«Пена дней» и другие истории - Борис Виан

– А резьба?

– Данный сорт вырастает уже с готовой резьбой. Семена выведены селекционным путем.

– А трубы для чего?

– Для вентиляции и для сохранения стерильности одеял, да и вообще теплиц. Специальных мер предосторожности применять не надо, за этим и так очень бдительно следят.

– А с искусственным прогревом не получается?

– Плохо. Для хорошего роста им необходимо человеческое тепло.

– А женщин вы нанимаете? – поинтересовался Колен.

– Нет, они непригодны для этой работы, у них недостаточно плоская грудь, чтобы равномерно распределять тепло. Ну, не буду вам больше мешать. Приступайте к работе.

– Я действительно буду получать по десять инфлянков в день?

– Конечно. И сверх того премию, если вам удастся вырастить за раз больше дюжины стволов…

Провожатый вышел из теплицы и затворил за собой дверь. Колен сжимал в горсти двенадцать стальных зерен. Он положил их на пол и начал раздеваться. Глаза у него были закрыты, а губы то и дело вздрагивали.

LII

– Не понимаю, что происходит, – сказал приемщик. – Сперва ведь все было в порядке. Но вашу последнюю продукцию можно будет использовать только для особого вида оружия.

– Но вы мне все же заплатите? – с тревогой спросил Колен.

Он должен был получить семьдесят инфлянков плюс десять инфлянков премиальных. Он старался как мог, но контролер обнаружил в выращенных им стволах явные отклонения от стандарта.

– Поглядите сами, – сказал приемщик, взял один из стволов и показал Колену его деформированный конец.

– Ума не приложу, – сказал Колен. – Мои первые стволы были абсолютно цилиндрическими.

– Конечно, они могут пойти на производство гранатометов, но эта модель была в ходу еще пять войн тому назад, и к тому же у нас ими забит склад. Это очень досадно.

– Я старался как мог!..

– Не сомневаюсь. Я заплачу вам ваши восемьдесят инфлянков.

Приемщик вынул из ящика стола запечатанный конверт.

– Я велел принести деньги сюда, чтобы вам не пришлось идти в отдел зарплаты. Там иногда месяцами нельзя добиться расчета, а судя по вашему виду, вам некогда ждать.

– Большое спасибо, – сказал Колен.

– Я еще не видел вашей вчерашней продукции, ее вот-вот принесут. Может, подождете минутку?

Его дребезжащий сиплый голос терзал слух Колена.

– Хорошо, я подожду.

– Видите ли, мы вынуждены быть очень внимательны к этим деталям, потому что все винтовки должны быть одинаковыми, даже если для них нет патронов…

– Да, – сказал Колен.

– А патронов у нас по большей части нет. С планом по производству патронов у нас получилась неувязка. Дело в том, что скопились большие запасы патронов, но они годятся только для той модели винтовки, которая уже давно снята с производства, а приказа выпускать патроны для винтовок нового типа мы не получали. Так что пользоваться этими винтовками пока невозможно. Впрочем, все это не имеет никакого значения. Ведь не полезешь же с винтовкой против самоходного орудия. А у противника на каждые наши две винтовки приходится по самоходке. Правда, по количеству стволов превосходство остается за нами, но что самоходному орудию винтовка или даже десяток винтовок, особенно если нет патронов?..

– А здесь самоходок не делают? – спросил Колен.

– Делают, но мы еще только-только справляемся с планом, спущенным нам во время последней войны, поэтому наши самоходки не отвечают современным требованиям и их приходится тут же пускать на металлолом, а сработаны они на совесть, вот на это и уходит время.

В дверь постучали, и на пороге появился заведующий складом. Он толкнул перед собой белую стерильную тележку, на которой лежала, прикрытая белой простыней, продукция Колена за последнюю смену. С одной стороны простыня почему-то приподнималась, а этого не могло бы быть, если бы все стволы имели правильную цилиндрическую форму, и Колен забеспокоился.

Заведующий складом вышел, прикрыв за собой дверь.

– М-да… – сказал приемщик. – Как-то не похоже, что все уладилось.

Он приподнял простыню. На тележке лежали двенадцать синеватых холодных стальных стволов, и из каждого росла прекрасная белая роза, – ее бархатистые лепестки, чуть кремовые в глубине, должно быть, только что раскрылись.

– О, – прошептал Колен, – как они хороши!..

Приемщик ничего не сказал. Он только кашлянул два раза.

– В общем, так… – произнес он раздумчиво. – На работу вам завтра, пожалуй, не стоит выходить.

Его пальцы нервно стиснули край тележки.

– Я могу их взять? – спросил Колен. – Для Хлои…

– Они завянут, как только вы их оторвете от стали, – сказал приемщик. – Они, видите ли, тоже стальные…

– Быть этого не может! – воскликнул Колен.

Он бережно коснулся стебелька одной из роз и попытался сломать его, но при этом сделал неловкое движение, и лепесток рассек ему кожу на руке. Рана длиной в несколько сантиметров медленно заполнялась густой кровью, которую он стал машинально слизывать. Он глядел на белоснежный лепесток, отмеченный кровавым полумесяцем, и приемщик тихонько похлопал его по плечу и подтолкнул к двери.

LIII

Хлоя спала. Днем нимфея одалживала ей свою матовую кремовость, но во время сна она, видно, считала, что стараться незачем, и лихорадочный румянец проступал на щеках больной. Глаза ее гляделись двумя голубыми пятнами подо лбом, и издали нельзя было понять, раскрыты они или нет. Колен сидел на стуле в столовой и ждал. Вокруг Хлои стояло много цветов. Поэтому он мог подождать еще несколько часов, прежде чем идти искать другую работу. Он решил чуть-чуть отдохнуть, чтобы произвести хорошее впечатление и получить прилично оплачиваемое место. В комнате было темно. Окно уже почти целиком заросло, оставалась лишь узкая щель над подоконником, шириной сантиметров в десять, сквозь которую сочился белесый свет и падал полосой на его лоб и глаза. Остальная часть лица была погружена в сумеречную тень. Проигрыватель стал плохо работать, для каждой пластинки приходилось его заново заводить, а это утомляло Колена. Да и пластинки стали такими заигранными, что часто уже трудно было узнать мелодию. Он подумал о Хлое. Если ей что-нибудь понадобится, то мышка тут же прибежит за ним. Женится ли Николя на Исиде? Интересно, какое у нее будет свадебное платье? Кто это звонит в дверь?

– Здравствуй, Ализа, – сказал Колен. – Ты пришла навестить Хлою?

– Нет, я просто пришла.

Они сидели в столовой, в которой из-за волос Ализы стало теперь куда светлее. И два стула там тоже еще нашлось.

– Ты затосковала, мне это знакомо.

– Шик пришел, он сейчас дома.

– Он послал тебя за чем-нибудь? – спросил Колен.

– Нет, – ответила Ализа. – Он меня просто отослал из дому.

– Понятно. Он решил заняться ремонтом?..

– Нет, – сказала Ализа. – Он собрал наконец все книги