Разведчик - Михаил Михеев

– Ребята, давайте сюда!

Мужчины переглянулись и двинулись к ней, чтобы уже через секунду оказаться в обтянутом кожей прохладном чреве машины. Кстати, за рулем эту девушку никто из них еще не видел.

– Что случилось? – Варламов выглядел недовольным. Еще бы – он капитально вымотался сегодня, и больше всего его манили горячий душ и вкусный ужин. Как многие закоренелые холостяки, к тридцати годам он научился готовить и вкусно и быстро. А потом спа-а-ать… Красин прекрасно его понимал, жаждал примерно того же и решительно не понимал, зачем вдруг потребовался.

– Парни, шеф зовет.

– Срочно?

– Ну, сказал, чтоб на работу к вам не совалась, но как выйдете – так сразу.

– Что случилось-то?

– А я знаю? Ну как, едем?

– Давай. Но при условии, что нас там накормят.

Водила Света очень… ровно, иначе и не скажешь. Мягкий, уверенный разгон, такое же мягкое торможение и, сколь мог судить Федор, без малейших ошибок. Громадная машина слушалась ее так, будто была продолжением тела.

Хорошая, к слову, техника. В свое время завод, производящий такие, вкупе с технологией полного цикла, их страна получила от Японии по репарации. После чего крайне разумно не вносила в техпроцесс ни малейших корректив. Оно работает – так вы не трогайте. И не лезьте к роботам со своими кривыми руками и сомнительной рационализацией. Этот подход вполне работал. К слову, сейчас девяносто процентов рамных внедорожников производила именно Россия, не только насытив внутренний рынок, но и успешно продавая их по всему миру.

Буквально через десять минут они уже входили в дом Баскакова. К слову, совсем не похожий на то место, где их принимали в первый раз. Неудивительно, в общем-то, глупо сравнивать офис, пускай занимающий несколько этажей, и загородный дом. В престижнейшем по меркам их провинции районе, однако притом совсем не пафосный, скорее, уютный. Без лишней роскоши и относительно небольшой. Но, что характерно, стены дома были кирпичными и толстенными. Такие не на раз пробьешь. Специально такие строил Баскаков, или просто для тепла предусмотрели запас, но факт остается фактом – в этом доме можно было пересидеть многие неприятности. Серьезная крепость получилась. Охраны, даже если она есть, не видно – только при въезде на территорию коттеджного поселка шлагбаум и при нем какой-то орел в будке. Обойти – запросто. Здесь же и этого нет, однако вокруг дома по забору расставлены камеры. И ворота перед машиной ушли в сторону словно бы сами собой. Правда, никто из пассажиров не понял, открыли их изнутри, или Света воспользовалась каким-то дистанционным ключом. Спрашивать же – к чему?

Хозяин на сей раз тоже официальностью не блистал. Обычный замотанный жизнью, усталый мужик в трениках и футболке. При появлении гостей он просто махнул им в сторону огромного кожаного дивана:

– Садитесь, я сейчас. Располагайтесь… Света, девочка, сообрази что-нибудь на стол, пожалуйста.

Девушка кивнула и исчезла, словно дух бесплотный. Гости переглянулись – такой подход им решительно нравился. А еще через десять минут все четверо уже сидели у стола и активно насыщались чем бог послал. И был сегодня бог щедр…

Полчаса спустя, отодвинув от себя тарелку, Баскаков совершенно по-простонародному кинул в рот стопку водки и решительно отставил ее подальше:

– Все, норма. Завтра нужна свежая голова.

– А что случилось?

– Угу. Буду в администрации кое-что утрясать. Неважно. В общем, джентльмены, я сегодня прилетел из Москвы. Знаете, с кем там общался?

– Только не называйте нам имен депутатов, – усмехнулся Красин. – Мы большой политикой не интересуемся, у нас здесь и своих уродов хватает.

– Да кому они нужны, эти политики, – махнул рукой Баскаков. – Таких голов говорящих на любом канале уйма. Роль играют или те, кто на самом верху, или те, у кого большие деньги.

– Как говорил Калигула, меня не волнует, уважают ли они меня, до тех пор, пока они боятся меня.

– Именно. Бояться их, может, и не стоит, а вот принимать во внимание мнение этих людей обязательно. Так оно для здоровья полезнее. Так вот, на меня вчера вышел Климушкин. Я уже собирался уезжать, но пришлось задержаться. Еле на самолет успел, сами понимаете.

Они понимали. Конечно, понимали. Климушкин – это не хухры-мухры, а вполне серьезный человек, могущий состоянием поспорить… Ну, не с кем угодно, разумеется, но в первую десятку богатейших людей России он, несомненно, входил. О таком практически невозможно не услышать, хотя бы потому, что его имя периодически мелькает в информационных каналах и по телевизору, и в сети. Хотя, к слову, конкретно этот умник особо не светился и в политику не лез, из-за чего, наверное, и оставался на плаву столько лет. Разумеется, иметь большие деньги, но при этом ни в чем не быть замешанным в нашем циничном мире попросту невозможно. Тем не менее на фоне иных персонажей отечественного бизнеса Климушкин смотрелся если не святым, то уж во всяком случае, вполне респектабельным и благопристойным джентльменом.

– И что, он вам сказал что-то интересное?

– Сказал. Если конкретно, он спрашивал о тебе, Федор Андреевич.

– Та-ак…

– Вот именно, что та-ак. Ничего конкретного он не спрашивал, даже фамилии не называл, однако весьма интересовался, кто из моего окружения не далее как сегодня утром буйствовал в виртуальном мире. Ты понимаешь, о чем это говорит?

– О том, что информация о нашем… предприятии ушла на сторону.

– Именно так.

– Откуда?

– Не знаю. Свете я доверяю полностью, вы двое заинтересованы в сохранении тайны даже больше моего. Остальные просто не знаю.

– Анализ покупок? Да нет, бред это, – вслух подумал Варламов. – Слишком уж большой массив данных пришлось бы перетряхнуть. По косвенной информации что-то может сделать разве что очень серьезная контора, но частное гестапо, сколько бы за ним ни стояло денег, априори более ограничено. Тем более так быстро обработать данные… Нет, я тут ничего не понимаю.

– Я тоже, и это плохо. Больше пока ничего сказать просто нельзя, слишком мало данных. Однако же, как ваш работодатель, я обязан предупредить, что риск увеличился. Пока что нашей страховкой была секретность, а ныне обеспечить ее не факт что получится. Скорее уж, наоборот. В общем, мужики, вы имеете полное моральное право соскочить.

– Не вижу смысла, – Красин даже не раздумывал. – Если уж ввязались, надо идти до конца. А что риск – так мы изначально о нем знали.

– Согласен, – кивнул Варламов. – Пока не произошло ничего такого, что пугало бы по-настоящему.

– Однако, – покрутил головой Баскаков. – Вы храбрые люди.

– А нам за это платят. Поэтому, думаю, продолжаем работать по плану. Как минимум привлечем к себе внимание заинтересованных лиц, а там уж…

Через полчаса, высадив Красина возле его дома и подождав, когда в квартире зажжется свет, их автоледи спросила у Варламова: