Огни в долине - Анатолий Иванович Дементьев

— Ты что здесь так поздно делаешь?

Старик не ответил, но директора это не смутило.

— Иван Иванович давно ушел? Или где-нибудь здесь?

Сморчок высыпал из совка мусор в корзину и пошел с ней к ведру у печки. «Вот глухая тетеря, — с досадой подумал Майский, провожая взглядом тщедушную фигуру старика. — Однако где Иван Иванович? Разве зайти к нему?»

Но, выйдя из конторы, Александр Васильевич замедлил шаг. Очень хотелось забежать к себе домой, узнать, как там Аленка, ведь она ходила последние дни. Пока он ездил в Златогорск, могло что-то случиться. Но и Слепова повидать надо, поговорить о златогорских новостях. «Загляну на минутку к Ивану Ивановичу, а потом сразу домой, к Аленке», — решил он.

Слепов жил в небольшом домике на окраине поселка. Домик окружал сад, в котором росли, главным образом, черемуха, рябина и цветы. Цветов было много, разных и редкостных. Иван Иванович получил свое «поместье», как он в шутку называл дом и сад, в наследство от отца-садовника, управляющего прииском, унаследовал от него и любовь к садоводству. Все свободное время, начиная с ранней весны и до глубокой осени, Слепов копался в саду.

Вот и сейчас, несмотря на позднее время, Иван Иванович возился в саду. Майский остановился у палисадника и окликнул Слепова. Иван Иванович обернулся.

— А, Александр Васильич! С приездом. Давай, заходи, гостем будешь.

Воткнув лопату в землю, хозяин пошел встречать гостя. Одет он был в старенькие брюки и просторную рубашку навыпуск. Майскому такой наряд был непривычен, он всегда видел его в полувоенной форме, аккуратного, подтянутого. А тут совсем другой человек.

Иван Иванович провел директора в дом.

— Стюра, — сказал жене, пожилой некрасивой женщине, но с удивительно мягким, приветливым лицом, — согрей-ка, милая, нам с Александром Васильичем чайку.

— Не надо, не беспокойтесь, — поспешил вмешаться Майский, — я ведь на минутку. Дома еще не был…

Иван Иванович понял, чего не договорил директор.

— Не беспокойся, Александр Васильич, дома у тебя все в порядке. Елену Васильевну Стюра утром навещала.

— Утром, — подтвердила жена Слепова. — Она еще спрашивала, не знаю ли я, когда вы вернетесь. Вспомнила я, Ваня говорил — будто завтра утром, так и сказала Елене Васильевне.

— Спасибо вам. Честно признаюсь, беспокоился всю дорогу, а теперь отлегло от сердца.

— Рассказывай, что там, в Златогорске, — потребовал Иван Иванович.

— Новостей много, с чего начать, даже не знаю.

— С самого начала, Александр Васильич, с самого начала. Мне ведь все интересно. И даже закурить позволю.

— Спасибо, — Майский закуривать не стал, последнюю папиросу он выкурил, еще подъезжая к Зареченску. — Так вот, доклад наш понравился. Одобрили его, сказали, правильно действуем. Ну, разумеется, замечания были. Очень интересные. Потом подробно познакомлю с ними. Рекомендовали, например, лучше изучить шахту «Комсомольскую» и либо тоже провести там реконструкцию, если она того заслуживает, либо пока закрыть ее. Мне Аленка давно о том же твердит, причем она убеждена, что «Комсомолка» — шахта перспективная. Немного пожурили за пушку. Громов сначала рассердился: что это вы там, говорит, шумиху устроили, к чему это? А когда я объяснил; стреляем, мол, не ради баловства, — согласился. Ладно, пошутил, стреляйте тогда почаще, да так, чтобы и нам в Златогорске слышно было. Посмеялись, а потом серьезный разговор пошел.

— О чем же?

— О самом главном. Ты же знаешь, что в декабре созывается пятнадцатый съезд партии?

— Знаю.

— Так вот, съезд обсудит и примет первый пятилетний план индустриализации страны.

— Вот это интересно.

— Еще бы! Только подумай, Иван Иванович, будет принят грандиозный план строительства крупных промышленных объектов. Появятся новые заводы, фабрики, электростанции… Предполагается строительство настоящих гигантов: станкостроительных заводов, автомобильных, тракторных, металлургических, развитие угольной промышленности, нефтяной. И многое будет построено на Урале. Я слушал и думал: в какое интересное время мы живем.

— Надо полагать, и нас крепко коснется пятилетний план.

— Разумеется. Громов, между прочим, намекнул, что пора разведывать новые месторождения золота, что добывать его мы станем в будущем не столько в шахтах, сколько открытыми разработками, драгами и гидравлическим способом. При таком плане, говорит, представьте, сколько стране понадобится золота. Ведь пока приходится все еще приглашать иностранных специалистов, покупать за границей разное оборудование и машины. На все это нужно золото. Так что, говорит, разворачивайтесь, ищите.

— Правильно Леонид Павлович говорит. Вот только искать кто будет? Нет у нас таких специалистов в Зареченске. Разве Златогорск пришлет…

— Как это нет? Есть!

— Я, по крайней мере, таких не знаю, исключая тебя, но о тебе речи быть не может.

— Да возьми мою жену. Прирожденный разведчик. Работа на «Комсомольской» ей нравится, но скажи: завтра надо ехать в тайгу, искать золото, — поедет.

— Уверен? — Слепов искоса посмотрел на директора.

— Не был бы уверен, не сказал бы. Мы ведь с ней работали вместе. Новый-то прииск…

— Знаю, знаю. Кстати, где теперь тот старик, что тебя к золоту привел?

— Ты о Плетневе?

— Вот-вот, о нем.

— Давно не имею вестей. В последнее время Никита Гаврилович ходил с отрядом Виноградова и, кажется, небезрезультатно. Давно его не видел.

— Хорошо бы разыскать этого человека, пригласить в Зареченск. Он и родом отсюда, если не ошибаюсь.

— Да, Плетнев зареченский, — Майский пошарил по карманам в надежде отыскать папироску и убедился, что в карманах пусто. Тяжело вздохнул.

Иван Иванович, скрывая улыбку, наблюдал за ним. Потом подошел к комоду, выдвинул один из ящиков, достал коробку «Сафо». Протянул Майскому со словами:

— Копти, копти, курильщик несчастный.

— «Сафо»! Откуда? Тоже потихоньку покуриваешь?

— Держу на всякий случай, для таких вот.

Александр Васильевич с наслаждением закурил и вернулся к прерванному разговору.

— Ты мне подал хорошую мысль, Иван Иванович. Попробую найти Плетнева. Признаться, скучаю о нем. Ну и надо еще посмотреть среди старых зареченских старателей, есть хорошие разведчики, только поднять их трудно.

— Надо посмотреть, думаю, найдем. А вообще-то разведку будет вести трест. Наше дело — добывать золото.

— А мы и золото будем добывать, и потихоньку разведывать вокруг Зареченска. За это нас не осудят.

— Делай как лучше, тебе виднее. Слушай, а главного инженера нам дадут наконец?

— Нет, пока не обещают даже. Плохо с кадрами.

— Да… Наших посланцев видел?

Александр Васильевич догадался, что Слепов спрашивает о Якове и Феде.

— Видел, как же, правда, мельком. Некогда было. Учатся