Консультант - Александра Торн

– Действия? – переспросил комиссар. Он покосился на Редферна, который отвел в угол Пег и что-то шептал ей, застегивая у нее на шее амулет; оглянулся на Джен, Лонгсдейла и пса, которые стояли в коридоре у двери; вспомнил лицо Полины Дефо и процедил: – Сейчас я вам объясню насчет действий.

Ночь на 1 марта

Свет горел лишь в одном окне, на втором этаже, в папином кабинете, как маяк, требующий: «Иди сюда!» Дядя открыл дверцу кареты, спрыгнул наземь и протянул руку племяннице. Маргарет задумчиво накручивала на палец цепочку амулета. Лодочка с ампулой согрелась в ее ладонях.

– Ты все еще можешь отказаться, – мягко сказал комиссар.

Девушка очнулась от раздумий.

– Нет. Ни за что.

Она выбралась из кареты, обмотала свое и дядино запястья цепочкой амулета, спрятала лодочку в ладони. Комиссар поправил их рукава, чтобы прикрыть цепочку, и повел девушку в дом.

«В дом, но не домой», – подумала Маргарет. С той самой секунды, как она увидела Дэни, ее не отпускало странное, тянущее чувство – не только чувство вины, но и смутное ощущение потери от того, что она утратила право называть этот дом своим, ведь если бы не она – ничего такого с ее семьей не случилось бы. Девушку охватило оцепенение, словно от нервного напряжения все ее чувства выцвели.

«Это я, – мисс Шеридан поднялась по ступенькам, – это из-за меня. А они даже не знают! Даже не представляют, почему это с ними произошло! И я не могу… – Она впилась в руку дяди. – Почему я не могу никого защитить! Меня защищают все, а я – никого!»

– Тебе страшно, Пег? – заботливо наклонился к ней комиссар.

– Нет, – ответила Маргарет. Ей не было страшно. Вместо страха в ней снова тлел уголек глухой ярости.

Дверь оказалась не заперта. Мисс Шеридан машинально прошептала «Lumia», и дядя горесто пробормотал:

– Чему еще он тебя научил?

«Пока почти ничему», – подумала Маргарет. Они пересекли темный холл, поднялись по лестнице в папин кабинет, и девушка взялась за дверную ручку.

В кабинете горел камин и лампа на подоконнике, все окна, кроме одного, были наглухо закрыты, и в комнате царила невыносимая духота. Спертый воздух пропитал запах пота и чего-то кровянистого. Маргарет сглотнула подкатившую к горлу тошноту. Мама, папа и Эдди сидели полукругом на диване перед камином; каждый крепко держал одного из младших детей. Джорджи тихо захныкал на руках у мамы.

– Пегги! – глухо вырвалось у отца. – Боже мой, зачем ты ее привел!

Но никто из них не пошевелился и не выпустил младших.

– Я здесь, – сказала Маргарет. – Давай, покажись.

«Пришла», – прошелестел в ее разуме бестелесный голос.

– Отпусти остальных, – потребовал комиссар. – Я привел тебе девушку.

– Натан! – вскрикнула мама. – Уговори ее отпустить детей! Пожалуйста!

– Покажись! – повысила голос Маргарет; виски снова прижал горячий обруч. – Я хочу тебя увидеть!

«Выйди из комнаты, – раздалось у нее в голове, – спустись по лестнице и жди меня внизу».

Амулет в ладони девушки ощутимо нагрелся. Однако приказы маньячки не подействовали… пока.

– Нет, – сквозь зубы бросила мисс Шеридан, – это ты ко мне выйдешь.

– Пегги, не дури, – напряженно сказал Эдвин. – Беги отсюда! Живо!

«Не действует… – услышала Маргарет. – Почему не действует? Раньше же…»

Она уловила слабое удивление и глубокую, почти бесконечную усталость.

– Я же особенная, почти такая же, как ты, – процедила мисс Шеридан. – Я-то смогу выдержать то, чего не выносили другие девушки. Разве ты про это забыла?

– Пегги! – воскликнул папа.

– Отпусти заложников, – повторил Бреннон и слегка подтолкнул Маргарет локтем вперед. – Я выполнил твои условия. Ты должна сдержать слово.

«Слово… я не давала никакого слова. – Голос стал глуше, будто она обращалась к дяде, отстранившись от Маргарет: – Уйди и оставь ее мне. Или я прикажу женщине задушить ребенка».

– Натан, сделай что-нибудь! – взмолилась мама.

– Давай, – вкрадчиво предложила Маргарет. – Попробуй. Я-то помню, что боль освобождает от твоих чар. In ignis!

Вдоль спинки и подлокотников дивана зубцами вспыхнули огоньки и затанцевали в хаотичной пляске.

– Пегги! – выдохнул отец. Его лицо блестело, все в бисеринках пота. Мама уставилась на дочь как на призрака. Эдди побледнел так, что на щеках и лбу россыпью проступили веснушки.

«У тебя не хватит духу», – с насмешкой прозвучало в голове девушки.

– Рискни проверить.

– О боже, – прошептала мама. – О господи!

– Пегги! – засипел брат. Огонь подобрался к ним ближе, заключил в трепещущий венок. Дядя сжал руку Маргарет.

«Брось эту штуку! – неожиданно потребовал голос. – Брось амулет!»

– Еще чего!

Бреннон кашлянул.

– Будьте добры отпустить заложников и выйти к нам, – потребовал он. – Иначе мы уйдем.

– Натан! – крикнула мама.

– Мы уйдем, – невозмутимо продолжал дядя, – и вряд ли вам удастся отыскать мисс Шеридан. Тогда как я смогу найти вас в любую минуту. И эта минута станет для вас последней.

Маргарет вздрогнула от угрозы, высказанной таким обыденным, спокойным тоном, без всякого нажима или злости.

– Дядя, она сбежит!

– Нет, – покачал головой комиссар. Он слегка склонил голову набок, прислушиваясь, и вытащил из кобуры револьвер. В тишине послышались шаркающие шаги – они приближались. Маргарет обернулась к двери, что вела из кабинета в библиотеку.

– Ты убьешь ее?

– Посмотрим, – процедил комиссар и взвел курок. Тихонько скрипнула, поворачиваясь, дверная ручка, и в темном проеме показалась маленькая хрупкая женщина. Сильно хромая, она вышла из тени, сощурилась от света лампы и замерла около окна. Взглянула на револьвер, подняла глаза на дядю и устало улыбнулась.

«Все еще думаете взять меня живой?»

Маргарет сунула руку в карман; пальцы коснулись холодного серебряного кругляша. Его дал Энджел и сказал, когда им нужно будет воспользоваться. Внезапно вокруг Полины Дефо вспыхнуло огненное кольцо, и Маргарет отшатнулась от неожиданности. Цепочка амулета больно впилась в запястье. Миссис Дефо заметалась в кругу огня.

– Отпустите заложников, или я стреляю. Раз…

– Боже, Натан, да убей ты ее! – завопила мама.

Отец со стоном сжал обе руки на шее Джозефа-младшего.

– Натан! – завизжала мама.

– Motus! – свирепо прорычала Маргарет.

Полину Дефо вышвырнуло из круга; она пролетела сквозь огонь, отчего на ней вспыхнула одежда, впечаталась в стену и рухнула на пол. Папа с криком выпустил Джозефа и мешком свалился на пол. Брат, судорожно кашляя, отполз в сторону. Эдди сунул матери Робби и бросился к отцу; мама судорожно прижала к себе обоих младших. Джорджи огласил кабинет пронзительным ревом.

– Пег! – рявкнул Бреннон. – Какого черта…

Маргарет выхватила из кармана медальон, швырнула в маньячку и звонко выкрикнула заклинание. Медальон озарил комнату