Консультант - Александра Торн

«Конвоир или телохранитель? – подумал комиссар. – Или тут другая причина? Но какая же, черт ее побери?!»

* * *

Воронья Дуга растянулась вдоль берега Уира там, где относительно приличные кварталы (вроде того, где жил пивовар Мерфи) сменялись чередой заброшенных амбаров и складов, переходящих в узкие улочки. Они повторяли изгиб озерного берега и были беспорядочно застроены низкими деревянными домишками и кирпичными домами в два-три этажа – последней попыткой мэрии облагородить городское дно.

«Могли бы и не пытаться», – подумал Бреннон: с тех пор, как он стал служить в полиции, и по сей день Воронья Дуга оставалась неизменной. Чтобы ее «облагородить», следовало начать со сноса всего квартала. Очищающий огонь тоже не помешал бы.

– Не опасаешься? – Комиссар кивнул на экипаж Лонгсдейла.

– Пусть попробуют, – отозвалась Джен.

– Что ты будешь делать? – спросил Бреннон, когда ведьма целеустремленно зашагала мимо амбаров и складов. Комиссар на всякий случай вытащил из кобуры револьвер и сунул руку с ним в карман пальто. Мало ли…

– Раз у вас нет ни куска его плоти, ни бутылки его крови, ни даже какой-нибудь его вещи, то воспользоваться заклятием мы не сможем. Остается нюх.

– Могли бы взять собаку, – пробормотал Натан; правда, пришлось бы тащить с собой и консультанта…

– Псу тоже нужна хотя бы портянка, – беспечно сказала Джен. – А я могу найти его и так. Но мне требуется место, где я смогу умиротвориться и сосредоточиться на полчаса. Желательно поближе к Вороньей Дуге, чтоб мы его в итоге не потеряли.

Девушка остановилась перед полуразвалившимся каменным амбаром. Сгнившие двери лежали на земле, припорошенные последним февральским снежком.

– Как ты это сделаешь? – Бреннон пробрался следом за ней мимо выломанных дверей.

– Если Горячка Пэтти была его проституткой, то, значит, он к ней прикасался. Причем гораздо чаще, чем все ее клиенты. А если я хорошенько сосредоточусь…

– Погоди! А выловить таким образом маньяка или убийцу ты сможешь? – ухватился за идею Натан.

Девушка покачала головой.

– Нет. Это не сработает на тех, кто притронулся к ней пару раз, тем более после ее смерти. А теперь отойдите и не мешайте. Следите, чтобы никто сюда не вломился.

Бреннон потыкал ногой ящики в углу и осторожно на них сел. Джен замерла посреди амбара, обхватив себя руками и опустив голову. Натан пошарил в кармане пальто, обнаружил сверток с печеньем (еще вроде бы съедобным) и принялся грызть, чтобы скоротать время. Печенье, твердое, как кусок черепицы, начало поддаваться в момент, когда ведьма глубоко вздохнула и стала мерно покачиваться туда-сюда. Иллюзия поползла с нее, словно прозрачная тающая вуаль, и Натан невольно задумался, сколько же ей лет. На вид ей можно было дать от восемнадцати до двадцати пяти, а вела она себя как неуемный подросток.

«Зачем отдавать ведьму на воспитание человеку? – подумал Бреннон. – Почему она вообще его так слушается? В сущности, что может человек сделать ведьме? Или он все-таки уже не человек, и ведьмы и колдуны считают его кем-то другим. Но кем?»

Перебирая в памяти все, что успел узнать, Натан только еще больше запутывался. Ему нужен был кто-то, с кем можно обсудить странную проблему, и этот кто-то – явно не консультант. Он, похоже, до сих пор толком не осознал, что в нем живет какой-то другой человек и просит о помощи.

«Что же у него в голове, если он не задумывается о самых элементарных вещах? Как можно прожить шестьдесят лет и ни разу не спросить себя, кто ты, откуда, где твои друзья и родичи? Почему не наступает старость? Да черт подери, как можно даже не задаваться вопросом, с каких заводов тебе привозят твои амулеты и пули?!»

А пес, который не может отойти от Лонгсдейла, или Лонгсдейл – от пса? Натан готов был поклясться, что в собаке есть кто-то еще, потому что ну не может бессловесная тварь, хоть сто раз она не просто животное, так себя вести!

У Джен вырвался слабый стон, и Бреннон вскинул голову. Ведьма уже не просто покачивалась – ее качало, как маятник, комиссар даже не понимал, почему она не падает. Воздух вокруг так прогрелся, что Натан расстегнул пальто и распахнул шарф.

«Почему, интересно, одежда на ней не горит?» – подумал комиссар и тут же отогнал неуместную мысль. Каменный пол под ногами раскалился, и Бреннон поспешил отойти в угол, где еще было холодно. Теперь-то он понял, зачем ведьма искала пустой склад, построенный из камня. Ящики, на которых сидел до этого Натан, стали тлеть.

Джен глубоко вздохнула и запрокинула голову. Ее кожа светилась, как медовый янтарь, сквозь который проходит солнце. В угольного цвета волосах трепетали огненно-рыжие блики.

«Полукровки, – усмехнулся Натан. – Какие еще полукровки, если она… все они вообще не люди».

Сколько таких есть на свете? Сколько из ста сорока тысяч жителей Блэкуита на самом деле люди? А не такие, как ведьма, Лонгсдейл, этот чертов пироман… Валентина. Бреннон отвел глаза от Джен в облаке огненного сияния. Он запретил себе все мысли о Валентине; хотя за минувший месяц она ясно дала понять, что хочет видеть его другом своей семьи, Натан твердо решил никогда не переступать этой границы.

«Но замуж. За человека, – тяжело подумал он. – Такого же, как я!»

Он встряхнул головой. За молодого симпатичного (он видел портрет) адвоката. А не за комиссара полиции родом из деревни, да еще и на пороге, уж будем честны, скорой старости. Пусть эта старость и не будет дряхлой (отец до сих пор иногда спускался в кузню, а ему-то семьдесят шесть!), но… но…

Жар стал спадать. Джен перестала раскачиваться; и хотя она еще выглядела заснувшей, но ее волосы снова почернели, и кожа уже не казалась прозрачной. Наконец из-под ресниц блеснул теплый оранжевый свет.

– Нашла, – прошелестела ведьма. – Он около крошечного огня, но огонь его видит.

– Крошечного? – уточнил комиссар, практически сапогом задавив изумление. – Свечка? Лучинка? Он прячется в подвале? Зачем ему огонь днем?

– Не знаю. – Девушка несколько раз сморгнула, пока глаза снова не почернели. – Идем. Поймаем его, пока не сбежал.

* * *

В кабаке, несмотря на полдень, дым стоял коромыслом; Натан философски подумал, что завсегдатаи этого заведения работают ночами, не покладая ножа и кастета, – когда ж еще отдохнуть-то, если не днем?

– Не боитесь, что вас здесь узнают? – шепнула Джен.

Бреннон хмыкнул. На радость узнавания он и рассчитывал.

– Не вздумай устраивать массовую резню, – строго предупредил он ведьму, проталкиваясь к угловому столу.

– А не массовую? – тут же облизнулась она. – Вы же будете допрашивать сутенера? Ведь будете?

– Я все равно не разрешу тебе