Двадцать два несчастья – 4 - Данияр Саматович Сугралинов

Пятая и шестая клиентки прошли без особенностей, если не считать того, что обе задержались у двери чуть дольше необходимого и обе спросили, когда я работаю в следующий раз. Я объяснил, что, скорее всего, никогда, они искренне расстроились и даже пытались вытянуть из меня номер телефона. Мол, для личного массажа на дому. Я не дал, но отбился еле-еле. Мол, да, не женат, но девушка очень ревнивая.

Седьмой была тридцатичетырехлетняя Регина, фитнес-тренер. Девушка подтянутая, с «попой в орех», спортивная, с волосами, собранными в конский хвост, и оценивающим взглядом.

— Полумарафон в воскресенье, — сообщила она, раздеваясь за ширмой. — А у меня крепатура, ноги убиты, нужно восстановить до четверга.

Крепатура — это микроповреждения мышечных волокон с воспалительной реакцией. Обычная вещь после тренировки. Массаж уменьшит ощущение боли, но не ускорит восстановление силы, о чем я ей и сообщил.

— Знаю, — усмехнулась она. — Не первый год замужем. Но мне помогает, даже если это просто плацебо.

Приятно работать с человеком, который понимает, что происходит. Наверное, это редкость в подобного рода спа-салоне, куда большинство клиенток приходят за «балансом энергий» и «гармонизацией чакр» в исполнении незабвенного гуру Каруна.

Регина молчала почти весь сеанс, только иногда морщилась, когда я попадал на особенно болезненные участки. Однако к концу я почувствовал, как ее тело под моими руками расслабилось как-то иначе.

Она повернула голову и посмотрела на меня странным взглядом.

— У вас руки… необычные, — сказала она, помедлив, словно подбирая слова.

— В смысле?

— Не знаю, — буркнула она, и ее щеки заалели. — Работаю с массажистами много лет, спортивный массаж, восстановительный, релаксационный. Но ни разу мне не было настолько прия… — Она еще больше вспыхнула и осеклась. — Неважно. Забудьте.

Я не забыл, потому что не дали следующие клиентки.

К пяти вечера через мои руки прошли одиннадцать женщин разных возрастов, характеров и жизненных ситуаций, и минимум две трети из них вели себя странно: взгляд на секунду дольше, чем нужно, слова, которые не планировали говорить, темы, которые не собирались поднимать.

Вопрос, женат ли и есть ли у меня девушка, я услышал шесть раз.

Один раз мне прямо предложили прийти в гости на «чашку чая» уже этим вечером.

И дважды стоны, которые я слышал под своими руками, были такими, какие звучат в совсем другой обстановке или в специального рода фильмах, которые никогда не заканчиваются свадьбой.

Раньше я списал бы это на свой, безусловно, высокий профессионализм. Хороший массажист вызывает доверие — это нормально, а тактильный контакт создает иллюзию близости, это объяснимая физиология. Но восемь из одиннадцати? Это уже не совпадение, да и эмпатический модуль мне открыл глаза — их ко мне влекло, причем бешено влекло.

Я, конечно, не обольщался насчет своего нового тела. Но с ним определенно творилось что-то странное. И вряд ли оно было таким же мистически привлекательным до моего вселения, иначе не стал бы Серега прибегать к услугам ночных бабочек. Нет, это «что-то» появилось вместе со мной.

И Системой. Вот в ней, очевидно, и таилась причина. Но, как бы я ни пытался все эти дни подчинить ее себе, ничего не получалось. Самодиагностика и эмпатический модуль — это было все, что меня слушалось. Токсикология и диагностика других от меня не зависели и включались самопроизвольно.

На шесть вечера в расписании значилось имя «Альбина», последняя клиентка на сегодня.

Я сменил простыни и размял уставшие пальцы. Руки гудели от работы, но терпимо. Оставался еще один сеанс, потом расчет — и домой.

Уже предвкушая отдых, я прислушался к тому, как внизу хлопнула дверь и застучали тяжелые, уверенные шаги на лестнице.

Когда дверь кабинета открылась, на пороге возникла… Снежана Арнольдовна. Администраторша спа-салона заняла почти весь дверной проем своими гренадерскими габаритами. В руках она держала сложенный халат.

— Добрый вечер, Сергей Николаевич, — сказала она непривычно тихим голосом. — Можно войти?

— Снежана Арнольдовна? — удивился я. — А где Альбина?

Она переступила порог и плотно закрыла за собой дверь.

— Это я записалась под другим именем… Хотелось испытать на себе… — Снежана Арнольдовна попыталась улыбнуться, но вышло натянуто, резиновой улыбкой. — Понять, за что вас клиентки так хвалят. А уж после сегодняшних сеансов… — Она покраснела. — Девочки такое рассказывали!

— Какое? — нахмурился я, потому что «такое» прозвучало очень предосудительно. Как будто я как минимум домогался каждую в особо извращенной форме, причем не один раз.

— Хорошее, хорошее, Сергей Николаевич! — с жаром воскликнула Снежана Арнольдовна, и глаза ее заискрились. — Говорят, после вас как заново родились. Вот я и решила проверить.

Ситуация выглядела странной, но формально ничего криминального в ней не было: руководитель хочет оценить качество работы сотрудника на себе. Впрочем, мне было все равно. Отработаю завтра полдня, и адьос.

— Хорошо. Раздевайтесь, Снежана Арнольдовна, и ложитесь. Что беспокоит?

— Спина, поясница, плечи, — торопливо перечислила она, начав расстегивать блузку и путаясь в пуговицах. — Старая травма, еще со времен спорта.

— Каким спортом занимались?

— Да чем только не занималась, но все связано с борьбой. Даже MMA пробовала.

Это объясняло габариты и манеру двигаться. Мышцы под жировой прослойкой, которые я обнаружил, когда она легла на топчан, были плотными, тренированными, хотя и давно не получавшими серьезной нагрузки.

Я начал работать со спины, прорабатывая трапециевидные, широчайшие, ромбовидные мышцы бывшей спортсменки, которая забросила тренировки, но сохранила структуру.

— Серьезно занимались? — спросил я, разминая особенно жесткий участок у лопатки.

— Мастер спорта по вольной борьбе. — В ее голосе прозвучала гордость. — Выступала за сборную Татарстана. Потом травма, потом… ну, жизнь.

Она замолчала, и я продолжил работать. Мы немного пообщались, и я рассказал о своих планах на аспирантуру и работу в поселке.

Следующие минут двадцать все шло нормально: стандартный массаж, стандартная реакция. Снежана Арнольдовна лежала неподвижно, только иногда выдыхала, когда я попадал на болезненные точки.

А потом что-то изменилось.

Я почувствовал это под руками раньше, чем услышал. Ее мышцы начали реагировать иначе, и это было не расслабление после снятия спазма, а, как и прежде с фитнес-тренершей Региной, что-то другое — глубинное и текучее.

Снежана Арнольдовна тихо и гортанно застонала.

Я продолжил работать, решив не обращать внимания, но она застонала снова, громче, и ее спина буквально выгнулась