Время перемен - Наталия Миронина

– Кира, перестань грузить себя ерундой, – сказал Стас, погладив ее по голове, – все хорошо. Насколько может быть хорошо в нашей с тобой ситуации. Здесь у каждого своя правда. У нас с тобой, у Лили, у Григорьева.

– То есть разводиться ты не собираешься? – спросила Кира и сразу же пожалела об этом.

Перов вздохнул.

– Пока я ничего не могу сказать. Была бы моя воля, я бы распилил себя пополам.

– Ты вообще представляешь, что сейчас сказал? Ты сказал, что тебе одинаково нравятся две женщины. Твоя жена и я.

Перов посмотрел на нее.

– Но это правда. Я не могу отказаться от вас обеих. Только не спрашивай, кого я люблю, а с кем остаюсь из-за чувства долга. Я тебе не отвечу.

– Хоть честно, – вздохнула Кира.

– Я бы Лиле соврал, а тебе не могу. Ты же сама все лучше меня знаешь.

– Выгодно быть слабой.

– Нет, слабой быть унизительно. Ты ей не завидуй. Она же тоже не дура.

Кира задумалась, а потом спросила:

– Но мне бы досталась большая половина, да?

– Половина большей не бывает. Половины – равны, – вздохнул Перов.

– Только здесь ты проводишь все больше и больше времени, – язвительно сказала Кира.

– Да, ты права.

Перов надел куртку – ему не хотелось уходить, но ему также не хотелось ссориться. А еще не хотелось говорить о проблемах, решить которые он не мог. Во всяком случае, пока.

Кира осталась одна. Все чаще они расставались и настроение у нее было пасмурным. Ей хотелось… Кира и сама не понимала, чего бы ей хотелось. Уйти от Григорьева. Но его было жаль. Жаль было тех доверительных, простых отношений, которые сложились между ними. Эта дружба-семья-чувство превратились в нечто прочное, которое ценишь не за красоту, а за надежность. В то время как отношения с Перовым были страстью, фейерверком, запретным тайным чувством, от которого кипела кровь. Как Кира умудрялась работать и зарабатывать деньги, оставалось загадкой.

Вот и сейчас, как только закрылась дверь за Перовым, Заболоцкая набрала телефон давнего друга Яшкина.

– Привет, встречаемся у меня в офисе? – спросила она.

– Встречаемся, – коротко ответил тот.

Через полчаса Кира выезжала в сторону своего офиса.

Яшкин вел машину и гадал, что от него потребует Заболоцкая. «Она же стерва, змея, кремень-баба. Но я не должен отступать. Если бы не я, фиг бы она решилась на такое!» – думал он. Это была своего рода психологическая подготовка ко встрече с Кирой.

Кира уже ждала его.

– Привет! Кофе будешь? – спросила она.

Яшкин задумался. Сесть пить кофе, значит, расслабиться. А расслабишься – не заметишь, как Заболоцкая тебя за жабры возьмет.

– Нет, не буду кофе. Не хочу. Ты о чем хотела поговорить?

– Видишь ли, Димаш, деньги мне нужны. Много.

– Занять тебе? – Яшкин стал соображать, как выгоднее ему поступить. Кира была своей, под большие проценты неудобно, без процентов – глупо.

– Нет, – отмахнулась Заболоцкая, – ты же меня знаешь, я в долг не беру. Есть идея получше.

– Говори. – Яшкин чуть успокоился.

Кира помолчала, потом встала, прошлась по кабинету.

– Яшкин, скажи, ты же ведь со своими ребятами связь поддерживаешь? Ну, общаетесь? За пивом, водкой. В бане.

– Да и без бани общаемся, – почему-то обиделся Яшкин, – мы люди интеллигентные.

– Это, конечно, – не без иронии согласилась Кира. Яшкин иронию не услышал.

– Ну а много твоих пользуется нашими услугами? У многих убирают наши девочки?

– Обижаешь, почти у всех. Я же задачу поставил.

– Спасибо тебе, дорогой. Но вот скажи мне, а есть ли у кого из твоих связь с моими девчонками? Ну, приехали убрать, познакомились, понравились, стали встречаться.

Яшкин подскочил:

– Есть, ты, Кира, даже не представляешь. Я думал, я один такой, что на твою Яну запал. А оказывается, многие ребята.

– Это о чем, Димаш, говорит? – задала вопрос Кира.

– О чем? – вытаращил глаза Яшкин.

– О том, что мы идем в правильном направлении. И о том, что кадры решают все. Были у нас страшненькие девочки, нравились бы они твоим?

– Нет, им бы не нравились, а вот женам так очень, – рассмеялся Яшкин, – у многих скандалы на этой почве.

– О, во‐о‐от, – удовлетворенно протянула Кира, – переходим к главной и очень секретной части нашего разговора. – Она хитро посмотрела на Яшкина.

Тот секунду молчал, а потом хлопнул себя по колену:

– Ну, ты и зараза! Почище мужика иного будешь.

– Я выживаю, как могу.

Тут Яшкин про себя крякнул – он знал, что за спиной Киры есть богато-стабильный Григорьев. Еще он знал, что доходы от магазинов они делят поровну, хотя бизнес начинал Олег Борисович один. «Впрочем, Кира тоже не промах. Она бы и так поднялась. Как там моя Яна говорит про нее? «Хорошая породистая сука!» Яна хватанула, конечно, но в чем-то она права».

– Кира, но опасно же. Кое-кем занята уже поляна.

– Знаю, – жестко ответила Заболоцкая, – но, во‐первых, надо все сделать с умом. Во‐вторых, а на что ты? И твои ребята. Не хочешь заключить с моей фирмой договор на охрану и юридическое обслуживание?

Яшкин задумался. Кира предлагала вступить в неизбежный конфликт с конкурентами, но, с другой стороны, Яшкин знал, что Заболоцкая выйдет победительницей. Так было всегда. Он давно присматривает за Кирой. И деньги обещали быть совсем другими. Это вам не шваброй по полу елозить…

– Подумать надо, – покачал головой Яшкин.

– Думай прямо здесь, пока схожу к девочкам, узнаю, сколько заказов на сегодня.

Кира вышла из кабинета.

Яшкин призадумался. Соблазн был – деньги неплохие, бизнес Кира под контролем держала. Насколько Яшкин помнил, Заболоцкая была единственным соучредителем. Никаких посторонних денег там не было. «Если что, претензии к ней. Она и будет отвечать. А мы… Мы по договору работаем. Мало ли, кого охраняем!» – думал он.

– Вот сегодня заказов «под завязку»! До позднего вечера.

– И все – уборка? – прищурился Яшкин.

Кира внимательно на него посмотрела.

– А мы другим и не занимаемся.

Она уже поняла, что Яшкин все для себя решил.

– Договор сегодня подпишем. Юрист наш оформит.

– Ну что спешить… – вдруг замялся Яшкин.

– Димаш! Или сегодня, или я других ребят найду, – Кира посмотрела ему в глаза, – все надо делать вовремя.

Яшкин покинул офис Киры спустя два часа. Из машины он звонил своим:

– Сегодня на нашем месте. Перетереть надо. Дело появилось.

В то время, как Яшкин