Лабиринт миров - Евгений Гуляковский

— Поток обладает такой мощностью, что он легко проникает сквозь слой Хевесайда, озоновый слой для него также не является препятствием.

Поток достигает поверхности Земли в районе озера Байкал и над самой поверхностью нашей планеты бесследно исчезает. Наши приборы и метеостанции в этом районе не отметили никакого наращивания солнечной активности. И остается абсолютно неясным, куда деваются все эти килоджоули энергии, достигнув поверхности Земли.

Самое же невероятное заключается в том, что луч строго следует за движением Земли и все время направлен в одно и то же место ее поверхности. Когда этот участок попал в земную тень, излучение прекратилось, но с восходом все повторилось.

Диктор закончил свое сообщение, и в кабинете Павловского стало так тихо, что было отчетливо слышно жужжание одинокой осенней мухи, пытавшейся прорваться сквозь толстое стекло кабинета.

— Итак, кто желает высказаться первым? Как вы понимаете, астрономы от комментариев воздержались. Они лишь констатировали сам факт излучения. И точно определили район земной поверхности, в который направлен луч.

— Белуги? — спросил Орлов, по лицу которого было видно, что он все еще не может поверить в реальность сообщения астрономической обсерватории.

— Вы правы. Это Белуги. То самое место, в котором исчезают люди.

— Это невозможно. В физическом смысле не может быть объяснений подобному феномену! — В конце концов, Орлов пришел в себя, и Павловский по опыту знал, что теперь будет трудно прервать его научные разглагольствования. Единственным корректным способом заставить его угомониться и не мешать работе совещания — это дать высказаться до конца. — Судите сами! — продолжал майор с апломбом. — Для того, чтобы выделить определенную часть солнечного спектра, необходима линза, разлагающая его на составляющие, или какой-то фильтр размером с Солнце! Но даже если кто-то сумеет построить подобный фильтр, каким образом, скажите, пожалуйста, ему удается сжать излучение в узкий параллельный пучок? Ведь это же, по сути, гигантский лазер! И куда, наконец, деваются все эти килоджоули, после того как они достигают поверхности Земли? Байкал давно должен был бы закипеть при подобной мощности потока!

— Куда они деваются, я, пожалуй, смогу вам ответить. — Павловский перевел на своем столе переключатель, и над столом появилась новая голограмма. — Это карта энергетических аномалий, снятая по моей просьбе нашими спутниками.

Вначале было видно лишь светлое пятно в районе Байкала, но, после того как изображение укрупнилось, стала отчетливо видна сеть огненных линий, разместившихся под земной поверхностью и выходящих из единого центра. Линии ветвились и нигде не пересекались друг с другом.

— Это энергетическое образование находится на глубине от двух до десяти километров и кое-где подходит к самой поверхности. Сейчас пораженная площадь занимает около двух квадратных километров, но она все время увеличивается.

— Но ведь это же Гифрон… — прошептал Орлов одними губами, но в тишине, стоявшей в кабинете, все услышали его слова. Головы всех сотрудников одновременно повернулись в его сторону. На бледном, без кровинки, худом лице ученого отчетливо проступило отчаяние.

— Увы. Вы правы, — хмуро подтвердил Павловский, понимая, что слово «Гифрон» ничего не говорит остальным присутствующим.

— Что такое Гифрон? — немедленно последовал вопрос.

— Вам придется ознакомиться с отчетом инспектора Егорова. Эта информация особо секретна. Но я уже распорядился, чтобы вам всем оформили необходимый доступ.

Сейчас поясню в двух словах. Из-за подобного энергетического монстра сорок лет назад мы были вынуждены закрыть нашу колонию на Зидре и объявить там полный карантин.

— Почему эта информация была засекречена, да еще под таким грифом?

— Потому что она была связана с закрытием корпорации «Феникс», со знаменитым скандалом и отставкой президента Елагина.

— Сорок лет назад мы потерпели на Зидре полное поражение, и, по сути, были вынуждены бежать с планеты, — выдавил из себя Орлов.

И Павловский недовольно поморщился. Этот человек не просто многое знал, но и не всегда умел держать язык за зубами.

В любом другом учреждении он бы давно тихо и незаметно исчез из штата, оказавшись в какой-нибудь богом забытой колонии. Но в Управлении внешней безопасности к неудобным сотрудникам относились иначе.

— За сорок лет мы кое-чему научились. — Павловский постарался исправить то удручающее впечатление, которое произвела на остальных тирада Орлова. — Именно после этого случая был разработан план операции «Проникновение», к реализации которого с этой минуты мы все приступаем.