Кольцо 1 и 2 - Иван Солин

— Ленка может и в кроссовках сходить.

А Миша слотнул и, плюнув на всё, привлек к себе остренькую на язычок возмутительницу его спокойной и размеренной, ага, жизни.

Селин никогда ранее не пробовал придаваться страсти в продукции французского автопрома, но почему-то был уверен, что какой-нибудь немец покажет себя достойнее. А в припомненном итальяшке и сидеть даже неудобно. Плохо слышно дорожную обстановку, когда колени его могучих ходуль уши зажимают. Но все это мало его сейчас волновала, так как это была СТРАСТЬ.

Они страстно целовались и мяли друг-друга. «Таня» была неистова и горяча. Она распаляла и влекла, никакие мысли более не одолевали Мишу и он ринулся в атаку.

Однако девушка, стыдливо сославшись на «эти дни», помогла ему тем самым методом, коим недавно одаривала известный нам предмет. Миша же был в восторге. Все было не очень умело, но нереально искренне, душевно и самоотверженно. Ее горячие губы и жаркий напор просто плавили сердце этого счастливчика, невзирая на то, что оно всё же где-то значительно выше. И когда Селин вскоре разрядился, шалунья удивила его в очередной раз. На удивленных его глазах она взяла и всё проглотила, после чего, пожав плечиками, пояснила свой порыв:

— Никогда не пробовала.

Когда Миша высадил «Таню» возле общаги, он хотел было взять ее координаты, но студентка эту попытку предвосхитила:

— Больше не будем встречаться. Мне понравилось, а все портить не хочу. Мне нужен кто-то перспективный, прости.

— Тебя хоть как зовут? — вздохнув, сподобился наконец прояснить наш Миша.

— Вася, — ответила «Таня». Но поспешила добавить, тем самым спасая от госпитализации Мишу, как мы помним, так и не увидевшего: чего там его пассажир/ка теребила у себя под юбкой. — Василиса я.

После этого, задорно улыбнувшись, бойкая всё ж девчонка, фух, упорхнула.

Глава 1.6

ГЛАВА 6

Один из столичных ВУЗов.

Сейчас Игнат плотоядно смотрел, как его одногруппница, красотка и недотрога Пирельман, ползает в его ногах. Она, растирая по лицу слезы и сопли, стенала на тему того, какой же Игнатик лучший и желанный, и какой дурой она раньше была, раз не отдалась ему сразу, как только узрела его, такого особенного и неповторимого.

Значит, работает — пульсировало в голове этого, не обладающего особо выдающейся внешностью или мощной харизмой молодого человека, пока его вожделенный взгляд и бережное поглаживание рукой были обращены вовсе не к первой своей рабыне, а к недорогим смарт-часам на запястье.

— Софка, ты — теперь моя зверушка. Да что ты, вы все, шкуры проклятые, однажды поплатитесь за то, что... неважно. Я соберу теперь гарем из самых сочных телок факультета! Или даже со всех корпусов универа. Да чего там, я пойду в самый крутой клуб и наберу там лучших шкур, — взахлеб делился своими планами непопулярный студент, а взгляд его был устремлен куда-то вдаль. — И вы все тогда будете устраивать гладиаторские бои за право отсосать мне. Ты поняла, шлюха-недотрога?

— Да, Господин.

****

Удовлетворенный более чем удачным экспериментом, Михаил направился подкрепить силы после таких белковых затрат. Он решил остановить свой, пусть и непритязательный, но над которым старательно работает с приезда в столицу, выбор на итальянском ресторане. Туда, конечно, могут и не пустить, в его-то поло и шортах, но, в конце концов, еще одна проверка доставшегося от Эльвиры Внушения не помешает.

И вот, важного вида господин на входе ласково, но презрительно поинтересовался о предварительной записи посетителя. Однако, узрев «это не те дроиды», не смог устоять пред величием того, кто решил облагодетельствовать своим сиятельным присутствием эту убогую харчевню.

Короче, пинжак-с-кармана́ми и лучший столик для Михаила тут же нашлись.

Когда уже Селин с нескрываемым удовольствием вкушал лучшую, по его мнению, в мире кухню, то, будучи отрешенным от всего кроме содержимого тарелки, не сразу заметил подсевшую к нему красотку. Хотя это определение, не смотря на очевидную красоту женщины, решительно не подходит и не характеризует ту особу, что сейчас сверлила Мишу взглядом своих темно-карих, почти черных, очей. У него даже кусок в горле застрял от подобного.

— Простите? — с трудом проглатив, решил покорчить из себя аристократа наш герой в шортах.

— Не инициированный? — задумчиво оглядев Мишу еще раз, спустя некоторое время промолвила своим приятным грудным голосом темноволосая обладательница загорелой, чуть даже золотистой кожи.

Однако мысли в голове нашего дамского угодника заскакали вовсе не из-за очарования собеседницы, и самым очевидным из всего напрашивалось то, что дамочка имеет ввиду не иначе как магию. Ну или, как вариант, он случайно приперся в ячейку каких-нибудь жидомасонов-рептилоидов, кои проводят инициации новых членов, например, кровавыми жертвами, а у явившегося чужака нет ни пафосного перстня, ни другого секретного знака о причастности к секте.

— Значит, нет. Хм(снисходительно). Ты знаешь о своем потенциале, мальчик?

— Михаил. Рад знакомству, — поняв, что ему не нравится быть «мальчиком», что бы это ни значило, хитрован Миша вроде как поспешил представиться и потянул красивой и уж никак не старше его дамочке свою руку. С кольцом, разумеется.

Вздохнув, тетя с некоторой брезгливостью и явным желанием покончить с этим поскорее всё-таки дала ему на «пожмакать» свою утонченную, но крепкую ручку. А взволнованный Миша поспешил озвучить свои вопросы:

— Как тебя зовут?

— Нии́ра... Господин.

— Чё за имя такое?

— Обычное. В моем мире.

Вот тут Миша охренел и неслабо. Инопланетянка? Хотя, какая к чертовой бабушке инопланетянка, когда, скорее всего, какая-нибудь магичка из фэнтезячего мира с эльфами, орками и прочим.

— А у вас там эльфиички есть?

— Нет.

— Плохо. Эм, в смысле, а что за мир-то у вас?

— Такой же. Параллельный, как утверждают теоретики. Только у нас лет 80 назад пришли маги-иномиряне и основали свои кланы. С тех пор развитие отличается.

— Кланы, маги? Прям «боярка» какая-то. А ты, я полагаю, бежавшая принцесса клана, что не захотела выходить за ненавистного боярича?

— Нет. Я недоучка из академии. В результате опытов одного кретина, оказалась тут. Уже 34 года как.

— Скокажтебе? — выпалил Миша.

— 51.

— Погодь. Мир, говоришь, параллельный, но ты не Оля, Света или Наташа, а Наяда. И выглядишь не как тетя Клава из 24й квартиры, а как голивудская звезда под сорокет. Как так-то?

— Ниира, а