять в разработку, и провести ее можете только вы, сейчас мы ему ничего предъявить не сможем, а над обвинением в манипулировании посредством ментального вмешательства, он просто посмеется, потому что это никакими приборами не регистрируется, чтобы его прижать, нужно что-то существенное материальное.

– Сэр, а то, что он не доложил о моих предложениях вам?

– Не посчитал нужным, Перл.

– Ну да, он же руководит операцией.

Бжезинский связался с Кернером.

– Генерал, ваше предложение принимается, как только объект достаточно оправится от ранений, будет переведен в специальную лабораторию для съема информации.

– Спасибо за доверие, сэр, – жизнерадостно ответил Кернер.

– Вот так, Перл, игра началась первый ход е2 е4 мы сделали, все что связано с этой операцией доклад лично мне, встречаться будем на конспиративной квартире, напрямую ко мне ходить вам не по чину.

– Спасибо за доверие, сэр, разрешите идти.

– Идите, Перл, удачи вам. – Перл вышел из штаб-квартиры, полной грудью вздохнул свежий воздух, подумав. «Жизнь хороша».

И заспешил в центр, дел было невпроворот.

Кернер ликовал, все-таки его план сработал, теперь устранение объекта вопрос времени, тут же связался с Перлом.

– Перл, наверху приняли мой вариант плана, готовьте объект к отправке в лабораторию.

– Но, сэр, – попытался сопротивляться Перл.

– Никаких но, выполнять.

– Есть, сэр.

«Остался один ребус, – размышлял Кернер, – это противодействие его ментальному вмешательству, впервые, два раза подряд, не связанных с одним человеком, случайность? Возможно, но возможна и случайная закономерность. Нужно присмотреться к Перлу, раньше за ним никаких особых способностей не замечалось. А вот в кабинете у Бжезинского это другое дело. Там я потерял контроль над собой, и если бы ментальный удар достиг цели, то он убил бы им Бжезинского. Возможно, появилась новая аппаратура, хотя у людей ее быть не должно, надо проверить». Успокоившись от этих мыслей, пошел готовить информационный пакет рою.

Прибыв в центр Перл, развил бурную деятельность, подготовил кабинет для работы Дена, снял загородную виллу, нанял персонал, подобрал детей для семьи Дена, и занялся основным вопросом по внедрению ложной памяти Дену и Хелен. Закончив с организационными вопросами, он пошел в медицинскую службу к Билу, тот был на месте, и крайне удивился, когда увидел входящего в кабинет Перла.

– Бил, как идет подготовка к операции?

– Все по плану, химические препараты и психокоды подготовлены, с кого начнем?

– Давай начнем с Хелен, химия не повредит ребенку?

– Нет, Перл, воздействие химических препаратов избирательное.

– Хорошо у Хелен все оставляем, кроме событий последних месяцев, отторжение Дена как мужа на уровне подсознания не произойдет, он ей и так близок.

– Согласен, Перл.

– Сколько продлится операция?

– Дня два.

– Ого! – вырвалось у Перла невольно, – быстрее нельзя.

– Можно, но качество может быть не то.

– Так два дня, – рассуждал Перл, – они должны проснуться вместе дома с детьми и всеми сопутствующими заботами. Как состояние Дена?

– Мистика он почти здоров, ткани регенерировались, держим искусственно в бессознательно состоянии.

– Так, Бил, а ты можешь делать две операции одновременно?

– Конечно.

– Тогда приступай, в дальнейшем им нужна будет какая-нибудь медицинская коррекция?

– Наблюдение, Перл, и отсутствие стрессовых ситуаций.

– Спасибо, Бил, и извини за грубый тон в боксе, я сожалею об этом, – выходя, извинился Перл. Бил замер на минуту, переваривая услышанное.

«Это лучше, чем ничего», – подумал он, и пошел в палату к Хелен.

Раздался звонок от Кернера.

– Как объект, Перл?

– Готов к транспортировке, через час будет доставлен в аэропорт, потом самолетом в лабораторию.

– Отлично, Перл. Вы его будете сопровождать?

– Нет, сэр, на этом мое участие в этом деле заканчивается, о дальнейшей операции меня в известность не ставили.

– Спасибо, Перл. – Радостно проговорил Кернер и отключился. Перл уже приготовил муляж, создал соответствующую суету в центре, все выглядело, так как будто Дена увозят из центра в режиме особой секретности. В бронированной машине с соответствующей охраной, в его отбытие поверили и сотрудники центра. Кернер проводил машину с муляжом до аэропорта, погрузил в самолет и отправился назад в Центр.

«Ну вот и все, – радостно думал Кернер, – Ден в самолете, бомба тоже в самолете, залетела туда замаскированная под обыкновенную муху и уселась в отсеке где находился Ден».

Все это Кернер наблюдал через встроенные в нее микрокамеры. Самолет взлетел, набрал высоту и взял курс на безымянный остров в Тихом океане, как только самолет достаточно далеко отлетел от берега, а глубина океана в этом месте была значительной, Кернер привел взрывное устройство в действие.

Бжезинскому доложили, что борт военно-воздушных сил 039 исчез с экранов радара и на связь не выходит, Бжезинский улыбнулся, беря трубку и связываясь с Кернером. Крайне обеспокоенным голосом он изложил ему произошедшее и велел лично провести расследование с вылетом на место.