Полярный рубеж - Ал Коруд

«Значит, все-таки военные? Но каким боком она им-то дорогу пересекла?»

Любопытство с удвоенной силой начало донимать молодую и резвую журналистку.

«Стойку взяла!» — посмеялся бы сейчас главный редактор. Пожилой мужчина, еще заставший не ко сну упомянутую «перестройку», взял негласную опеку над начинающим журналистом. Все-таки она дочка его друга детства.

— Прошу, — один из «захватчиков» галантно протянул руку. Наталья оглянулась, обычный на вид подземный гараж. Ага, только вот подобные надписи делают обычно военные. По их мнению везде должен быть выстроенный один раз и навсегда порядок.

«Не умеют они шифроваться. Хотя к чему им?»

— Следуйте за мной, — это уже скомандовал главный. Выправка военная, шагает уверенно, звание, судя по возрасту, не меньше полковника. Может, проверить? Голосу больше твердости:

— Товарищ полковник!

«Дернулся! Э, как зыркнул, не нравится, что его простая девчонка просчитала».

Мужчина подошел к обычной на вид стене, та распахнулась в стороны и показалась дверь лифта.

— Дальше без меня, моя задача выполнена. Только, пожалуйста, без фокусов. Там вам все объяснят.

«А глаза все-таки блеснули, человек явно с юмором. Значит, живем! Никто бедную девушку обижать не собирается. Но что, черт побери, военным от меня нужно?»

Двигалась кабина лифта куда-то вниз. Значит, это один из недавно построенный бункеров новой системы обороны. Вскоре узкая дверь отодвинулась в сторону, и девушку неожиданно для нее встретили первыми два автоматных ствола. Затем она разглядела за ними двух бравых вояк, держащих оружие на изготовку.

— Спокойно, это ко мне, — Романову взял в оборот еще один полковник, но уже в форме. В обычной такой полевой армейской форме песчаного оттенка с пятнами камуфляжа. Погоны нынче в армии были лишь на парадках, и незнающий человек мог бы запросто ошибиться в званиях, но только не начинающий журналист самого раскрученного в стране Интернет-ресурса. — Пройдемте, вас ожидают.

— Да неужели? — обычная репортерская наглость вернулась к Наталье. — Очень занятный у вас способ пригласить девушку на свидание.

— А вам палец в рот не клади, — обернулся с ухмылкой полковник.

— Я вообще девушка шустрая.

— Мы в курсе. Прошу сюда.

«Потому и захват провели грамотно. В курсе моей спортивной подготовки».

Подземелье было обстроено просто и утилитарно, никаких дубовых панелей и красивого, но горючего пластика. Бетонные стены окрашены в неброский колёр, трубы и провода идут прямо поверх них в плотных жгутах и закрытых коробах. Но за открывшейся дверью показался огромный зал с множеством прозрачных перегородок и наполненный до краев людьми. Девушка поначалу опешила и не сразу заметила протянутой руки полковника, он указывал куда-то налево. Там по слизанной у американцев манере находился закрытый от всех закуток начальника. Стекла зашторены, дверь прикрыта.

— Проходите, Наталья, генерал вас ждет.

Внутри маленького кабинета, окрашенного в простой зеленый цвет, нашлось место только для большого рабочего стола, нескольких полок, заваленных папками и коробками, и второго стула.

— Добрый день, садитесь, — сидевший в большом кресле мужчина был еще не стар, не по-генеральски молодцеват и очень даже симпатичен. Наталья уже пришла в себя и с неуемным любопытством уставилась в смутно знакомое лицо военного. Она уверенным движением скинула плащ, присела и кокетливо произнесла:

— Можете называть меня Наташа. С кем имею честь?

Генерал секунду внимательно рассматривал девушку, а затем заливисто захохотал. Смех у него был заразительным, искренним, поэтому и Наталья невольно улыбнулась.

— А вы смелая девушка, такой подход мне нравится. Кофейку?

— Ну раз я здесь, то вы наверняка знаете, что не откажусь.

«И, скорее всего, в досье написано, что я страстная кофеманка».

Генерал еще раз хохотнул и нажал на какую-то кнопку.

— Гляжу, вы пришли в себя, что похвально. Поэтому сразу приступим к делу. Я генерал-лейтенант Новосельцев, можете обращаться ко мне, Наташа, Дмитрий Юрьевич. Командую Ситуационным Центром. Мы сейчас находимся в нем.

В кабинет заглянула молодая рыжеволосая девушка в форме и поставила на стол маленький поднос с двумя чашками кофе.

— Спасибо, Алина, — кивнул с улыбкой генерал, сделал глоток и обратил свой взор на Романову.

«А глаза у него стальные, такие прямо прожигают насквозь, явно человек непростой. Как говорит наш редактор — с историей».

— Меня читаете? — усмехнулся уголками губ Новосельцев. — Уже поняла, где допустила ошибку?

— Это тот странный сайт?

— Да, наши не успели его удалить. Ребята там сидели больно толковые, на том южном берегу.

— И что с ними будет?

— Много ненужных вопросов, Наташа. А теперь к делу: у меня к вам деловое предложение, вы девушка инициативная, умная, физически развитая, хорошо знакомы с основами современных СМИ. Такие кадры нам здесь нужны.

— Здесь, это где? — Романова сузила глаза.

— Это в чрезвычайном межведомственном ситуационном центре, коротко МСЦ. Решение необходимо принять прямо сейчас.

— А если я скажу — нет?

— Если нет, то дадите подписку о неразглашении и до свидания.

— Кто сейчас верит в подписки?

— Только не в нашей ситуации, Наташа. Одно лишнее слово, военный трибунал и реальный срок.

Романова непроизвольно передернула плечами, было в только что высказанном генералом нечто по-настоящему жестокое, жуткое, заставляющее не сомневаться в точности исполнения сказанного. Да и не такой давний опыт учил, что государство может быть жестким. Девушка задумалась, а ведь здешнее местечко явно не было заурядным военным объектом. Наверное, здесь можно найти ответы ко многим тайнам и загадкам последних дней. А что она, в сущности, теряет? Журналист — нынче профессия не самая уважаемая, хотя до сих пор эффектная и интересная. Но опять же, в подобных этому ведомствах можно обзавестись на будущее нужными связями и получить необычайно полезный для жизни опыт.

— Мои обязанности?

— Примерно то же самое, что вы и делали до сих пор. Находить необычное, отделять зерна от плевел и выдавать конечный результат мне. Вопросы сейчас лучше не задавать, ответы на них вы собственно, и должны будете искать.

Генерал позволил себе усмехнуться уголками губ, глаза были все также не прошибаемы.

— Где и что мне подписать? — решилась девушка и сразу почувствовала облегчение.