Антикафе «Чайный час» - Алиса Тиллит

Я поднялась и закрыла лицо руками. Ревность – это не про меня, ведь ревность – это слабость. А еще неуверенность в себе и страх оказаться хуже кого-то другого. Всю жизнь я запрещала себе испытывать подобные чувства, при первых же признаках появления запихивая их как можно глубже, пока не перестала слышать вовсе. И вот, пожалуйста, ревность развалилась у меня в голове, как королева на законном троне. «Это абсолютно нелогично, Стася, – отчитывала я себя, снова упав на стул. – Кто ты такая, чтобы ревновать Дениса к кому-либо?» Но логические доводы в делах сердечных были бессильны.

Схватив блокнот, я открыла чистую страницу и набросала новый образ. От сильного нажима линии получались слишком темные и жирные. Контур был неаккуратным и хаотичным, отчего в том, что получалось, не сразу угадывалась девушка с дьявольской улыбкой на лице. Погрузившись с головой в процесс, я не заметила, как вернулся Денис.

– Что за ведьму рисуешь? – Насмешливый вопрос вывел из странного транса.

Я подняла на него испуганный взгляд и откинула челку, упавшую на глаза. Денис облокотился на стойку с другой стороны и всматривался в рисунок, как в головоломку, которую надо было отгадать. «Хоть бы не узнал, хоть бы не узнал», – я мысленно взмолилась и захлопнула блокнот.

– Да так, вдохновение нашло, – отмахнулась я и, бросив скетчбук на стол, встала. – Пойду приберусь в зале, нам скоро закрываться.

Денис кивнул и потянулся, прежде чем пройти за стол. Рисунок явно не навел его ни на какие мысли, отчего внутри разлилось предательское облегчение. Уже отойдя от нашего рабочего места, я остановилась и прикрыла глаза. «Ты должна быть хорошим человеком», – настойчиво прозвучал внутренний голос. Через плечо я покосилась на Дэна, который печатал что-то на рабочем компьютере, и произнесла:

– Тебе звонили. Проверь, вдруг там что-то важное.

Персик встретил меня радостным мяуканьем и стал тереться о ноги, пока я не подхватила его на руки и не прижала к себе. Окруженный заботой, кот набрал в весе, его шерсть блестела, призывая скорее погладить. Денис с улыбкой наблюдал за нами. У ног стоял мой шопер, доверху набитый красками и кистями.

– Знаешь, не только Персик рад тебя видеть, – ухмыльнулся Дэн, забирая сумку и проходя в гостиную.

Я не дала себе времени смутиться от такого заявления и бросила вдогонку:

– Тебя тоже за ушком почесать? – Откуда взялась смелость, оставалось загадкой.

Наградой же стал раскатистый смех Дениса.

– Знаешь, я предпочитаю другие ласки.

От этого замечания по телу словно прокатился разряд тока, а воображение услужливо подкинуло возможные варианты. «Стася, не отвлекайся!» – приказала я себе, следуя за Денисом и не показывая, как он на меня влиял. Около дивана стоял стол, который Дэн, похоже, перетащил из кухни. Он хорошо освещался небольшим светильником, а в остальной части комнаты царил приятный полумрак. Помимо бумаги, которую я все же попросила купить, на столе теснились коробочки с роллами и пара коробок пиццы. Мои брови удивленно взлетели вверх.

– К нам еще кто-то присоединится? – уточнила я, опуская Персика на пол.

Дэн, который доставал художественные принадлежности, обернулся и неловко пригладил волосы на затылке.

– Я не знал, что ты любишь, поэтому заказал разного, – отозвался он, а мое сердце екнуло. Вечное внешнее спокойствие Дениса никуда не делось, но напряженная поза выдавала волнение. Его дерзкая уверенность контрастировала с хрупкой нежностью и заботой, которые он большую часть времени старательно прятал. До боли хотелось увидеть каждую из его сторон.

Не желая смущать еще сильнее, я бросила кардиган на кресло и подошла к столу. От неловкости руки казались какими-то чужими, и я спрятала их в карманы джинсов. Дэн быстро раскладывал краски на столе, мельком рассматривая принадлежности.

– Определился, что хочешь нарисовать? – Вопрос должен был разрядить обстановку и вернуть нас к тому, ради чего мы встретились.

– Его. – Дэн кивнул на рыжий комок, который возился на полу с какой-то игрушкой, уже позабыв про нас.

– Отличный выбор модели, – засмеялась я, и после недолгой подготовки мы приступили к рисованию.

Раньше преподавать мне не доводилось, так что урок был чистой импровизацией. Денис выбрал фотографию, которая нравилась ему больше всего, и я помогла сделать эскиз карандашом. Пока он старательно вырисовывал мордочку Персика, моя рука сама собой выводила профиль Дэна. На фоне негромко играла музыка, а мы переговаривались, увлеченно рисуя.

– Я недавно закончил «Гэтсби», – вдруг сказал Денис.

Мое внимание тут же переключилось на него – я предвкушала его реакцию на книгу. Эта история была мне дорога, и потому ожидание было волнительным.

– И что скажешь? – Дэн не отрывался от бумаги, казалось, еще чуть-чуть, и он высунет наружу язык – так старался. А вот мое внимание было полностью поглощено Денисом.

– Сильная вещь, – кивнул Денис, – атмосфера американского общества двадцатых прекрасна. Да и Джей тоже. Почему ты любишь эту книгу?

Я задумчиво прикусила губу, хотя ответ давно жил внутри.

– Мне всегда было жаль главных героев. Особенно Гэтсби. Думаю, он учит нас самому главному уроку. – Наши с Денисом взгляды встретились, и я мягко улыбнулась: – Прошлое прошло.

В его глазах промелькнули эмоции, которые я не смогла ухватить. Дэн снова опустил голову к своему рисунку, обводя уже готовые линии наброска.

– Да, ты права. – Он кивнул. Слова звучали отстраненно. – Жаль, что Гэтсби понял это слишком поздно.

Вид Дениса стал рассеянным, и я решила не приставать к нему с расспросами. Его портрет под моим карандашом обрастал все большим количеством деталей и становился похожим на оригинал. Когда молчание показалось слишком тягостным, я с излишним энтузиазмом предложила:

– Ну что, перейдем к краскам?

Глава 20

В современном мире любая катастрофа начинается со звонка. Люди редко сообщают плохие новости через сообщение. По крайней мере, если их уровень эмпатии выше, чем у мистера Хайда. А потому, когда умиротворенный вечер воскресенья прервал звонок от одногруппницы, сердце тут же рухнуло в пятки.

– Маша? Привет. – Я не могла вспомнить, говорили ли мы с ней вообще по телефону. Ничего хорошего от этого ждать не стоило.

– Стась, привет. – Голос звучал неуверенно. – Слушай, тут такое дело… Я не дозвонилась до Лизы, а потому набрала тебя. – Тяжелый вздох. – Ты заходила в нашу беседу?

Я села на кровати, отставляя ноутбук. Это было одно из немногих воскресений, когда единственными делами были сериал и чипсы, а потому телефон я и не проверяла. Поставив звонок на громкую связь, полезла в