Скитальцы - Кнут Гамсун

Снова в Поллене.

Большие изменения произошли за эти две недели.

Ещё на борту парохода Эдеварт удивился, увидав своё имя на одном из ящиков, стоявших на нижней палубе; он огляделся и обнаружил ещё несколько ящиков со своим именем — ящики, тюки, бочки, видимо, это были новые товары. Вот чудеса; Эдеварт позвал друга, чтобы узнать, что он думает по этому поводу, и Август тут же сказал: Это от неё! — От кого? — От той женщины, что уехала. Ведь это товары из Тронхейма! Эдеварт пошарил в кармане, но длинный список, составленный Поулине, всё ещё был у него, и Лувисе Магрете ничего не знала о нём... да и на какие деньги купила бы она эти товары! Чёрт его знает, что за загадки!

Когда им выписывали билеты, штурман, услыхав имя Эдеварта, воскликнул: Так это вы! А мы на ваше имя везём большой груз. Эдеварт хотел ответить, что он знать не знает никакого груза, но вмешался Август: Этот человек привык возвращаться с целой лавкой!

На пароходе к ним отнеслись благожелательно и с большим уважением; и хотя места у них были палубные, все сочли это капризом богатого купца.

На месте загадка разрешилась; Йоаким с Теодором встречали пароход на карбасе Каролуса, чтобы на нём отвезти товар в Поллен. Всё оказалось проще простого — Йоаким вернулся из Кве-фьорда с большими деньгами, вырученными за сельдь, и спас лавку.

Август, тот сразу всё понял, но не удивился и не рухнул от благодарности на колени. Когда экспедитор предположил, что товару здесь не меньше чем на десять тысяч, Август сказал: Да, торговля в Поллене идёт бойко. Экспедитор: Выходит, Габриэльсен опять разорился? Да, ответил Август, иначе и быть не могло!

Эдеварт не осмеливался принять участие в этом разговоре, он чувствовал себя униженным и не мог этого скрыть. Август старался подбодрить его: в прошлый раз они вернулись в Поллен богачами и сразу прославились на всю округу, не могут же они теперь вернуться нищими. Мы что-нибудь придумаем, ты не тревожься! — сказал он.

Йоаким был несколько смущён этой встречей. Нас попросили забрать твои ящики, сказал он Эдеварту. Поулине всё неймётся!

Август, добродушно посмеиваясь, спросил как ни в чём не бывало: А как ты узнал, что мы с товаром приедем именно на этом пароходе?

Неужели ты думаешь, что Поулине не дали знать об этом телеграммой? — ответил Йоаким.

Эдеварта здесь будто и не было.

Домой они вернулись вместе с карбасом. По пути Йоаким рассказал, что уфутенец, старый шкипер, покинул Поллен со своей шхуной, не рассчитавшись с людьми, он обещал, что пришлёт деньги с юга. Все, кто работал на скалах, остались с носом и без единого шиллинга в кармане после тяжёлой летней работы.

И не заработай мы на сельди в Кве-фьорде, подал голос Теодор, Поллену пришёл бы конец! Теодора просто распирало от гордости, он получил на сельди хорошие деньги и не скрывал этого, справил себе высокие сапоги с красными отворотами и страшно важничал. Однако Август смотрел на него, как на пустое место.

Неприятное чувство, вызванное тем, что Йоакиму пришлось потратить свои деньги на лавку вместо того, чтобы построить новый хлев, мало-помалу улеглось; Эдеварт подарил Поулине кольцо с жемчугом, чтобы показать, что он вернулся не с пустыми руками... и, Бог знает, не случится ли вскорости чего-нибудь такого, что позволит ему снова расправить плечи! Йоаким, как ни в чём не бывало, нанял лошадь и принялся перевозить товары из лодочного сарая; он вскрывал ящики, вспарывал тюки и закатывал бочки в подвал, при этом шутил со старшим братом и просил хозяина накинуть ему за усердие. Поулине раскладывала товары по полкам и ящикам и ходила вдоль прилавка как королева.