Отшельник - Ник Гернар

— Так и есть.

— Но он выносит оттуда на самом деле полную руку! Ты играешь в карты?

— Не особо. Но в общих чертах представление имею.

— Так вот представь, что каждый поход в рифт — это новая рука. Ты видишь только верхнюю карту, но на самом деле их несколько. И когда к ним прибавляется новая партия, они могут усилить те самые скрытые карты настолько, что они станут так же видимыми. Сумбурно говорю?

Я почесал затылок.

— Сейчас попытаюсь перевести сказанное тобой на свой язык. Кроме очевидных мутаций человек приобретает еще и пачку скрытых, которые в дальнейшем могут складываться в определенную комбинацию, порождающую какую-то видимую аугментацию.

— Или наоборот, подавляющую ее! Чтобы развиться правильно, важно изначально выбрать себе направление и следовать ему, иначе приобретенный ранее багаж может помешать тебе или даже убить тебя.

— Ну, допустим. И как же понять закономерность?

— С помощью языка символов. Разделение способностей по стихиям и по уровням! Диаметрально противоположные подавляют друг друга, однонаправленные — усиливают, смежные — сосуществуют.

Я со вздохом окинул взглядом всех его Цезарей в стрелочках.

— Видишь ли… Я все равно не понимаю, что за связи здесь у тебя указаны, — честно ответил я. — Но одно могу сказать точно: я еще не встречал более одаренного проходчика, чем ты. Связано ли это с твоими наработками, банальным везением или чем-то еще… Извини, если разочаровал, — сказал я как можно мягче. — Я — всего лишь проходчик. Путешественник по рифтам, такой же, как ты. Не ученый, не пророк и не мудрец. Просто изрядно задержавшийся в последней командировке. И не обладаю никаким особым пониманием истины или чем-то в этом роде. В мое время и теорий-то таких не было, как эта твоя парадигма.

— Но ты был в священной Гамме Триптиха!..

— А я и не отказываюсь. Да, был.

— Скажи, что ты там видел?

Я усмехнулся.

— Да много чего… Папоротники, ящеров всяких видов и мастей, насекомых размером с подводную лодку… — Тут я притормозил, решив на всякий случай не говорить о своей главной находке в Гамме. Тем более, она не имела никакого отношения к божественному познанию смыслов. А когда поднял глаза на своего внимательного слушателя, увидел, что и Егор уставился на меня с таким лицом, будто правда ожидал услышать какую-то мудреную истину. — Кошмары видел. В рифтах это частая история, сам знаешь. И больше, к сожалению, ничего. Я не встретил там никаких сверхъестественных существ, не нашел книги жизни или чего-то еще в этом роде. Так что… Не знаю, как насчет всего остального, но насчет этого рифта ты, к сожалению, действительно ошибся.

Тяжело дыша, Крестоносец положил бумагу на тумбочку. Несколько раз с громким шуршанием поутюжил примятый листок огрубевшими ладонями. А потом обернулся и тихо, полушепотом проговорил:

— Тогда скажи мне, что ты вынес из этого неособенного мира папоротников. Каким даром наделил тебя рифт?

Егор оживился.

— А вот это хороший вопрос, — задумчиво произнес он. — И, кстати, все остальные рифты тоже вниманием не обделяй? Заэпически интересно.

Я усмехнулся.

— По ощущениям, никакой приличной аугментации я оттуда не вынес. Хотя, признаться, рассчитывал кое-что получить. В общем, с этим я пока не разобрался. Может, это была способность перешагнуть сто пятьдесят лет?

Тут лицо Крестоносца посветлело.

— Значит, твой навык еще не проснулся в тебе… Как интересно… Скрытая карта. Скрытая карта может нести перевернутое значение. Луна будет преобладать над Солнцем…

Продолжая бормотать что-то неразборчивое себе под нос, он поднялся, забрал наши плошки и понес их на стол.

А Егор, повернувшись ко мне, приглушенно проговорил:

— Я не понял, это что, реальная правда? Про сто пятьдесят лет?

Я пожал плечами.

— И что, если так?

— Пруфы, мать твою, в студию. Только не для высокого интеллекта твоего нового друга, — зыркнул он в сторону Крестоносца, который, продолжая бубнить что-то себе под нос, натирал посуду песком. — А для моего, приземленного.

— Пруфы все остались в рюкзаке, — проговорил я, нахмурившись. — Причем стоят они немалых денег. И если мы постараемся навестить Медведя как можно скорей — вместе с твоими парнями, разумеется — то есть серьезный шанс успеть вернуть кое-что из этих ценностей. Сорок процентов от выручки, если что — твои.

Егор негромко рассмеялся, сверкнув зубами.

— Прям все сорок?

— Прям все сорок.

— А не боишься, что схерали ты мне нужен при таком раскладе?

— Не боюсь, — улыбнулся я. — Ты же не дурак. Что брать, не знаешь, кому предложить — тем более.

— А ты прям знаешь?

— Да, теперь знаю. В общих чертах.

— И они с тобой прям будут готовы говорить?

— А почему нет? Я же не стрелял своему начальнику в лицо.

Егор широко улыбнулся.

— Ну да, ты кого-то другого завалил. Это прям вообще другое дело.

— Я кого-то завалил? Да ты что. Ничего подобного. Я же порядочный человек, проходчик.

— Шестьдесят на сорок. Сорок — тебе.

— Пятьдесят на пятьдесят, и это последнее условие. Без меня тебе с Медведем не справиться.

— Тебе без нас — тоже, — хмыкнул Егор.

— За это я и готов тебе заплатить. Или придется искать другую компанию.

Бородач вздохнул.

— Ладно. Только у нас боеприпасов почти нет. Не удалось разжиться, где планировали.

Я присвистнул.

— Нет боеприпасов, говоришь? Это плохо…

— Боеприпасы — есть, — сказал вдруг Крестоносец, повернувшись к нам.

А мы-то думали, что нас не слушают!

— У тебя есть патроны? — переспросил я, одновременно на всякий случай напоминая, что в нашем мире называют «боеприпасами».

— У меня много чего есть, — ответил Крестоносец. — Встаньте. Переглянувшись, мы с Егором поднялись со своих мест.

Крестоносец присел и отодвинул в сторону шкуры.

И в полу мы увидели еще один люк!

Наш рыцарь победоносно улыбнулся и открыл дверцу.

Снизу пахнуло чем-то удушающим.

И когда мы заглянули вниз с лампой в руках, то реально онемели от увиденного.

Под жилой комнатой у Крестоносца находилась еще одна большая комната.

Слева и справа в ней располагались стеллажи с коробками и железными ящиками. На старых тряпках ровными рядами лежали гранаты, пистолеты, пара разобранных автоматов и даже здоровенный пулеметище с толстенным кожухом вокруг ствола и здоровым блином сверху!

Крестоносец спустился по железной лестнице вниз, шурша по металлу