Медиум - Михаил Злобин

– Ну так я тебе расскажу. Там по сюжету главный герой великолепный аналитик, способный подмечать настолько неявные, но важные мелочи, что выводы, которые он делает, больше похожи на магию, чем на дедукцию.

– Пф-ф! – Саркастично фыркнул Дамир. – Ничто не ново под луной. Уж Шерлока Холмса у Конан Дойла я читал. Этой литературной идее уже за сотню лет давно перевалило.

– Вот именно. Та же самая концепция. Только герой из фильма одно время вполне успешно притворялся ясновидящим. Общаясь с людьми, он наводящими вопросами, полуутверждениями и недомолвками выманивал из клиентов крупицы информации, делая на их основе поразительно точные предположения. И именно за счет этого он создавал иллюзию того, что действительно общается с их покойными родственниками. Теперь ты понимаешь, к чему я клоню?

– Вроде понимаю, но предпочту услышать прямо. А то мало ли, я не о том думаю.

– Как скажешь, – легко согласился я. – В общем, старик, я хочу, чтобы все те, кто будет мной интересоваться, считали меня таким же ловкачом, и не более.

Теперь я был уже уверен, что Дамир мою мысль уловил верно.

– Ты полагаешь, – взволнованно зашептал майор, – что и ко мне может кто-нибудь наведаться, чтобы порасспрашивать о тебе?

– Ну, – пожал я плечами, – по крайней мере, нельзя с уверенностью утверждать, что этого не произойдет.

– Сергей, почему ты задумался об этом спустя столько лет?

Я посмотрел на своего приятеля, пытаясь понять, шутит он или говорит всерьез. Судя по легкой дрожи недоумения, исходящей от него, он действительно не совсем догонял мои мотивы.

– Да потому, – стал я повторять свои недавние размышления на этот счет, – что до тех пор, пока я играл с вами в игры, помогая ловить мелких сошек, да окучивал богачей, выманивая их звонкие шекели, я не был никому опасен. Даже если я действительно способен говорить с мертвецами, то в этой своей песочнице я мало для кого представлял интерес. А теперь, когда вы с Суховым подтянули меня в «высшую лигу», я могу стать фактором риска для очень многих влиятельных персон. И теперь я очень хочу, чтобы все эти персоны успокоились, считая меня жуликом, актером, фриком, да кем угодно, лишь бы не тем, кто я есть на самом деле!

– Я понял тебя, – Галиуллин напряженно сцепил руки в замок перед лицом. – Серёга, можешь на мой счет не сомневаться. Даже если сам президент будет у меня спрашивать, ни одного конкретного случая я не расскажу.

– Спасибо, Дамир, – я благодарно кивнул ему, не сомневаясь в искренности приятеля, – рассчитываю на тебя.

– Но погоди, – вдруг вскинулся он, – а как же все те дела, где ты засветился? Там же рапорты, объяснения, протоколы – все записано и до сих пор лежит в архивах. Как с этим быть?

– А ты что, – откровенно удивился я, – в рапортах писал о том, что в ходе разговора с покойным мне удалось выяснить следующее?..

– Нет, ну ты меня прям за полного дебила не держи, – открестился полицейский от такого предположения, – это же официальные документы! Меня б за такое вы… а, неважно. В общем, я просто указывал, что, мол, в ходе проведения оперативно розыскных мероприятий следствию помогал такой-то такойтович, или что версия, выдвинутая тем-то и тем-то, подтвердилась в части такой-то и такой-то. Никакой конкретики, и уж тем более никакой мистики.

– Вот и прекрасно. Поэтому с этой стороны я не жду подвоха.

– Но подозрения-то все равно могут возникнуть у кого не надо.

– Подозрения у них уже возникли, – припечатал я. – Главное, чтоб у них не было еще и фактов.

С этим Дамир не согласиться просто не мог.

Мы с Галиуллиным проговорили еще около часа, обсуждая различные варианты дальнейшего развития событий да прикидывая пути решения возможных проблем. Потом немного поддались ностальгии, потрепавшись о былых годах, вспоминая нашу совместную работу в девяностые годы прошлого уже тысячелетия. Смущенный и постоянно винящийся Дамир раз десять предлагал «любую, какая только может понадобиться» помощь, а я за каждый раз сердечно его поблагодарил и обещал обратиться при случае.

Разошлись мы уже вечером, когда я влил в себя в общей сложности литра два колы, а Галиуллин три пинты пива. Распрощавшись, Дамир поплелся к ближайшему метро, не рискнув садиться за руль в подпитии, а я потопал к своему спорткару, собираясь упрямо штурмовать ужасные вечерние пробки.