Чему улыбается Джоконда? - Александр Питкин

Третий перекос – инженера государство бесплатно обучало пять лет, тратило средства, чтобы он, получив диплом, мог создавать станки и машины, заменяющие ручной труд, повышать производительность труда. Но придя в конструкторское бюро или научно-исследовательский институт, инженер вынужден был треть своего рабочего времени заниматься общественными, сельскохозяйственным и прочими вспомогательными работами. То есть выполнять работу неквалифицированных работников. Поскольку девиз партии «Диктатура пролетариата», и на полях необъятной родины гегемон редко участвовал в качестве шефской помощи колхозникам. Это высокое доверие было оказано инженерно-технической и творческой интеллигенции, а также ее резерву – студенчеству.

Можно долго перечислять перекосы тех лет и той системы, но об этом столько книг и статей написано, что продолжать смысла нет. Все перечисленное выше является преамбулой к дальнейшим эпизодам из моей жизни того периода времени.

В начале семидесятых, поступив на работу в проектный институт, первое время удивлялся количеству разнообразных общественно-полезных обязанностей, возлагаемых на сотрудников. То были и сезонные работы на полях подшефных совхозов, и работа на плодовоовощной базе, работа на комсомольско-молодежных стройках. В засушливое лето – дежурство в лесах Карельского перешейка, предотвращая лесные пожары. Кроме того, постоянное дежурство в добровольной народной дружине (ДНД) по охране общественного порядка. Были и другие, менее значимые, или эпизодические, например, добровольное общество содействия армии и флоту (ДОСАФ), встреча делегаций высокопоставленных иностранных гостей, не говоря уже о праздничных демонстрациях и Ленинских субботниках. Разумеется, все перечисленные прелести жизни ложились на плечи молодёжи, аксакалы свое отпахали и учувствовали в редких случаях.

Сезонно-полевые работы

Наиболее массовой из всех мероприятий была работа на полях подшефного совхоза. За коллективом института был закреплен совхоз «Победа» в Горелово. Весной занимались подготовкой рассады, летом – прополка, осенью – уборка урожая. Основные культуры – капуста и морковка. Для организации этих работ в штате института был специальный работник, который занимался только полевыми работами. Такого человека не так-то просто было найти, дело на любителя. У нас занимался отставной майор, военный летчик, Антонов Владимир Васильевич.

На поля в пиковых сезонных ситуациях выезжали до пятисот человек ежедневно, не так-то просто было их рационально организовать и мобилизовать на выполнение установленной нормы. Дома у многих инженеров хранилась спецодежда и необходимый инвентарь для этих целей. Ножи, топорики, тяпки и прочие приспособления, облегчающие крестьянский труд. Следует отметить, что в каждом отделе находилась группа энтузиастов, желающих поработать на свежем воздухе, и к тому же с удовольствием. У них был свой ритуал и распорядок. У нас в отделе для этих целей Олег Березин, выпускник Военмеха, завел специальную кассу, в которую любители агрономических работ вносили ежедневно по двадцать копеек, формируя таким образом фонд для банкета после трудового дня на полях. В основном этот фонд тратился на спиртное, так как бутерброды и соленые огурчики им собирали дома заботливые жены или мамы.

Если взглянуть на проблему с другой стороны – с точки зрения того времени – все сотрудники имели возможность запастись бесплатно свешавшими овощами на всю зиму. Овощи привозили на грузовике во двор института, и люди набирали мешками морковку и капусту, предварительно позвонив мужьям, имеющим автомобили, чтобы развести добро по квартирам.

Зимой нас уже ждали на «Невской плодовоовощной базе». Переборка картофеля, моркови и квашение капусты. Промышленный процесс квашения капусты на базе меня удивил. Цепочка бетонных ям глубиной два метра и размером в плане три на три метра. В яму спускались два мужика в резиновых сапогах с высокими голенищами, такие сапоги в народе называются «болотные», в руках вилы. Сверху, у края ямы, стоит промышленная шинковочная машина, которая за секунду распускает кочан капусты в мелкую лапшу. Кочаны в машину загружают две женщины. Те, что внизу ямы, с вилами, распределяют шинкованную капусту ровным слоем, утрамбовывая ее сапогами, и каждый слой посыпают солью и шинкованной морковью. А что тут странного? Челентано в известном фильме «Укрощение строптивого» тоже давил виноград ногами, к тому же босыми.

Бывали и вкусные участки – разгрузка арбузов, яблок, винограда и других фруктов. На этих участках народ отводил душу сполна, это действие называли праздник живота на месте работы, ешь сколько влезет, никто не запрещал. Взять с собой для семьи было не так просто, но наш народ не такие загадки разгадывал, и всегда находилась щель в заборе, чтобы через нее принести домой отборных, а иногда и экзотических, по тем временам, фруктов.

А че, если мы интеллигенты, пусть даже вшивые (так пренебрежительно рабочий класс называл прослойку общества, члены которой вышли, в основном, из рабочих семей), хуже других, что ли? Вон, у рабочих на заводе, девиз тоже себе ничего, содержательный: «Ты здесь хозяин, а не гость! Тащи с работы всякий гвоздь!»

Выполнение продовольственной программы, обеспечение населения овощами и фруктами строго контролировалось партийными органами. В каждом райкоме КПСС был инструктор, который курировал данный вопрос. Составлял разнарядку для предприятий и строго следил за ее исполнением. Если нет конкуренции, как-то надо было сводить концы с концами. Социализм! Можно ностальгировать, можно критиковать, можно удивляться или возмущаться, но мы другой жизни не знали. Да, жили бедно, но для основной массы советских граждан в главных житейских вопросах справедливости было гораздо больше, чем при диком капитализме в течение трех последних десятилетий.

Охрана общественного порядка

На каждом предприятии по всей стране существовали добровольные народные дружины (ДНД). Они формировались из сотрудников предприятия, дежурство осуществлялось после рабочего дня и в выходные. Активные члены ДНД поощрялись материально и имели дополнительно три оплачиваемых дня к отпуску.

В 1972–1973 годах главный офис института находился на Невском проспекте, рядом с Аничковым мостом, в доме№ 80 (ныне Дом творчества), наш участок дежурства начинался от перекрестка Невского с Литейным проспектом и заканчивался у Гостиного двора, у Садовой улицы. Включая обе стороны проспекта. Команда была из шести дружинников, в сопровождении участкового милиционера.

Делилась на две группы, по три человека в группе, одна из них фланировала по четной стороне Невского, другая по нечетной. На рукаве каждого дружинника красная повязка, при себе удостоверение установленного образца.

Главная задача – следить за порядком. Дебоширов, пьяниц, фарцовщиков и проституток забирать и доставлять в отделение милиции, где на них составлялся протокол и принимались меры. Пьяных отправляли в вытрезвитель, дебоширов в обезьянник, фарцовщиков и девиц легкого поведения в камеру предварительного заключения, до выяснения личности и прочих подробностей.

На нашей