Консультант - Александра Торн

– Что думаете об этом? – Натан сунул ему отчет Галлахера. – Это она?

– Вполне возможно, – кивнул консультант.

Пес устроил морду у него на колене и вопросительно заглянул в лицо. Лонгсдейл положил ладонь ему на голову, и у комиссара возникло стойкое чувство, что эти двое обмениваются какими-то сведениями. Хотя вообще Натан думал, что друг человека канючит булочку.

– Эй, Здоровяк, на. – Он протянул псу сдобу, но тот смерил Бреннона таким холодным взглядом, словно был пастором, осуждающим грехи человечества, включая чревоугодие.

– Вы будете допрашивать Хейза?

– Да, как только Галлахер отыщет его в соборе. Но к вам у меня пара других вопросов.

Бреннон вытянул ноги к камину и умиротворенно подумал, что консультант неплохо устроился. Дом, конечно, старый и мрачный, но зато камин в нем большой, а стены и окна надежно утеплены.

– Во-первых, крест и Библия. Почему Библия напугала утбурда, а крест – нет?

– Гм-м-м… Насколько вы сведущи в теологии?

– Чего?

Пес фыркнул. На лице дворецкого, который накрывал столик с чаем, мелькнуло крайне ехидное выражение.

– Я атеист, – буркнул Бреннон.

– Суть в том, что крест – не более чем ювелирное украшение. Он не обладает должной силой сам по себе.

– Но ведь он не замерз.

– Да. Потому что его держал в руке достойный человек, полный искренней веры. Но этого мало, чтобы отбиться от такой нежити, как утбурд. Библия же хранила в себе не только реликвию, но и частицу веры, которую в нее вкладывали многие поколения.

– И вы хотите сказать, что это работает?

Лонгсдейл побарабанил пальцами по подлокотнику.

– Скажу так – в деревнях, где есть действующий храм и активный священник, нежити всегда в разы меньше.

– Активный?

– Я имею в виду тех, что действительно занимается делом, а не просто пьет в ризнице.

Бреннон на миг задумался, каким же, по мнению Лонгсдейла, делом должны заниматься священники. К толстому патеру, который научил его читать по складам и кое-как писать, Натан особого почтения не питал, хотя отец Грег мог на спор перепить самых крепких мужиков в деревне и потому пользовался глубоким уважением.

– То есть нежить тоже в это верит?

– Нежить и нечисть подчиняются определенным законам, и для этих существ нематериальное чаще важнее материального. Потому что их собственная плоть – вещь довольно условная. А вот дух…

– Хорошо, хорошо! – торопливо вклинился Бреннон, утративший нить беседы. – Вернемся к Мерфи. Все соседи слышали звон и зов, но почему-то вылез только он. Думаете, это случайность?

– Алкоголики чувствительнее к эманациям…

– К чему?

Лонгсдейл задумчиво потер подбородок.

– Хотя, может, и не случайность… Мы уже не узнаем, да и зачем?

Бреннон изо всех сил фыркнул:

– Зачем? А как нам, по-вашему, найти эту девку? Мы о ней знаем только то, что она блондинка. Вам этого достаточно?

– Если бы мне удалось добыть кусок плоти утбурда…

– Но вам не удалось. – Бреннон с неохотой вылез из кресла. – Так что будем искать путем простого перебора вариантов. Вы в форме?

– Простите?

– Нам нужно разморозить еще один труп.

– Ах да, – встрепенулся консультант. – Конечно! Пойдемте.

«Похоже, – кисло подумал Натан, – общение с трупами составляет главную радость в жизни этого типа». Даже Кеннеди не испытывал такой сильной привязанности к столу для аутопсии.

– К вам племянница, сэр, – шепотом сообщил комиссару дежурный.

Бреннон вздрогнул, торопливо извинился перед Лонгсдейлом и поспешил к кабинету. Пес, поколебавшись, последовал за комиссаром.

– Маргарет! Что случилось? Дома все в порядке?

Вопросы вырвались сами, едва комиссар захлопнул дверь, машинально пропустив собаку внутрь.

– О, мистер пес! – обрадовалась племянница и запустила обе руки в густую рыжую гриву.

Натан перевел дух – случись что, она не казалась бы такой беззаботной.

– Ты что тут делаешь?

– Мама просила передать, цитирую: «О чем ты себе думаешь?! День независимости на носу, а ты так и не явился к чаю, чтобы обсудить все!»

– Все? – дрогнувшим голосом спросил Бреннон. – Надеюсь, не праздничные мероприятия?

– Именно их.

– Господи, Пегги, у меня нет времени. Расследование идет полным ходом и…

– Ну пригласи на чай своего консультанта. – Маргарет наморщила носик. – Обсудите потихоньку ваших убийц и воров, пока мама будет рубиться в жаркой схватке с тетями и другими дядями.

Замужняя половина семьи относилась к Бреннону снисходительно («Не стоит говорить Натану, он холостяк и все равно ничего не поймет»), но совместную встречу Дня и Рождества соблюдала неукоснительно.

– Я не думаю, что мы можем приглашать к твоей маме мистера Лонгсдейла…

– Почему? У нас отличные чесночные гренки. И чесночный соус. Да и десяток головок чеснока в кладовой найдется.

– При чем тут чеснок?

– При том! Я уверена, что твой консультант – вампир, – заявила мисс Шеридан.

На морде пса отразилось бесконечное изумление.

– Кто? – тупо спросил Бреннон; как это часто бывало в разговорах с Маргарет, он ощущал себя древним старцем, который отстал от паровоза жизни лет тридцать назад.

– Дядя, ты что, совсем книг не читаешь? Роман «Граф Вампир», его же все прочли! Я уверена, что твой консультант спит в гробу, не отражается в зеркалах и по ночам пьет кровь!

– В гробу?

– Да ты посмотри на него! Вылитый вампир!

– Но почему в гробу-то?..

– Во-первых, настоящие джентльмены так себя не ведут! Во-вторых, он ужасно бледный, и в-третьих, у него черные волосы. Да, мистер пес?

– Уф-ф-ф, – потрясенно отозвался Здоровяк.

Бреннон провел рукой по лбу.

– Во-первых, он спит в кровати, я сам видел. Во-вторых, разумеется, он отражается в зеркалах, иначе как бы он брился? В-третьих… при чем тут вообще чеснок?!

– Это яд для вампиров, – охотно пояснила племянница. – Вот я и думаю, если дать ему чесночный гренок, мы сразу узнаем…

Пред мысленным взором Бреннона предстала яркая картина: он предъявляет шефу труп Лонгсдейла со следами мучительной смерти и чесночный гренок. Судя по морде пса, тот тоже был поражен до глубины своей собачьей души.

– Вы ошибаетесь, мисс, – мягко раздалось у двери.

Натан обернулся, краем глаза заметив, как вспыхнула племянница – залилась румянцем от шеи до корней волос. Лонгсдейл задумчиво созерцал девушку.

– Для вампиров вредны не плоды чеснока, а цветы и их аромат.

– А если разжевать головку и метко плюнуть? – задиристо спросила мисс Шеридан. – У него будет ожог? Ведь будет?

– Нет, – отвечал Лонгсдейл. – Хотя вампиры очень чистоплотны, и пока он будет чистить сюртук, вы успеете отбежать подальше.

– Но они ведь спят в гробах?

– Редко. В гробах спят вурдалаки.

Глаза девушки восторженно округлились.

– Это которые едят людей?

– Нет, мисс, людей едят упыри. Вурдалаки употребляют кровь.

– Маргарет, тебе пора, – твердо вмешался Бреннон, пока консультант не поведал