Ты пахнешь как мечта - Эллин Ти

Не опускаю голову, чтобы не смотреть в его глаза. Смотрю на улицу. Там пасмурно и, кажется, собирается дождь. Наблюдаю за ветками деревьев, качающимися от ветра, а на Демида так и не смотрю.

– Я понимаю, Есь, – начинает он, и я задерживаю дыхание. Это сложно как-то все очень, – что это неожиданно для тебя и что мы встретились только вот-вот. Но я правда понял, что потерять тебя было худшей в мире ошибкой. А делать ошибок я не хочу больше. Я тебя люблю, Есенька, сильно и по-настоящему. Подумай над моим предложением. И прости, что я без кольца. Просто как-то резко понял, что мне на самом деле нужно от этой жизни.

Я не дышу. Все время, что он говорил, я не сделала ни единого вдоха.

В глазах стоят слезы, а руки дрожат, словно меня подключили к проводам.

Это правда? Он снова шутит или это изначально шуткой не было?

Пытаюсь сделать спасительный вдох, но грудь словно тисками сжимает. Слезы падают и катятся по щекам. Стираю их тыльной стороной ладони и наконец-то вдыхаю, одновременно с этим громко и жалобно всхлипывая.

– Малыш, – тут же оживает Демид, поднимая голову. До этого он говорил все в район моего живота, тоже в глаза не смотрел. – Почему ты плачешь? – тянет меня за руку, усаживает на свое колено, и меня прорывает. Начинаю плакать еще сильнее, обнимаю Демида за шею и реву белугой, хотя сама не понимаю, чего реву. – Ты так сильно не хочешь за меня замуж? Я помню, что ты просила время, но давай оно будет для раздумий о более важном шаге?

– Я не верю, что ты говоришь это все серьезно, – всхлипываю ему в шею, цепляясь пальцами за спину.

– Я вообще парень серьезный. Тем более такими вещами не шутят. И еще… Дай руку.

Он ссаживает меня со своих колен и ведет себя так непринужденно, словно вообще ничего особенного не произошло только что. Как будто не он всерьез рассуждал о предложении выйти за него замуж. С ума сойти можно.

Берет мои пальцы, переплетая со своими, и ведет в середину помещения, останавливаясь лицом ко мне.

– Вне зависимости от того, что ты мне ответишь сегодня или тогда, когда ты решишь дать ответ… Я хочу, чтобы это, – он обводит рукой помещение, – стало твоим. Будь душой этой кофейни, сделай здесь все так, как тебе нравится. Если захочешь, назовем иначе и откроем другую сеть, еще одну, твою. Только не отказывай мне, пожалуйста.

– В чем? – шепчу хрипло. Его предложения меня с ума сведут, честное слово.

– Ни в чем, – усмехается, но нервно. Я вижу, как он волнуется, и понимаю, что он все говорит серьезно. Не шутит, не пытается надо мной издеваться, не говорит глупости. Он делает все абсолютно серьезно. Зовет меня замуж и предлагает стать хозяйкой кофейни. Боже… Мне срочно нужно на воздух, я упаду в обморок сейчас!

– Дем, я…

– Ты можешь на любой из вопросов ответить, когда будешь готова, – сразу перебивает меня он и снова берет за руку, – а сейчас пошли быстро в машину, пока не начался ливень.

Мы выбегаем из кофейни буквально секунд за десять, все-таки попадая под мелкий дождь.

И отчего-то легкость такая… Не знаю. С одной стороны, мне очень страшно. Все эти неожиданные предложения… Сердце от них выпрыгивает из груди и в горле пересыхает.

– А можно тебя украсть сегодня? – спрашивает Демид, поворачиваясь ко мне лицом. Смахиваю успевшие намокнуть пряди со лба и щек и застываю снова. Сегодня полнолуние? Или что? Демид берет меня за руку и наклоняется ко мне, касаясь кончика носа своим. А потом тихо-тихо шепчет: – Пожалуйста.

– Только хотя бы к полуночи нужно быть дома. Коту нужно дать корма.

– Обещаю до двенадцати доставить Золушку к дому, иначе карета превратится в тыкву, а принц в обычного оболтуса.

– Ты не оболтус, – закатываю глаза.

– Ну а кто? Только оболтусам отказывают в женитьбе.

– Я не отказывала! – говорю эмоционально, а потом вдруг понимаю, что он говорил это специально, чтобы вывести меня на разговор и эмоции. Засранец, сидит улыбается, пока у меня сердце из груди вылетает.

– Так ты согласна?

– Дем, я… – Я, блин, не знаю, что сказать.

– Ладно, – он кивает, но я вижу, что грустит. Он со всеми вокруг холодный, а со мной все эмоции наружу, как провода оголенные. – Прости, что пристаю с этой темой. Просто впервые в жизни понял, кого хочу видеть рядом с собой до конца дней и с кем хочу рожать детей, поэтому и волнуюсь.

– Дем, я вряд ли смогу помочь с детьми, – говорю как на духу, доверчиво открывая всю правду. Нет, ну а что? Раз уж у нас пошли разговоры о браке, то он должен знать всю-всю правду обо мне.

– В каком смысле? Ты не хочешь детей или…

– Я не могу. – Слезы, только высохшие, снова собираются под веками. Мне тяжело и больно об этом говорить, но я должна открыться. Я не могу тянуть с этой правдой, такое нужно обсуждать на берегу, а не после десяти лет свадьбы. – Я не то что бесплодна… У меня пару лет назад начались проблемы с женским здоровьем. Я не буду тебе рассказывать всех подробностей, но мне делали операцию и анализы у меня так себе. Мне говорили, что нужно родить, пока не поздно, если я хочу детей, но мужчины рядом не было, а для себя я банально боялась. Вдруг не сумела бы воспитать и справиться? В общем, чем дальше, тем сложнее. Сейчас шанс забеременеть катастрофически низок, а выносить и вовсе практически нулевой. Шансы, конечно, всегда есть, но я совсем не та девушка, что подарит тебе толпу детей, как только ты или даже мы оба этого захотим. Вот так…

Мне было до ужаса тяжело делиться этой правдой, но с последним словом меня словно отпустило. Как будто бы нужно было рассказать это, чтобы выдохнуть и принять как данность, с которой нужно учиться жить.

– Так, – Демид шумно выдыхает и на пару секунд закрывает глаза, а потом возвращает взгляд ко мне и берет меня за руку. За окном уже вовсю льет дождь, капли барабанят по крыше и стеклам, но мы не особо обращаем на это внимание. Тут есть что-то гораздо важнее. – Во-первых, хочу еще раз сказать, что я тебя люблю. Не забывай этого, пожалуйста. Мнение на этот счет свое я менять не собираюсь. Во-вторых, я хочу жениться на тебе не ради детей. А ради тебя.