Фосс - Патрик Уайт

* * *

— Ну, и что вы о нем думаете? — спросил мистер Боннер, утирая жирные губы белоснежной салфеткой.

— Сегодняшний день подтвердил впечатление, полученное мной от знакомства с ним несколько месяцев назад, — заявил лейтенант Рэдклиф. — Безумец, хотя и безобидный.

— Ах, Том, к чему бросаться такими обвинениями, — запротестовала миссис Боннер, пребывавшая в добром расположении духа, — без всякого на то основания. По крайней мере, пока.

Однако Тома это не волновало. По его мнению, Фосс никогда не сделал бы достойной карьеры.

— Неужели вы и в самом деле собираетесь послать такого человека в экспедицию по этой несчастной стране? — обратилась миссис Боннер к мужу. — Уж больно он худотелый. Вдобавок совершенно потерянный.

— Что значит — потерянный, мама? — спросила Белла, беря мать за руку, потому что любила трогать ее кольца.

— Это и значит, — ответила миссис Боннер. — Потерянный, и все! У него такой взгляд, будто он не может найти дорогу.

Она пыталась выразить словами то, что чувствовала инстинктивно, и тут Роуз Поршен внесла большой яблочный пирог, который для иных присутствующих был куда важнее какого-то немца.

— Волноваться не следует, — успокоил всех коммерсант, наблюдая, как супруга умело орудует ножом, и от зеленой начинки пирога поднимается пар. — Он отправится не один — будет кому подсказать дорогу.

— Разумеется, — откликнулась миссис Боннер, обожавшая выпечку с золотистой корочкой, особенно если от нее пахнет гвоздикой. — К тому же у нас было слишком мало времени, чтобы узнать мистера Фосса получше!

— А вот Лоре времени хватило, — заметила Белла. — Расскажи нам о нем, Лолли. Что он за человек?

— Не знаю, — ответила Лора Тревельян.

«А я совсем не знаю Лору», — поняла миссис Боннер.

Пэйлторпы вежливо покашляли и подвигали бокалы, из которых с удовольствием попивали вино. Потом все принялись за пирог, и разговор прервался. Наконец Лора Тревельян сказала:

— В отличие от других мужчин он вовсе не собирается наживаться за счет этой страны. Он не думает, что деньги решают все.

— Другие мужчины — люди как люди, — возразил ее дядюшка, — ведь у этой страны — большое будущее. Да и кто упустит свой шанс? Кто не хочет разбогатеть? — внезапно вскинулся он, чавкая набитым ртом.

— Ох уж эта страна, — вздохнула его супруга, помня о присутствии гостей и не желая раскраснеться.

— Фосс ею одержим, — сказала Лора Тревельян. — Это очень заметно.

— Он немного не в себе, — продолжал гнуть свою линию лейтенант.

— Зато он не боится, — поддела его Лора.

— И кто тут боится? — спросил Том Рэдклиф.

— Все или почти все мы боимся этой страны, только не говорим об этом вслух. Обладать пониманием нам еще не дано.

Лейтенант фыркнул — с его точки зрения, тут и понимать было нечего.

— Не хотелось бы мне попасть в глубь континента, — призналась Белла. — Говорят, там полно черных, и пустынь, и скал, и человеческих костей!

— Видимо, Лора на пару с одержимым герром Фоссом не боится. Так ведь? — спросил лейтенант Рэдклиф.

— Раньше очень боялась, — сказала Лора Тревельян. — И еще нескоро смогу постичь в полной мере нечто настолько непонятное и чуждое. Я прожила здесь много лет, и все же своей страной Австралию не считаю!

Том Рэдклиф расхохотался.

— Немцу она тоже чужая.

— Она принадлежит ему по праву ви́дения, — заявила девушка.

— Что это за право такое?

Она не смогла бы объяснить. Ее била дрожь.

«Как это не похоже на Лору», — подумала тетушка Эмми.

— Мы тут рассуждаем о нашей колонии так, будто до настоящего момента ее не существовало, — пришлось вмешаться мистеру Боннеру. — Или будто теперь она существует в ином качестве. О чем мы вообще говорим? Что за ребячество? Посмотрите, каких успехов мы уже добились! Взгляните на наши дома и общественные постройки! Взгляните на самоотверженность наших чиновников, на весомые достижения людей, которые осваивают эту землю! Да что там далеко ходить, в этой самой комнате — остатки великолепного обеда, который мы только что съели! Не понимаю, чего тут бояться.

— Не волнуйся так, Лора, — сказала тетушка Эмми. — Голова еще не прошла, милая?

— При чем тут моя голова? — удивилась Лора.

Все посмотрели на нее вопросительно. В некоторых взглядах читалось, что она и немец стоят друг друга.

— Ах да, голова! — вспомнила она. — Нет. То есть прошла, кажется.

Впрочем, едва все поднялись из-за стола, она отправилась в свою комнату.