Ночь империи - Дарья Богомолова

В Иблисе не было никакой уверенности – он мог сколько угодно улыбаться и увещевать, что Самаэлю никто не будет мешать, а потом войско, вошедшее в Тэнебре, оказалось бы разбито наголову.

– Меня тоже подозревают в сговоре с Князем, до сих пор,– глядя на дымок, вившийся от трубки, он пожал плечами.– Владыка год просидел во дворце, а я из этого же дворца ушёл в день захвата. С дозволением забрать с собой столько людей, сколько смогу увести до рассвета – это так, если ты забыл.

– Да, но после этого ты делал всё, чтобы вытащить народ с захваченных земель, а потом и вернуть сами эти земли,– Эммерих повёл рукой.– Это достаточное подтверждение твоих намерений.

– Возможно. А как насчёт того, что вчера я барсом метнулся до дворца, вытащил оттуда Владыку и вернулся без единой царапины? Как будто просто вошёл и предложил Иблису отдать его мне?

Эммерих на пару мгновений задумался, хмуря кустистые брови.

– Ну… С этим сложнее. С другой стороны, тебя любят. Придумают историю о том, как ты обвёл ифритов вокруг пальца и, не получив ни царапины, ускакал с правителем в закат. Если уже не придумали, конечно. Бродячие артисты, знаешь ли, быстро это дело подхватывают.

– Бродячих здесь нет.

– Ты плохо слушал мальчишку, которого наш Владыка сожрал. Он рассказывал о них, пока ему не сломали шею.

Посмотрев на друга, Самаэль почти сразу поднялся на ноги. За ним последовал и Эммерих, только теперь понявший, что сам сказал.

Бродячим артистом мог нарядиться кто угодно – они сами пару раз проворачивали такой трюк, чтобы провести в город несколько солдат и разобраться с наместниками без лишней крови. Памятуя об этом, в прошедший год старались гнать прочь от городка, бывшего негласным центром сопротивления ифритам, весь свободный народ.

Не сговариваясь, мужчины кинулись внутрь дома, на ходу перескакивая через кровавую лужу с лохмотьями одежды прямо у порога.

6.

– Хоть один раз!– остановившись в прихожей зале, Айорг отдёрнул от брата руку, которой до этого держал его под локоть,– хоть один раз начни думать! Какие разговоры о пригодности и непригодности правителя?! У нас страны нет, чтобы ей кто-то управлял!

– Есть!– с видом оскорблённой невинности ответил Василиск,– и он усиленно от этого отказывается!

Скрестив руки на груди, он раздражённо хмыкнул.

– Я больше, чем уверен, что это ты ему в голове шороху навёл.

– Какая, к чертям, разница? Послушай, сейчас в приоритете не то, кто сидит на троне. Ему год капал на разум Ноктис, начнёшь и ты – он в итоге плюнет на всё и согласится на предложение Иблиса перейти к ним! И вот тогда плакала наша империя, независимо от того, кто Владыка.

Василиск вытаращился на него, как баран на новые ворота, и это дало валакху ясное понимание одной вещи: Самаэль в принципе не общался с Пантеоном.

Нет, он наверняка пришёл к ним, позубоскалил благостно и смиренно попросил помощи в войне против захватчиков, но никаких подробностей своих действий не давал и побег из столицы явно расписал фразой наподобие: «Ну, знаете ли, удача улыбнулась – так бывает». Что-то внутри подсказывало, что между этим он наврал с три короба о том, как вклад Первородных будет оценён.

Если бы это оказалось правдой – а так, скорее всего, и было – первый тави лишался права отпираться от фактов и убеждать в своей непригодности к правлению. Раньше Айорг и сам сомневался, полагая, что в результате слабой удачи этой затеи они обзаведутся Владыкой-военным, каким был Мортем, то теперь убедился в обратном.

Этот генерал умел изворачиваться и лить мёд в уши потенциальным союзникам так, что никаких угроз оружием не требовалось. Ещё и заботился о народе, чему живым подтверждением был как минимум город, цветущий и пахнущий в тяжёлое для страны время.

Хотел Василиск что-то сказать или нет, но ему пришлось прикусить язык. Глянув вправо и тут же расплываясь в вежливо-идиотской улыбке, он вынудил брата последовать за своим взглядом.

Моментально скиснув, Айорг попытался заставить себя изобразить хоть долю любви к остаткам их семьи, но не смог.

– И тебе привет,– Шумер вполне разделял его реакцию, готовый ругаться с порога.

– Ближайший пруд на северном краю города – тебе туда.

– Спокойно!– Василиск взмахнул между ними руками, нервно посмеиваясь.– Спокойно! Мы, конечно, на войне, но не друг с другом. Давайте проявлять уважение.

– А ты умеешь?– Айорг направил своё недовольство на него.– Уважением было бы предупредить, что вы всей толпой явитесь!

– Мы не смогли остаться в стороне,– кротко улыбнулась Нориа.– Как ты?

На неё невозможно было огрызаться. Сестра заражала своим непробиваемым спокойствием, и любой, даже самый ворчливый, быстро замечал, что его выпады на неё никак не влияют, а потому терял интерес. Не действовало это, казалось, только на Шумера, с гневным фырканьем отвернувшегося и с деланным любопытством принявшегося осматривать помещение.

– Бывало лучше, бывало хуже,– все же ответил младшей Айорг.– Приятно, что вы все тут за общее дело, но размещать вас негде. В этом доме есть только одна свободная комната, и я сомневаюсь, что вы согласитесь ютиться впятером в одной постели.

– Странная осведомлённость для того, кто не является здесь хозяином,– миролюбиво подметил Крокум, улыбнувшись.– Может, поговорим с ним?

«С ним» – это грозило быть весело.

Будто чувствуя, что вот-вот появится повод поразвлечься, оба Гринда вошли в залу. Точнее, вошла только Алана, на ходу отряхнувшая юбку платья; Самаэль буквально влетел вместе с Эммерихом, на ходу поздоровавшимся с Первородными и выскочившим за дверь. Первый тави притормозил возле сестры, подхватывая её под руку.

– Ты из города? Там бродячих нет?

– Было несколько,– опешила от неожиданности Алана, во все глаза таращась на брата. Быстро взяв себя в руки, она легонько ткнула его пальцем в плечо.– Кстати, об этом. Мы с Мадленой решили, что было бы неплохо послезавтра устроить небольшое гуляние в городе. Знаешь, танцы, игры, веселье, фонарики ночью.

– Прекрасная идея,– привлёк к себе внимание Айорг.– Людям нужно дать возможность расслабиться.

– Сама придумала – сама делай,– пробормотал Самаэль, собираясь отправиться дальше.– Мы в обход. Ничего особенного, просто сидеть дома не хочется.

Врал, как дышал, и выдал себя и появлением, и вопросом про бродячих. Глянув на родственников, Айорг с трудом сдержал смешок – то, что тави не просто пройтись по улице решил, понял только он.

– Вот и хозяин!– торжествующе улыбнулся Крокум, указывая на него рукой.– Тави Гринд, нам бы разместиться здесь у Вас.

Самаэль окинул Первородных взглядом, в особенности задержавшись на Санбике. На до этого толком ничего не выражавшем лице стало заметно недоумение, и Айорг, поддавшись собственному любопытству, увидел, что сестра смотрела на Алану, как на врага народа. Значит, странные чувства за год не завяли, а, кажется, только усилились, приобретая крайне странные очертания.