Дыши! План вселенной на тебя безупречен - Мод Анкауа

Фуэнг схватила револьвер, который все еще лежал на столе.

– Я верну его тебе, когда закончится срок нашего договора.

Она улыбнулась, заметив, что оружие на предохранителе.

– Еще придется научить тебя, как им пользоваться.

Чрезвычайная ситуация

Когда мы с полным осознанием прикасаемся к своему страданию, мы трансформируем его.

Тит Нат Хан

Весь следующий день Мало провел, заново переживая этот вечер, который мог стать для него трагическим и последним, если бы не старушка, внезапно вмешавшаяся в ход событий. Он сидел в своем кабинете и обдумывал ее слова. Завершить свою миссию… Сказать, что у меня на сердце… О чем она хотела, чтобы он говорил? О своих коллегах? Он едва их знал. О боссе? Об этом пьянице? Могла она говорить о тех, кто разочаровал и сильно ранил его, о тех призраках, что годами преследовали его, о предателях, фальшивых друзьях, о Бенжамине, Жюстине или, что еще ужаснее, о его трусливом папаше? Чем больше он вспоминал о своих ранах, тем невыносимее казалась ему жизнь. Он пожалел, что отдал старухе револьвер. Он чувствовал себя таким одиноким, брошенным, что с удовольствием спустил бы курок и покончил бы со всем этим.

Когда он шел через опустевший офис, из кабинета Бертрана донесся женский крик. Он узнал голос Мари-Одиль, менеджера по подбору персонала. Он резко открыл дверь и увидел, что она пытается высвободиться из крепких объятий мужчины.

– Отпустите ее немедленно! – вмешался Мало.

Бертран обернулся и удивленно посмотрел на него мутным взглядом алкоголика. Мало почувствовал, что в нем нарастает гнев, отодвигая на задний план болезненные страдания. Его рука сжалась в кулак и будто налилась силой. И он выплеснул накопившуюся за много лет ярость прямо в лицо этому пятидесятилетнему увальню, который рухнул на землю.

В этот момент в кабинет ворвался Матьё и встал перед Мари-Одиль, загородив ее своим телом. Мало прислонился к стене и соскользнул на пол рядом с Бертраном. В голове звенело, будто он врезал сам себе. Он похлопал босса по щекам.

– Просыпайтесь, старина, просыпайтесь!

Через какое-то время – казалось, что прошла вечность, – Бертран заворчал, потом застонал, ощупал сломанный нос.

– Я отвезу его в больницу, а вы позаботьтесь о Мари-Одиль, – приказал Мало Матьё, потом повернулся к женщине. – С вами все в порядке?

Мари-Одиль кивнула, опустив глаза, и пробормотала «спасибо» дрожащими губами. Мало потащил Бертрана, еле державшегося на ногах, к своей машине.

– Почему вы ударили меня?

– Вы больны, Бертран, – холодно проговорил Мало.

Босс устало прислонил отяжелевшую голову к окну машины и вытер тыльной стороной ладони окровавленный нос.

Полночи Мало прождал результатов обследования, его тревожило и напрягало то, что он опять оказался в больнице. Врач прервал его мрачные размышления.

– Обычный перелом. Совершенно безобидный, учитывая критический уровень алкоголя в его крови, – спокойно произнес человек в белом халате. – Вы его родственник?

– Нет… коллега.

– Вашему коллеге нужна помощь. Мы понаблюдаем за ним день-два.

Когда Мало вернулся к машине на парковке, он увидел, что Матьё бежит ему навстречу.

– Как он? – запыхавшись, спросил коллега.

Мало вкратце пересказал слова врача. Он понимал, что поступил правильно, защитив Мари-Одиль, но чувствовал вину за то, что с такой несвойственной ему яростью ударил Бертрана.

– Знаете, он ведь не всегда был таким, – сказал Матьё, будто бы извиняясь за поведение генерального директора.

Мало мучила пульсирующая головная боль и ноющий кулак, но любопытство перевесило все эти неудобства.

– Хотите, посидим где-нибудь, выпьем, придем в себя?

– С удовольствием! – воскликнул Матьё. – Я знаю симпатичное местечко в двух кварталах отсюда.

Молодые люди устроились за столиком на крыше отеля, откуда открывался великолепный вид на Сукхумвит – фешенебельный район Бангкока.

Матьё рассказал, что до прошлого года Бертран был замечательным руководителем, все им восхищались. А потом у него умерла жена, и он запил. Его циничное поведение и уничижительные замечания уже отпугнули нескольких сотрудников.

– Когда мы узнали, что XSoftware купила K-Invest, когда мы прочли ваше великолепное резюме, мы начали надеяться, что вы возьмете на себя управление компанией.

Матьё выжидающе уставился на Мало в надежде услышать что-то обнадеживающее.

– Нет, я здесь ненадолго, – ответил Мало. – Моя задача – переосмыслить стратегию компании, а не брать управление в свои руки.

– Что ж, мы ошиблись, – вздохнул Матьё. – Мы потонем, на борту больше нет капитана!

– Не расстраивайтесь, Матьё, Бертран вернется, он в больнице только на два-три дня, – попытался утешить коллегу Мало.

– В таком состоянии лучше б уж и не возвращался вовсе!

Повисла пауза. Мало стало неловко, и он сменил тему:

– Как себя чувствовала Мари-Одиль, когда вы уходили?

– Она в шоке, конечно. Я за нее волнуюсь, тем более что у нее так непросто все сейчас дома.

Мало слушал Матьё и думал, как же его собеседник, да и все остальные сотрудники компании, привязаны к Мари-Одиль, которую между собой они называли Мао. Щедрая и заботливая, в этой компании, где работало около сорока инженеров, она играла роль наседки в курятнике. Вот уже несколько месяцев она страдала от неуместных приставаний Бертрана, и не только она.

– Самое ужасное, что ее муж, хоть я и видел его лишь однажды, еще хуже Бертрана, – продолжал Матьё. – Самовлюбленный эгоист, который думает только о карьере. Только «я» да «я», он постоянно унижает ее, придурок!

Матьё опустошил два стакана виски, и теперь его было не остановить. Он рассказал Мало, как вместе с Мари-Одиль и Зои они образовали неразлучное трио, несмотря на противоположные темпераменты, взгляды и жизненную философию. Зои приехала в Таиланд прошлым летом, чтобы быть поближе к другу детства Тео, в которого она была тайно влюблена. Он был когда-то управляющим парижским отелем и инструктором по дайвингу, но потом все бросил, чтобы за свой счет построить комплекс бунгало в заливе Пханг Нга.

– Этот остров южнее Пхукета, до него еще добираться самолетом часа два. Но Зои считает, что это все равно ближе, чем Франция! Когда Мари-Одиль разместила прошлым летом объявление о вакансии, она явилась уже на следующий день и умоляла взять ее. Она очень спонтанный человек и в то же время четко знает, чего хочет! Зои быстро подружилась с Мари-Одиль, которой сейчас очень плохо, хоть она и притворяется изо всех сил, что все в порядке. Не знаю, что случилось, Мари-Одиль отказывается об этом говорить, но она не виделась с дочерью вот уже несколько лет. И от этого она очень несчастна. Честно признаться, я рад, что