Побочный эффект - Александр Тайгар

Александр Тайгар

Побочный эффект

– Плохая идея.

– Почему? – Лика махнула ладонью, отгоняя мошек от лица, и повернулась ко мне, – Только не говори, что веришь этим пугалкам для маленьких детей!

– При чём здесь это? Там реально может быть опасно – никто точно не знает, сколько ловушек осталось. А страшные истории до детей лучше доходят – для того их и выдумывали.

– Там давно вдоль и поперек всё излазили! – Лика решительно перешла дорогу, направляясь к заповедному лесу, Майк увязался за ней, – Пошли, сваримся сейчас здесь!

– Погода скоро испортится, – я кивнул на горизонт, – максимум через полтора часа. Может и раньше.

– Тем более, чего тянуть! Полчасика погуляем ещё – и назад. А то вообще – непонятно, зачем выходили.

– Лика, чтоб тебя! Стой! – её одежда мелькнула за деревьями, Майка я уже потерял из виду, – Майк! Держись рядом!

– Лика! Чтоб… – я схватил её за плечо, догнав, – где Майк?

– Там, – Лика махнула рукой, – расслабься, хватит параноить!

Я беззвучно выругался, показав Лике кулак – и бросился в указанном направлении, чуть не споткнувшись и не приложившись о ствол дерева. Сучок от давно обломленной ветки прошёлся рядом с глазом, оцарапав веко. Сзади послышался смех.

– Да, тебе точно нельзя сюда заходить! На ровном месте убиться можешь!

Обернувшись, смерив Лику взглядом и злобно фыркнув – я снова крикнул в сторону:

– Майк! Возвращайся, не дури!

Послышался шорох, смех, – на этот раз детский, – и сразу же: громкий треск с коротким вскриком. Я подскочил, пытаясь сообразить, откуда именно доносился звук – казалось, он пришёл с разных сторон. Лика молнией пронеслась мимо, мгновенно сориентировавшись. Послышался еще один крик. Нет – визг, перекрывающий всю мысленную громкость, все частоты доступные человеку. Переходящий в ультразвук на пике… и вой в конце. Я выбежал на маленькую поляну – и чуть не упал снова: ноги мгновенно стали ватными, короткое оцепенение сменилось крупной дрожью во всём теле. Похоже, Майк забрался на дерево, скорее всего – уже частично поваленное. Которое упало вместе с ним… и обнаружило одну из тех самых ловушек: со дна волчьей ямы торчали заострённые арматурины и наклонные обломки больших пил. Один из кольев выходил из спины, между лопаток, голова лежала в стороне – шея попала как раз на лезвие пилы. Кровь… казалось, я сам вымазался в ней с ног до головы. Желудок запоздало свело, меня вырвало. Время снова пошло – я услышал тихую истерику Лики: подвывания и редкие всхлипы. Только бы не перетянуло на следующую… стадию. Обнаружив, что сижу на земле – я привстал и тихонько шагнул к Лике: она тут же вскочила, бросившись в сторону, закричав: «Не трогай меня»! К счастью, я успел её схватить, а она не сильно сопротивлялась – только слегка побрыкалась. Теперь же – снова сидела у меня на руках: всё так же всхлипывая и слегка подвывая, иногда что-то бессвязно бормоча. Не знаю, сколько времени прошло… десять минут, или полчаса… слегка успокоившись, я начал разбирать слова: «Как… откуда… знал… не остановил… почему…»

– Я не мог этого знать, очнись. Ты не слушала меня. Мне что, нужно было вырубить вас электрошокером и связать? А потом волоком притащить домой?

– Да! – Лика вскочила, оттолкнув меня, – Это ты виноват! Не надо было…

Она сорвалась с места, отбежав в сторону и остановившись, вытирая слёзы. Маленькая, худенькая, осунувшаяся фигурка… напоминавшая сейчас сгоревшую спичку. Постояв ещё немного, всхлипнув в последний раз, глянув на меня и сверкнув глазами – она бросилась в яму. Конечно, я поймал её… но она давила с такой силой, что иногда казалось: вот-вот – оба мы закончим жизнь на дне почти что столетней ловушки. Не знаю – как она всё-таки вырвалась… и как я смог её снова ухватить. И вытащить, когда сил почти не оставалось – а она, впиваясь ногтями в руки и пиная края ямы, вырывалась и кричала, чтобы я отпустил… все подёрнулось туманом безумия. Мы медленно шли назад: Лика хромала – повредила стопу, напоровшись на что-то в яме; я – просто без сил. Ветер усиливался, небо заволокло тучами. Погода ожидаемо портилась. Капли воды – пока ещё редкие и мелкие – начали попадать на кожу, оставляя зудящие точки. Очень нехорошо. Конечно, это не чистая отрава, как когда-то… но всё равно – приятного мало. Попасть под дождь без защиты – значит гарантированно получить ничуть не полезное раздражение. Это – как минимум. Даже сейчас иногда случаются… плачевные исходы.

– Мы вернемся. Заберем тело и закопаем эту чёртову яму. Обязательно.

Лика угрюмо молчала. Остановилась, будто раздумывая – но, так ничего и не сказав, подошла ко мне и снова зарыдала, упав на грудь.

– Нужно идти. Скорее. Пока дождь не разошёлся.

– Зачем… ради чего?

– Ради себя. Ради тех, кто ещё жив. И ради того, чтобы подобного больше не случилось.

– Вот так вот… просто?

– Вот так. Непросто. Но надо.

– Зачем?!

– Соберись!

– За…

Прогремел гром. Хлынул едкий ливень. Глаза взорвались болью. Схватив Лику – я что есть сил рванул к полуразрушенному зданию, в полусотне метров впереди. Лика едва двигалась: тяжело дыша, еле передвигала ногами; вся кожа пошла красными пятнами. Внутрь – я занес ее на руках. Дыхания почти не ощущалось, Лика стремительно бледнела и отекала. Нет! Не может, чтобы так… я выбежал на улицу, разглядывая стёртую вывеску. Здесь когда-то находился медпункт… искра надежды мгновенно придала сил – я пулей влетел обратно, бросившись на поиски. Если не всё разворовали… если не забыл, чему учили… если успею… она выживет. Я вихрем пронёсся по кабинетам, обыскав каждый угол… я нашёл! Но – не успел. Может быть – лекарства не подействовали из-за давно истёкшего срока годности. Может… быть. Но – я не чувствовал ни дыхания, ни пульса, уже когда вводил препарат. Нужно было сделать трахеотомию… но чем? Удивительно, что здесь остались лекарства… удача? Нет – злая насмешка судьбы. Только сейчас я снова ощутил зуд. Неприятно, но… всего лишь. Для неё же – этот дождь стал последним… на что именно проявилась такая реакция!? Я вколол антидот себе – посмотрим, как подействует – и уселся на подоконник. Окна уцелели – просто невероятно. А в аптечке – даже нашлась укладка с быстродействующим ядом. Злая, циничная насмешка… думаешь – сдамся? Я посмотрел на грязный потолок, мутными от слёз глазами.

– А