Последствия - М. Картер

Без него

Проснувшись с мыслью о том, что теперь ей придётся разгонять тоску группы из десятка детей, запертых на весь день в небольшом, в сравнении с бывшим ей современном, классе, Элисса пошла в госпиталь.

«Потому что еды у неё дома не было, и тогда же она решила её вообще у себя не заводить, а нахлебничать у стариков.»

После завтрака, который Элисса хвалебно раскритиковала и предположила, что придёт и на обед, а под конец печально добавила об отъезде учителя и о том, что ей придётся его замещать, девушка пошла в школу. К моменту её прибытия, а шагала она, не торопясь, подпинывая камни, на столах, за некоторыми из которых уже разговаривали несколько детей, были разложены таблички, и Василика, читая, занимала стол учителя.

– Привет. – обращаясь ко всем, только открыв дверь, крикнула Элисса.

Все, за исключением Василики, так же поприветствовали девушку, которая с непривычным энтузиазмом подхватила их общительность, и, подходя к каждому ученику, уделила их личным вопросом около минуты.

– Антипатрос говорил с тобой? – облокотившись о самый маленький стол в кабинете, стол учителя, к которому подошла последним, и заняв большую часть его центра, спросила Элисса не убиравшую от лица книгу Василику.

– Нет.

– То есть ты не знаешь, что он попросил меня помочь тебе?

– Ты мне не нужна. Он уже уезжал на неделю, и я объяснила им всё так же хорошо, как-то же рассказывает Антипатрос.– усмехнувшись, оспорила её вопрос Василика, продолжая удерживать препятствия между их взглядами.

– Видимо, это не так. Надо обсудить план работы. Будем меняться по часам или дням? – не отступала Элисса как от вопроса, так и от занятого места.

Василика с презрением провела взглядом по верхнему краю книги, которую для этого немного приспустила, и не ответила.

– Я делаю это только потому, что об этом попросил Антипатрос. Не люблю подсказывать соперникам, но, если ты всё ещё хочешь выиграть спор, подумай, как изменится к тебе его отношение, когда он узнает, что ты не послушала его указаний. – надвигаясь над Василикой, напоминала Элисса.– Если тебе принципиально не хочется со мной работать, я могу уйти.

– Нет, стой. – пробудилась девушка, услышав в предложениях истинную угрозу ухудшения отношений с предметом её симпатий, и положила табличку на стол.

«Значит, у них эта резкая смена взгляда передаётся по наследству.»

– Как ты хочешь распределить обязанности?

– Три дня учу я, потом ты. Антипатрос сказал, чтобы ты преподавала географию, математику, астрономию и письмо, а я историю, литературу, живопись и философию.

– Я проведу первые дни.

– Как хочешь. – безразлично бросила Элисса, но вышла из школы, испытывая облегчение.

Остановившись в центре нескольких дорог, Элисса задумалась о том, куда ей идти и, найдя отличием двух пристанищ только то, что в одном её могут утомить вопросами, пошла в свой дом.

«Нет, сегодня не поедем. Я же не думала, что она решит начать первой. Вообще-то мы могли убедить её в этом, но какая разница, лошадей ночью мы бы не нашли. И как я поеду одна? Надо было думать об этом до того, как придумала остальное. Хорошо, но мы не можем ничего не делать, когда сами обстоятельства побуждают нас к этому. И что ты предлагаешь? Надо найти того, кто собирается поехать, и мы навяжемся за ним. Ты доверяешь этим крестьянам? Некоторым. А ты помнишь, чтобы кто-нибудь за эти недели выехал из деревни дальше поля? Значит, с большей вероятностью кто-то поедет, потому что сейчас только собирается. Предлагаешь обойти каждый дом, стучаться и спрашивать, уезжают они или нет? Опять ты усложняешь! Она пойдёт к старосте и спросит у него обо всех. А если он не знает? Если так, то он либо не хочет нам об этом говорить, либо ему не сказали, либо никто не едет. И что тогда? Наймём лошадь, возьмём карту и поедем сами… Хорошо, сейчас пойдём к старосте. »– по дороге согласилась со всеми своими мыслями Элисса и свернула на новый путь.

Старосты девушка дома не застала, только вместо него встретила Агатту, которая сообщила, что её муж ушёл в поле по просьбе нескольких мужчин, но времени его возвращения она не знает.

«Надежда ещё есть. И что, снова ждать? Я так устал. На этот раз можешь сказать за всех. Надо ждать. Да, сейчас все на работе. Может быть, сходим к Мелиссе? Ей могли рассказать. »– передумала Элисса и, вновь сменив направление от дома несколькими оборотами, направилась в госпиталь.

На лавочках сидели несколько селян, не обратив внимания на которых, девушка прошла к столу, поздоровалась с Мелиссой и, сказав, что подождёт окончания приёма в столовой, ушла в соседнюю комнату, где просидела несколько минут, прислушиваясь к неразборчивому шорканью где-то в доме, и из любопытства к тому, что не может найти его источник, подошла к мастерской. Именно за дверью и томился звук, и Элисса, привлечённая его несвойственностью этой комнате, вошла в мастерскую.

Олиссеус был отвлечён от обычного вращения круга, за чем Элисса чаще всего его замечала (кроме последнего визита, когда гончар расписывал вазы), и сидел, осаждённый с одной стороны горой шелухи или листвы (к какому виду растений принадлежали они до высыхания, Элисса не разобрала), с другой были набросаны куски ткани, но опрятнее всего стояли вазы, одну из которых мастер держал в руках и окутывал комбинацией из остальных имеющихся предметов.

– Зачем вы их закрываете? – подходя к гончару, поинтересовалась Элисса и продолжила с лестью, о которой не забывала ни в одном разговоре с Олиссеусом.– На них прекрасные рисунки.

– Для продажи. – не отвлекаясь от работы долгими речами, завернув последний листок, мастер поставил вазу в часть, отведённую для готовых продуктов, и взялся за следующую.

– В том полисе, где живёт Софокльз?– взволновалась Элисса, но пыталась не выдать своей радости голосом.

Присев между тряпками и не завёрнутыми вазами, она хотела взять одну на руки, но, побоявшись криков Олиссеуса, отогнала мысль.

– Да.

– А скоро вы поедите?

– Элисса, не отвлекай меня! – выпуская частую для его натуры раздражительность, небрежно бросил гончар.

– Ваша работа, работа мастера, не станет хуже, если вы часть своего внимания отведёте моему вопросу. – подластилась Элисса, заметив, что Олиссеус

смягчается, услышав к себе лестные знаки внимания.

– Через несколько дней.

– Я надеюсь, что вы продадите свои работы по лучшей цене. – отметив, что вскоре она выведет Олиссеуса из чувств, располагающих к общению с ней, закончила