Нефть! - Эптон Билл Синклер

I

В феврале заканчивался первый курс лекций в той школе, где учился Бэнни, и он сдал экзамены с умеренным успехом. Вслед за тем было несколько дней отдыха, и м-р Росс надумал один восхитительный план. Дело в том, что он не мог не испытывать некоторой неловкости всякий раз, когда думал о том, что семья Аткинсов жила на том самом нефтяном участке, который давал ему миллионы долларов и который он купил у них всего за какие-то тридцать семь тысяч долларов. Ему очень хотелось что-нибудь для них сделать, и в то же время он боялся сделать больше, чем сколько это было нужно, чтобы их этим не "испортить", не навести на мысль, что он им, в сущности, еще очень много должен. Чтобы чем-нибудь все это компенсировать, он решился устроить грандиозную экскурсию, в которой должны были принять участие все члены семьи. В свой большой лимузин он решил взять Бэнни, Руфь, Мели и Сэди и нанять еще другой автомобиль для м-ра Аткинса и его жены, и все они должны были отправиться в тот военный поселок, где работал Поль, — навестить его и в то же время посмотреть на процесс образования новой армии. Они остановятся в какой-нибудь ближайшей к поселку гостинице и проведут там несколько дней, катаясь по окрестностям и осматривая все достопримечательности, включая сюда и те митинги "возрождения", которые Эли устраивал в особой громадной палатке по соседству с лагерем.

Девочки пришли, разумеется, в дикий восторг. Это была их первая длинная поездка в автомобиле за всю их жизнь. Бэнни поговорил с Руфью, которая поговорила со своей матерью, а та в свою очередь — со своим мужем, и общими силами им удалось заручиться его обещанием сделать все возможное, чтобы уговорить святого духа не посылать им в эти дни никаких откровений и не вдохновлять их ни на "прыганье", ни на разговоры на разных языках. Дело в том, что святой дух незадолго перед тем заявил через Эли — пророка третьего откровения, что вся эта "вдохновляющая гимнастика" сделала уже свое дело и могла быть теперь сокращена. Причина этому высказана не была, но ходили слухи, что все те благонамеренные лица, которые действовали за спиной Эли, помогая ему в его евангельской кампании, не одобряли "прыганья" и не считали архангельских речей на разных языках годными для ушей простых смертных. Один из учеников Эли был очень известным судьей, а другой — владельцем целой серии бакалейных лавок. Их жены взяли пророка в свои руки, исправили его грамматику, выучили его, где надо покупать приличные костюмы, как держать в руках вилку и ножик — и содействовали таким образом его успехам в свете.

Приехав в военный поселок, м-р Росс со своими спутницами и спутниками чувствовали себя так, точно они попали на войну. На громадной площадке виднелись целые груды холста, свернутых листов железа, рельсов, и вся эта площадь кишмя кишела энергичными юными существами в мундирах цвета хаки, трудящихся, как муравьи, но все же не настолько занятых своим делом, чтобы не заметить появления в толпе трех миловидных молодых женщин. Заручившись требуемым пропуском, можно было в известные часы пройти к тому месту, где происходило самое ученье, а в свободное время Поль уходил с построек, и, в то время как старые Аткинсы с дочерьми отправлялись слушать Эли, он сидел с м-ром Россом и Бэнни на веранде гостиницы и рассуждал с ними о мировых событиях.

Русские тогда только что заключили мир с Германией, совершенно отказавшись от дальнейшего участия в войне и отдав громадные территории неприятелю. М-р Росс обсуждал этот совершившийся факт и, настаивая на своем прежнем мнении, называл большевиков предателями. Поль ему возражал, и Бэнни мог убедиться в том, что даже здесь, среди своей такой интенсивной работы его друг находил время читать и обдумывать прочитанное.

— Бэнни, — сказал Поль, — помнишь ты нашу нефтяную забастовку и все то, что писалось по поводу ее в газетах? Предположи теперь, что ты никогда не был в Парадизе, не знал никого из бастовавших рабочих и все сведения черпал из газет Энджел-Сити. Представляешь, какое у тебя создалось бы тогда впечатление? Так вот то самое, по-моему, нужно сказать и о России. Там происходит теперь величайшая в истории забастовка, и, по-видимому, "забастовщики" победили и взяли в свои руки все "нефтяные скважины". Настанет день, когда мы подробно узнаем, что они сейчас там делают, но узнаем, конечно, не из газетных россказней — этих басен, сочиняемых союзными дипломатами и сосланными великими князьями.

Эти слова взволновали м-ра Росса, который читал эти газетные сообщения ежедневно в течение нескольких месяцев и верил каждой их фразе, и он спросил Поля, неужели же он отрицает факт избиения в России всех представителей богатых классов? На это Поль ответил, что он считает, что подобные единичные случаи безусловно, конечно, были: он читал историю Французской революции и знает, что это такое. В данном же случае надо не забывать еще и того, как относились к русскому народу их правящие классы и какой образ правления у них был до сих пор.

"Об их революции надо судить на основании их собственных стандартов, а не на основании наших", — сказал Поль и прибавил с улыбкой, что это большая ошибка со стороны американских дельцов, стоящих во главе крупных предприятий, отождествлять себя с русскими "хозяевами" заводов и фабрик, которые при малейшем протесте со стороны своих рабочих призывали себе на помощь казаков, вооруженных нагайками.

Это немного успокоило м-ра Росса, но он продолжал настаивать на том, что все большевики были германскими агентами, и снова повторил рассказ о поезде, который доставил Ленина (м-р Росс произносил "Линайн") из Швейцарии через Германию в Россию. Поль спросил его, из каких источников он получил эти сведения? Германцы, по его мнению, так же боялись русских, как и американцы. Эти большевики сражались с правящими классами обеих сторон, и для германцев тот мир, который они заключили, по-видимому, опаснее открытой войны: революционная пропаганда могла проникнуть в их войска даже там, на Западном фронте.

Но для м-ра Росса все это было чересчур сложно. Он заявил, что если бы русские действительно хотели прийти на помощь делу мира и справедливости, они не изменили бы союзникам вплоть до того момента, когда у кайзера были бы отняты все бразды правления.

Потом Поль спросил, читал ли м-р Росс секретный договор союзников. И отец Бэнни принужден был признаться, что он никогда о нем ничего не слыхал. Тогда Поль объяснил, как Советы, не получив ответа от союзников на свой запрос о целях войны, которую они вели, открыли всему миру тайны тех соглашений, которые союзники заключили с русским царем по вопросу о разделе тех земель, которые они имели в виду отобрать у германцев, австрийцев и турок. Поль сказал, что текст этих тайных соглашений был изъят из американской прессы.