Галактический альянс - Дмитрий Трипутин

Дмитрий Трипутин

Галактический альянс

1

Истерично выли сирены, повсюду тревожно мигал красный свет. Аварийная автоматика задраивала отсеки, регулировала давление воздуха, и суматохи было предостаточно. В то же время система автопилотирования, используя стартовые и маневровые реактивные двигатели, осторожно выводила космическое судно из пояса астероидов.

Исследовательский космический корабль «Фаворит», приписанный к космопорту внеземной цивилизации, обосновавшейся на нескольких планетах рукава Персея, потерпел аварию. Причиной катастрофы послужили два крайне маловероятных события произошедшие подряд, почти одновременно. Космическое судно вышло из гиперпространства практически в центре пояса астероидов не изученной солнечной системы. Это было бы ещё полбеды. Но, анти-метеоритные орудия почему-то не справились с быстро приближающимся космическим телом, и звездолёт получил серьёзную пробоину. Астероид проломил обшивку космического корабля и глубоко проник внутрь в районе хвостовой части.

Лишь, после того как устранили брешь в корпусе, убрали всевозможные обломки и мусор, стали очевидны истинные масштабы трагедии. Но в наступившей успокаивающей тишине далеко не все члены экипажа сразу осознали, чем грозят им обнаруженные повреждения. Подумаешь, вышла из строя система управления гиперпространственными двигателями. Ведь сами двигатели уцелели. Да и всё остальное оборудование осталось неповреждённым.

Но капитан Герет сразу понял всю серьёзность аварии и её далеко идущие последствия. Он поспешил покинуть пострадавший отсек, сославшись на то, что произошедшее следует немедленно занести в бортовой журнал. Капитан отправился в рубку управления, чтобы обдумать и взвесить сложившуюся ситуацию в одиночестве, без помех. А позже и другие члены экипажа сами поймут, что всё не так просто, и ему не придётся вдаваться в долгие объяснения. Опустившись в кресло, Герет замер и надолго задумался.

Космический корабль потерпел аварию у самого края рукава Ориона галактики Млечный Путь. Расстояние до их родной солнечной системы было более десяти тысяч световых лет. И если использовать реактивные двигатели, применяемые для взлётов и посадок, а так же для маневров и перемещения на незначительные расстояния, они никогда не попадут домой. Уже зная примерный ответ, Герет непроизвольно посчитал в уме: чтобы на этих двигателях пролететь расстояние хотя бы в один световой год им понадобиться несколько сотен лет. Конечно, на звездолёте имелись запчасти и ремкомлекты практически на все случаи жизни. Но всё же не на тот случай, когда система управления маршевыми двигателями уничтожена полностью, и превращена в груду разнородного мелкого мусора, и более крупных сплавившихся обломков.

Капитан включил объёмную проекцию участка галактики, в котором сейчас находился звездолёт, и увеличил масштаб изображения. Привычными жестами, повертев громадный куб с изображением, он свернул его и вновь задумался. Космическое судно постепенно выбиралось из пояса астероидов, и находилось сравнительно недалеко от звезды, образующей ещё неизученную солнечную систему. Она состояла из восьми довольно крупных планет и нескольких мелких. «Возможно, на каких-то из них и есть жизнь, – с сомнением подумал капитан. – Но в любом случае каждую из этих планет придётся тщательно исследовать». Он понимал, что именно в этом был их шанс на спасение, хотя и не большой. Другая, наиболее близкая солнечная система, находилась на расстоянии более четырёх световых лет, и добраться до неё без маршевых двигателей было невозможно.

Неожиданно зазвучал тревожный зуммер, загорелся индикатор одного из каналов внутренней связи, и Герет машинально нажал клавишу.

– Всё настолько плохо капитан? – спросил штурман, и над пультом появилось объёмное изображение его встревоженного лица.

– Да, Закет, всё настолько плохо, – подтвердил капитан и подумал, что штурман всегда был очень догадлив и сейчас всё схватил на лету. – Передай членам экипажа, чтобы собрались в конференц-зале. Я сейчас тоже подойду и сделаю сообщение об аварии, её возможных последствиях и наших дальнейших действиях.

– Будет сделано, капитан, – воскликнул Закет, и его узкое с широкими скулами лицо, перед тем как исчезнуть, приобрело сосредоточенное и деловитое выражение.

Капитан ещё немного посидел в кресле и ещё раз обдумал, что скажет экипажу. Вскоре он резко поднялся и уверенной походкой направился в конференц-зал. На самом деле никакой уверенности он не испытывал, но членам экипажа знать это было ни к чему.

Жена Герета погибла несколько лет назад в одной из экспедиций на неисследованную планету, которую как, оказалось, населяли главным образом крупные и опасные хищные твари. Детей у них не было, и Герет остался один. С тех пор лицо капитана, и без того резко очерченное с орлиным профилем, навсегда приобрело сдержанное и суровое выражение.

Помещение, в котором собрались астронавты, можно было назвать конференц-залом лишь с некоторой натяжкой. Оно было небольшим и рассчитанным максимум на сотню человек. Но экипаж корабля состоял всего из пятидесяти астронавтов и часть из них были семейными парами.

Капитан обрисовал собравшимся сложившуюся обстановку. Он сообщил, что они находятся недалеко от центра ещё неизученной солнечной системы, и подытожил:

– Основной шанс на спасение я вижу в том, что на планетах этой системы мы сможем найти цивилизацию с достаточно высоким уровнем развития. Таким чтобы с помощью их технологий можно было бы заново построить нашу систему управления гиперпространственными двигателями. Конечно, если местные жители окажутся достаточно дружелюбными, и мы сможем вступить с ними в контакт. Вероятность этого крайне мала, но пока мы не изучим здесь каждую планету, этот план будет основным.

– Если ли у нас хоть какая-то возможность, своими силами создать что-то вроде упрощенной до минимума системы управления, – неуверенно спросила Блейта – биолог и врач экипажа. – Просто чтобы как-нибудь добраться домой.

– Нет. Такой возможности у нас нет, – ответил капитан, и в его голосе проскользнула печальная нотка. – Конечно, вам как биологу простительно не знать некоторые технические детали.

Лицо молодой женщины неожиданно покраснело, и она потупила огромные, голубые, но необычайно светлые глаза. «Кажется, я зря обидел девчонку», – с запоздалым сожалением подумал капитан. Но он продолжил говорить всё тем же ровным голосом:

– На всякий случай я напомню теорию всем присутствующим. На самом деле агрегаты, которые мы привыкли называть гиперпространственными двигателями, так уж сложилось исторически, таковыми в прямом смысле этого слова не являются. Правильнее их назвать, опять же с некоторой натяжкой, преобразователями локальных областей пространственно-временного континуума. Ведь в привычном для нас трёхмерном мире никакого движения не происходит. Для внешнего наблюдателя космический корабль, находящийся в точке пространства, которая может быть описана тремя координатами, просто мгновенно исчезает. После этого он вновь появляется в этом трёхмерном пространстве, но имеет уже