Последствия - М. Картер

Оставшись наедине, где Элисса рассчитала, что её не побеспокоят около получаса, занялась разрешением нового вопроса, вбившего острый клин в её сознании. Новая точка зрения набирала сторонников, и спорила с теми, кто не искал перемен, но были и те, кто не мог определить свои интересы. Примирить стороны было невозможно и бессмысленно. Дальнейшая стратегия существования девушки могла пойти только по одному пути развития. Вскоре отделившаяся часть (та, что не могла выбрать сторону) выдвинула собственную программу, состоявшую из того, что они согласны с традиционным планом в том, что Элисса не должна останавливать поиски, но от себя добавила, что и насильно заниматься ими не будет, то есть бегать по полису, расспрашивая прохожих о мужчине; у одних они поддержали пункт о том, что они не будут возвращаться, но, напомнив, что изначально они должны были переместиться в параллельный мир, прибавили, что хотят продолжить начатое.

Элисса, не принимавшая участия в дискуссиях, выслушивала каждого выступающего вдумчиво, а после того, как аргументы стали повторятся, попросила мысли замолчать и очистить пространство для высказывания её решения, на принятие которого у неё потребовалось около десяти минут. Взвесив противоречия крайних взглядов, Элисса пришла к выводу о том, что программа, образовавшаяся последней, больше всех схожа с её взглядом. Две партии были разбиты, но всё же нашли утешение в том, что их часть вошла в общий план.

Спустя полчаса, как мысли Элиссы успокоились и возвратились каждый к решению своих вопросов, а она сама, выглянув из окна в сад, который удивилась увидеть, так как не думала о его существовании, спустилась в столовую, где надеялась, что мужчины окончили завтрак.

И правда, и Олиссеуса, и Тимокла в комнате уже не было, а со столов уносили блюда. Встретившись взглядом с Азией, которая наблюдала за работой, Элисса подошла к хозяйке дома.

– Скоро ли нам подадут завтрак?

– Надо подождать ещё несколько минут.

– Вы не представляете, как я голодна – я не ела со вчерашнего дня. – Элисса хотела занять себя разговором, но мало о чём могла его продолжить.

– Но я предлагала вчера вам обед. – Азия заволновалась заявлением девушки и пошла на кухню.

Элисса ненамеренно осталась одна и, так как голод её стал проявляться сильнее, уже говорить не хотела и чуть не села на трон, от чего её отвлёк Дав, указав девушке на то, что это место может занимать только хозяин дома, и перевёл Элиссу на кушетку.

«Мне слишком хочется уже вернуться в деревню, а автор решила описать нравы греков. Если вам об этом интересно- почитайте научную литературу. Мы же, кто более поглощён сюжетной составляющей романа, не можем забирать у развития его сюжета драгоценные строки. Но всё же подробности о быте греков и социальной их жизни включены во всё повествование, оканчивающееся возвращением Олиссеуса ко второму завтраку, поэтому немного о действии…

Элисса позавтракала в компании Азии, Дава и нескольких рабынь, после чего её провели по дому рассказывая о его строении, что я уже описывал вчера, хотя они останавливались на каждом предмете более подробно, что заключалось в дополнительной информации связанной с его историей и их ролью, которая отводилась ему в семье. Выйти за ворота Элиссе не разрешили и возвратили в дом, где Азия, уступила несколько минут обсуждению дневных расходов с Давом, после чего увела Элиссу в гинекей, где сама, окружённая занятыми тем же ремеслом рабынями, начала шить, к чему вашей героине не могли привить интерес с детских лет, но, считая, что может повести себя неприлично, отделившись от коллектива, девушка села рядом для наблюдения. Спустя час и тридцать две минуты Азия попросила сидевшую ближе всех к ней служанку спуститься и узнать у Дава, пришло ли время. Через четыре минуты не спешившая женщина вернулась и передала, что метек просит Азия спустится на кухню. Конечно же она позвала с собой и Элиссу, которая начала дремать от тишины действия. С Давом они распорядились о закупке продуктов и о блюдах, которые будут подавать ко второму завтраку, время до которого женщины скоротали тем, что Элисса задала множество вопросов о повседневных заботах гречанок. Но их прервало неожиданно скорое прибытие Олиссеуса, который, попросив, чтобы ему приготовили еду раньше, чем к установленному времени, и поторопив с окончанием второго завтрака Элиссу, отправился с девушкой на рынок.

После этого были последние подробности, поэтому теперь могу передать слово автору.»

Всё уже менее, чем вчера, интересовало Элиссу, обстоятельства рынка повторялись, и она, добросовестно выполнив свою работу- пройдя тот же маршрут, не отвлекаясь от призывов заглянуть в ряд керамики к мастеру Олиссеусу, которому снова пришлось занять последнее место. К концу дня Элисса высчитала, что за сегодня была продана половина от количества ваз, с которыми они приехали, отчего начала беспокоится о сроках их возвращения. Олиссеусу же свои опасения она высказывать не хотела, так как знала, что после этого обременит себя не только скверным характером мужчины, но и разговором на повышенных тонах голоса, поэтому весь путь до дома Тимокла отвечала на вопросы мастера о проведённом без него утре и уточняла некоторые аспекты правил, о которых задумалась на рынке.

В доме к их прибытию был приготовлен обед, на который сегодня хозяин, весь день находившийся за городом в одной из своих мастерских, гостей не пригласил, уделяя внимание исключительно другу, который не могли начать из-за отсутствия Олиссеуса. Как только они вошли в дом, Тимокл сорвался с трона, подхватил гончара и пригласил его к столу, а Элиссой занялась Азия, которая поинтересовалась, будет ли девушка обедать, и не евшая ничего со с второго завтрака девушка не отказалась. Они вошли в столовую, где внимание Элиссы привлекло новое лицо, полулежа сидевшие напротив Олиссеуса, по правую руку Тимокла.

– Это друг семьи? – первым, что пришло к ней в мысли, шёпотом, который заглушал громкий смех хозяина дома, поинтересовалась Элисса у стоявшей рядом с небольшим составом прислуги и флейтистами Азии.

Женщина попыталась скрыть первоначальное удивление и ответила также прямо, как спросила девушка.

– Это мой сын, Биррий.

Элисса устыдилась своей непочтительности и, присмотревшись к мужчине, переспросив подлинность своей догадки у мыслей, снова повернулась к женщине.

– Может быть я ошибаюсь, но я видела его вчера на рынке.

– Да, слава Весте, он вернулся несколько недель назади, принялся за ремесло отца…

«Он же говорил,